Читаем без скачивания Меч и конь - Майкл Муркок

Корум почувствовал, что кто-то сзади повис на нем и холодные когти добрались до спины. Вскрикнув, он махнул мечом назад, и клинок разрубил чешуйчатую кожу и трубчатые кости – дракон издал кашляющий звук, и серебряный шлем Корума обдало потоком крови. Стерев с глаз липкую холодную массу, принц успел насадить на острие меча дракона, пикировавшего, выставив когти, на неприкрытую голову Илбрека.

А Илбрек продолжал петь:

Будут смертными воспетыСражения, где бились сиды.В памяти людей осталисьТе места, где они пали.А мы в чужой земле умрем.Мы в чужой земле умрем.

Корум понимал смысл песни Илбрека: ему тоже не нравилось, что его жизнь достанется безмозглым тварям, что придется умирать в этом безымянном месте и никто не будет знать, как он погиб.

Большая часть драконов была перебита, а остальные получили тяжелые ранения и стали совершенно беспомощными, но тяжелая поступь Роскошной Гривы, когда он топтался на трупах поверженных драконов, приводила к тому, что в пропасть срывались все новые и новые куски кладки, и наконец перед ними образовалась огромная дыра. Поскольку внимание Корума было направлено одновременно на обе угрожавшие им опасности, он не заметил, как на него кинулся дракон – когти вцепились в плечи и у самого лица лязгнули клыки. Со сдавленным криком Корум резко поднял кверху щит, рывком вдавив его край в мягкое брюхо дракона, и одновременно всадил ему в горло свой безымянный меч. Мертвая рептилия шлепнулась на камни моста, но в это мгновение мост не выдержал, и все они – Илбрек, Роскошная Грива и Корум – кувыркаясь, полетели в пропасть, где в черной воде кишели твари.

Корум еще успел услышать крик Илбрека:

– Цепляйся за мой пояс, Корум! И изо всех сил держись за него!

И хотя Корум послушался, он не видел смысла в указании Илбрека: они все равно сейчас погибнут. Конечно, первым делом придет боль. Принц лишь надеялся, что она будет длиться недолго.

Глава вторая

Появление малибанов

Они летели вниз, но Корум в ожидании смерти не осознал то мгновение, когда они вдруг понеслись вверх. Каким-то невообразимым образом Роскошная Грива галопом рванулся в небо, обратно к обвалившемуся мосту. Драконы исчезли, явно не желая следовать за добычей на дно пропасти, где им пришлось бы доказывать свое право на нее куда более крупным родственникам.

Илбрек, поняв, что должен чувствовать Корум, рассмеялся.

– Древние дороги лежат повсюду, – сказал он. – Спасибо моим предкам и Роскошной Гриве, который может найти их!

Спокойной иноходью конь подминал под себя воздух, продолжая двигаться к дальнему краю пропасти.

Корум с облегчением перевел дыхание. Хотя у него были все основания полагаться на силу и знания Роскошной Гривы, ему было трудно поверить, что конь способен ходить или, вернее, летать по воде, не говоря уже о воздухе. Но копыта коснулись земли, конь остановился, и Корум убедился, что земля прочна и надежна. Другая тропа вела через пологий холм, покрытый чахлыми разноцветными мхами и лишайниками. Илбрек и Корум спешились, чтобы осмотреть свои раны. Корум потерял лук, и колчан был пуст – он отбросил его, – но когти драконов оставили лишь глубокие царапины на руках и плечах. Илбрек тоже не пострадал. Они улыбнулись друг другу, потому что никто из них не предполагал, что останется в живых на этом шатком мосту.

Сид вытащил из седельной сумки флягу с водой размером с небольшой бочонок и протянул ее Коруму. Корум с трудом поднял ее к губам и с удовольствием напился.

– Что меня удивляет, – сказал Илбрек, забирая у Корума флягу и тоже припадая к ней, – так это размеры Инис Скайта. С моря кажется, что это сравнительно небольшой островок. На деле же выясняется, что тут довольно большой участок суши, который тянется, сколько видит глаз. И посмотри, – показал он вдаль, где четко виднелся холм с одинокой сосной, хотя все вокруг было затянуто туманом, – кажется, что он еще дальше от нас, чем раньше. У меня лично нет сомнений, Корум, что это место заколдовано.

– Да, – согласился вадагский принц, – и мне кажется, что мы только начинаем понимать, куда попали.

С этими словами путники снова сели в седло и двинулись по тропе, ведущей через холм, пока та не свернула. Они увидели, что склон резко обрывается, уступая место долине, выложенной, казалось, кованой медью, сверкающей под лучами солнца; где-то далеко, примерно в центре долины, как посчитал Корум, стояло несколько фигур. Он не мог определить, были то люди или животные, но проверил, легко ли вынимается из ножен меч, подарок Гофанона, и понадежнее приладил на руке щит, пока Роскошная Грива, звонко цокая копытами по металлу, скакал рысью по долине.

Корум приложил руку к глазам, чтобы прикрыть их от слепящего сияния меди, и прищурился, рассматривая детали, но прошло немало времени, прежде чем он убедился, что это на самом деле люди. И еще больше времени понадобилось, чтобы опознать в них мабденов: мужчин, женщин и детей, – лишь некоторые из них стояли, большинство же лежали без движения на меди.

Илбрек натянул поводья, и гигантский конь перешел на шаг.

– Люди Артека? – спросил Илбрек.

– Возможно, что так, – ответил Корум. – Во всяком случае, похожи.

Все еще остерегаясь, они спешились и двинулись к группе людей, резко выделяющихся на фоне этого безжизненного сверкающего пейзажа.

Когда они подошли поближе, до них донеслись голоса – тихие стоны, плач и шепот. Корум и Илбрек увидели, что все находящиеся здесь люди голые, а большинство лежавших мертвы. Казалось, их пожрало пламя. У тех же, кто еще стоял, была красная, вздувшаяся пузырями кожа, и можно было только удивляться, что они вообще держатся на ногах. Даже сквозь толстые подошвы Корум чувствовал жар раскаленной поверхности и мог себе представить, как она печет голые ноги. Лишенные одежды, они стояли в центре долины, и явились сюда не по собственной воле – их пригнали. Когда их плоть высыхала от жара, люди умирали. Какой-то жестокий разум пригнал их сюда. Корум сглотнул комок в горле – он не мог понять мышление существ, способных на такую жестокость. Только сейчас он заметил, что у некоторых мужчин и женщин руки были связаны за спиной и они тщетно старались прикрыть собой тех немногих детишек, что еще оставались в живых.

Осознав, что Корум и Илбрек направляются к ним, люди со страхом уставились на них невидящими глазами и попытались произнести несколько умоляющих слов, еле шевеля вздувшимися губами.

– Мы не враги вам, – сказал Корум. – Мы друзья Артека. Вы люди Фиана?

Один из мужчин повернул к Коруму изуродованное лицо. Голос его походил на шелест далекого ветра.