Читаем без скачивания Лекарство против морщин - Александр Афанасьев

– Я и есть Странник. А теперь перестань привлекать к себе внимание и смотри на берег.

***

Теплоходик шел вверх по великому Нилу. Туристическим он не был, на нем возвращались домой крестьяне, ездившие в Каир по делам. Это небыстро, но удобно, если едешь с большой поклажей, которую не затолкать в микроавтобус. Многие везли купленные в городе крупногабаритные предметы обихода…

Город остался позади – и теперь мы смотрели на унылый как кратер Луны пейзаж, который не изменился и за сто лет, и за двести, и за триста. Прибрежный тростник, невысокие, соломенного цвета холмы, болотная зелень прибрежных полей, деревеньки, в которых живут такие же, как и сто лет назад феллахи. Какие трактора, о Аллах…

– Как тебя зовут? – спросил я спутника

– Александр

– Искандер значит – переиначил его имя я – арабский знаешь?

– Волоку немного. Побольше, чем в разговорнике.

– Это хорошо. Откуда?

– Год в охране посольства в Дамаске.

– Ясно. Значит, в Сирии служил?

– У нас говорят – в Саратове.

– Сколько?

– Два с половиной года.

Это хреново, кстати. Акцент сирийский – а сейчас многие, его услышав, начинают нервничать. Полиция в том числе.

– Давно в отряде?

– Десять лет.

– А до этого?

– Сорок пятый полк.

Разведка ВДВ значит. Это неплохо, значит, хоть какие-то общевойсковые навыки есть.

– Награды есть?

– Мужик15. Ну и так, по мелочи.

– За что мужика дали?

– За Алеппо.

– Здесь это Халеб. Сколько человек в отряде?

– Девять16. Они нас там, в пустыне ждут.

Я молчал, смотря на медленно проплывающие мимо нас заросли тростника

– Я что-то не так сказал? – понял Александр

– Никогда не отвечай на незаданный вопрос. Вообще, болтай поменьше, через длинный язык можно головы лишиться. Арабский все знают?

– В пределах разговорника – все. Кто-то и больше.

– Хорошо

Появился рыжий

– Вот вы где…

Но он мне был пока не интересен…

***

Мы вышли в Кунатире, там начинаются дамбы и выходят все, в то время как речной трамвай проходит дамбы порожним. Но вместо того чтобы ждать трамвай на той стороне дамб – мы пошли и взяли маршрутку. Маршрутка была знакомая до боли – Мерседес производил модель Т1 до Спринтера, потом передал производственную линию в Индию, где эту машину выпускают и поныне. Вдруг оказалось, что она подходит и для других стран – и по цене и по ремонтопригодности – их стали покупать для Египта. Вообще, из Индии для нищих стран много чего производится. Взять хотя бы тук-туки. Трехколесные закрытые машинки с ходовой от мотороллера, которые придумали в Индии – сейчас их и в Латинской Америке полно, и здесь встречаются.

В маршрутку набилось двадцать семь человек – я посчитал. Еще трое забрались на крышу. У нашего гаишника случилось бы несварение, увидев он такое. Еще и дверь нормально не закрывалась, хозяин машины сделал для нее крючок из проволоки. Вспомнил – машина скоро сломается, но иншалла доедем. Весь Восток на этом держится – иншалла. Это тоже самое, что у нас авось.

Маршрутка ехала по улицам – грязным, пыльным. Движение было намного меньше, чем в Каире потому ехали быстро. Архитектура здесь убогая, тем, кто хочет чего-то этакого, вам точно не в Египет. Пыльные, кое-как построенные прямоугольники домов одинакового цвета, жухлая от жары зелень – а скоро ее совсем не будет, солнце сожжет. Встречные машины, многим по тридцать, а то и пятьдесят лет от роду. Нищая, нищая, нищая страна…

Потом – дома закончились, и пошла дорога, ведущая в пустыню…

***

– Равняясь! Смирно. Товарищ полковник, сводная группа войсковой части девяносто два сто пятьдесят четыре по вашему приказанию построена.

Ну, да. Вижу что построена.

– Все поняли куда приехали?

…

– А я б… вижу, что ни хрена не поняли. Какого хрена вырядились?! Снять жилеты, нахрен! Здесь не Саратов!

***

Как говорили в одном фильме, иногда удар по морде вызывает личностный рост. В случае с армией это верно почти всегда.

Коротко и не без мата дал вводные, потом начали думать, что делать. Из того что привезли с собой бойцы – а это Сенеж, созданная Сердюковым часть специального назначения для действий за рубежом – мало что годилось. Например – на кой черт разгрузки, если их видно?

Начали думать. Хорошо, что были малозаметные плитоносцы – плиты можно было взять из разгрузок и поставить. Решили по бокам – нашить карманы, под один магазин АК, два магаза всегда с собой. Проблемнее было с остальным.

За основу решили взять сумку grab-n-go. Если бы мы были в другой стране – можно было бы по интернету заказать, в китайском магазине – но мы в Египте. Решили шить сами. Берем большую теннисную сумку и внутрь нашиваем держатели под магазины. Болгарский Калаш – а в группе штатными были болгарские Калаши по типу АК-104 – со сложенным прикладом тоже укладывается в сумку – как раз. МР5 – тоже.

Еще решили наскоро сшить чеченские бандольеры. Такие на Кавказе были – что-то вроде перевязи под магазины. Кавказ вообще много ума дал. Пластилиновая страна – тому, кто там выжил уже ничего не страшно.

Я примерно прикинул, и понял, что если освобождение заложника у нас еще получится, то общевойсковой бой – мы не факт что потянем. РПГ нет ни одного, ПК – нету. Если вляпаемся по-крупному – трындец нам, скажем так.

Заодно немного познакомились. Мужики из Сенежа меня не знали, и знать не должны были. Но они в принципе понимали, откуда я, а у командира группы – было представление о паре людей, которых я назвал. Тех, кто начинали в Чечне, а сейчас служили в генштабе, занимались… скажем так, боевым применением частей специального назначения.

Пустыня – она большая, выезжай и делай что хочешь. Поставили камни, бутылки, постреляли. Стреляли ожидаемо хорошо – спецназ он и есть спецназ.

– Попробуете? – мне протянули автомат

Проверяют, сукины дети. Впрочем, все правильно. Нельзя никому доверять. Ничего нельзя проверять на веру. Я для них чужак – и какие бы имена я не назвал, они могли верить только тому, что видели собственными глазами.

Я покачал головой

– Зачем мне это? Это вам с автоматом бегать. Пистолет найдется? Три мишени поставьте. И стул.

Все поняли, о чем идет речь. Переглянулись…

Упражнение номер девять – внезапное нападение сзади. Обычно используются две мишени, в спецназе до пяти. Я запросил три – все-таки, не сайгак, к пятидесяти уже дело идет. Исходное – на стуле, спиной к целям.

Я проверил