Вербицкой под заглавием «Писарство и чистописание».) Почему не эмигрировал? «Хотел посмотреть, чем кончится». В Тифлисе имел хобби: жениться и отсылать жен за границу (как?). Зарабатывал сочинением диссертаций для грузин. Последняя вдова настаивала, чтобы его похоронили на Мтацминде – но пока грузины об этом советовались, перевезла прах в Москву и похоронила… (в Кремлевской стене? подымай выше!) в Переделкине рядом с Пастернаком.
СКЕЛЕТ. Емельянов-Коханский, автор «Обнаженных нервов», хотел выпустить и вторую книгу, «Песни мертвеца», с новым своим портретом в виде скелета, но встретились цензурные трудности (Белоусов).
СЛАВА. Бальмонт об автобиблиографии Брюсова: «делопроизводитель собственной славы» (из письма Е. Архиппова Альвингу, РГАЛИ, 21, 1, 11). Твардовский о Маршаке: «крохобор собственной славы» (“Знамя», 1989, № 8). А потом – юбилейная речь.
СЛАВА. Флобер восхвалял «Войну и мир» (это цитируется), но признавался, что не дочитал до конца ее философию. Мировая слава пришла к Толстому, когда он начал тачать сапоги (Алданов).
СЛАВЯНСТВО. «День святителей Кирилла и Мефодия был отпразднован обедом, данным в залах дворянского собрания. Против царской ложи была водружена хоругвь, принесенная в дар слепцом-писателем Ширяевым. Меню было составлено из одних исключительно славянских названий. Посреди него была изображена географическая карта славянских земель с надписью: «Одним бы солнцем греться нам» (Неведомский).
СЛОВО. «Теперь я буду говорить не для того, чтобы нечто сказать, но дабы не умолчать», – говорил протоиерей Сергиевский, приступая к догмату св. Троицы.
СЛОЖНОСТЬ. А. И. Ромм о Пастернаке в дневнике: «…и у него сложные отношения с женой, которая любит музыку Прокофьева и такие слова, как «яркое переживание» (РГАЛИ, 1495, 1, 80).
СЛОН. В Париже в 1945 г. выходила русская газета «Честный слон». «Отчего такое веселое название?» – спросил я. «Ну, все-таки война кончилась…» – ответил Л. Флейшман.
СЛУЖБА. М. Ф. Андреева спросила Муромцеву-Бунину: «Сколько лет вы служите Ивану Алексеевичу?» Муромцева, однако, обиделась. Е. Архиппов писал Альвингу: «Чем живете, чему поклоняетесь? Какое имя владеет Вами?» (РГАЛИ).
СЛУЖБА. Юродивый Никитушка за вызов к Александру I получил чин 14-го класса (Мельгунов).
СМЕРТЬ. «Просить Господа Бога, чтобы снял меня с иждивения» (Цветаева – Пастернаку). «Умер, как большая, отслужившая вещь» (она же).
СОВЕСТЬ. «Впрочем, попы стыдились таких проповедей, но не совестились» (Гиляров-Платонов). Я вспомнил знаменитую статью В. Н. Ярхо «Была ли у древних греков совесть?».
СОКРАТ. «Познай самого себя»: гусеница, которая познает себя, никогда не станет бабочкой (А. Жид).
СОКРАТ. Сын моей сотрудницы. мечтал изобрести лекарство «сократин», чтобы можно было не болеть, но сократить жизнь с конца за счет невыполненных болезней.
СПАРТА. «Способность относиться к себе со спартанской суровостью умиляла его до слез» (Ходасевич об Александре I).
СПОНТАННЫЙ. «Вы не позволяете себе спонтанных движений». Мои спонтанные движения всегда кого-нибудь ушибают. Самое безобидное мое спонтанное движение – считать рифмы Мариенгофа.
СТАЛИН. «В Европе XV века власть почти повсюду принадлежала сталиным» (Алданов)
СТАРОЕ И НОВОЕ. «Многие борются против нового не оттого, что привержены к старому, а оттого, что первые ряды поборников нового уже заняты, а быть во вторых они не хотят». – писал Ларошфуко. «Это о нашем НН», – сказала И. Ю. Подгаецкая.
СТИЛЬ. «Ввиду моего стиля, который мне противен, но от меня не зависит…» (из письма И. Аксенова к С. Боброву). «Стиль мове гу» из «Бани» Маяковского – шутка, записанная еще Д. Философовым: «“стиль мове гу”, как выразился один столяр».
СТИЛЬ. «По сторонам от дороги, вправо и влево, волочились горемычные облака; исподволь угнетали душу убогие ужасы предместья; ныли телеграфные столбы, и качался, тужился против ветра, виляясь в педалях, упрямец велосипедист… Но тут, буравя мозги, заверещал мстительный – за вчерашнее с кряком ковыряние в его спине – будильник, к нему тупо подтопали, цапнули за глотку, он брызнул по пальцам душителя предсмертным клекотом и затих. В одеяльное шерстяным рупором ущельице гляделось скудное утро. Я думал тихо: умереть бы». Это не Набоков; угадайте кто?
СТИЛЬ. И. Тронский говорил В. Ярхо: нельзя ради стиля переводить коров Гелиоса быками Гелиоса – какой дурак станет держать быков стадами?
«СТРАННО, право, что эти люди ничего не понимают, но гораздо страннее, что это для меня странно» (Фет Л. Толстому, РГАЛИ, 21. 01. 1879).
СТРАХОГОВЕНИЕ. «Нигде высшую церковную иерархию не встречали в качестве преемников языческих волхвов с большим страхоговением, как в России, и нигде она не разыгрывала себя в таких торжественных скоморохов, как там же. В оперном облачении с трикирием и дикирием в храме, в карете четверней с благословляющим кукишем на улице, со смиренно-наглым и внутрь смеющимся подобострастием перед светской властью, она, эта клобучная иерархия, всегда была тунеядной молью всякой тряпичной совести русского православного слюнтяя» (Ключевский. Письма, 1968).
Сон сына, самый главный. Книга в серии сказок издательства восточной литературы: «Эскимосский Христос – Фрол Иванович Дрохва-Тетерников: местные сказки и предания. К 150-летию со дня рождения». Вначале – запись автобиографии. Ему смолоду было предсказано погубить девять душ. Впрямь был буен, секом, еще при крепостном праве убил деревенского соседа, сдан в солдаты, убил шестерых горцев, за храбрость взят в денщики сибирским губернатором, зарезал его восьмым и бежал к эскимосам вместе с другим денщиком, Петрушкою, взяв лишь Библию и букварь, а был неграмотен. Перекамлал насмерть главного шамана, женился на белой куропатке, его вдове, воспевался под именем тетерева на разных диалектах («взлетел на ветку и стал гласить Нагорную проповедь…»), переложил Библию на эскимосский язык: «Царь Соломон ушел от дел, эхой! и тогда пришли тулы, эхой! и опережали зайцев, эхой! и прыгали через костры, эхой!» Когда приехала ревизия, назвался миссионером, стал читать попу свою Библию; на II кн. Царств поп сказал: «А ведь это ересь!» – но эскимосы Тетерникова отстояли. Друг его Петрушка, записывавший его учение, вдруг объявил, что Фрол – это Бог Отец, а Христос – он сам; Фрол распял его на льдине, это был девятый. Женившись на оленухе и на нерпе, объединил тундровых и приморских эскимосов; укрывал беглых политкаторжан, и они через год были неотличимы от местных. Когда на его девятом десятке случилась революция и пришли комиссары, то политкаторжане вышли навстречу с бубнами и дудками. Фрола как героя отвезли в Ленинград консультантом при Институте народов Севера, но Библию, как дурман, изъяли и сожгли, все цитаты из нее – по американскому изданию. Умер в 1930 г., дети его попытались явиться в Ленинград, но скоро были отправлены под конвоем обратно.
СТРУКТУРАЛИЗМ. Интервью с дизайнером
