Читаем без скачивания Фанфик Чудовище - Ushba

Пусть и условная, но победа, видимо, разозлила белобрысого: как же, магловский выкормыш и тут оказался впереди, будто пойманного снитча ему мало! Уж не знаю, почему он решил, что змея напугает Воробышка (а, может, и посоветовал кто, любимый декан, например), но Малфой, когда их с Поттером пригласили в центр зала для показательной дуэли, вызвал змею, длинную, с темной, почти черной чешуей и, судя по повадкам, ядовитую. Мелкий, естественно, замер, дабы не пугать и так напуганное животное. И тут, Локхарта, cloch ar a charn, решил всем показать, кто тут кавалер ордена Мерлина и, вообще, борец со злом. (п/а: ирл. Чтоб он сдох, досл. Камень на его могилу) От его заклятия бедную рептилию подбросило на месте, и она оказалась в опасной близости от других учеников. Реакция Воробышка была быстрой и, в принципе, правильной: в единый миг он взмахнул палочкой и отбросил опасное животное в сторону преподавателей (вернее, в сторону Локхарта), понимая, что хотя бы Снейп способен быстро ее уничтожить. Но шкет не учел одного: когда он отбрасывал змею, он смотрел на нее, а потому заклятие прозвучало на серпентаго.

Реакция зрителей была весьма красноречивой: все просто замерли, как жена Лота. Первыми, как это ни странно, очнулись Снейп, до этого явно на автомате заставивший змею просто и безо всяких эффектов исчезнуть, и Лонгботтом, цапнувший мелкого за рукав и вытащивший прочь из зала. Следом опомнилась Грейнджер, тем же макаром выволокшая из помещения рыжего. Сам Воробушек понял, как и где он лопухнулся, только в гостиной факультета. Так что его недоумение по поводу реакции окружающих было абсолютно искренним, а потому те, кто ее видел, отказались считать его тем, кто открыл Тайную комнату, в крайне категорической форме.

О способности Гарри болтать с ползучими гадами мы знали год полтора как, с тех самых пор, как мелкий неожиданно зашипел на какую-то экзотическую гадину в зоопарке, но у нас просто вылетело из головы, что при взгляде на змею птах самопроизвольно перескакивает на змеиную речь. Если честно, мы вообще как-то запамятовали, что малыш — змееуст, нам слегка не до того было. К тому же ни я, ни тем более птах не видели в этом ничего темного, просто редкий врожденный дар, тем более что, как и всякий язык, парселтанг можно выучить. Я тогда еще многого не знала о магическом мире, но неожиданная радость Твари заставила меня насторожиться. Спешно найденная литература по поводу способности говорить со змеями заставила меня крайне серьезно поговорить на эту тему с Воробышком, малыш пообещал не демонстрировать свое умение, и все, больше мы эту тему не поднимали. И на тебе, такая подстава, léach is léir orm! (п/а: ирл. Черт возьми)

Весть о том, что на собрании Дуэльного клуба Поттер вызвал змею и приказал ей напасть не то на какого-то из барсуков, не то на самого Локхарта, разнеслась по школе со скоростью лесного пожара, обрастая по пути совсем уж невероятными подробностями. Воробышку мигом припомнили все: и хоть и редкие, но нелицеприятные отзывы о своих опекунах-маглах, и презрительное фырканье в разговорах о Локхарте. Заметили и то, что после дуэли Локхарт отменил свои уроки и почти не показывался на люди (на самом деле Мечта домохозяек не выходил за пределы своих комнат потому, что кто-то — в очках и со шрамом, я полагаю — подсказал Пивзу, что за приколы над новым преподавателем никто полтергейсту ничего не сделает, и даже поделился подручными средствами). Не забыли и кошку Филча, и то, что именно Поттера доставал Криви. Все это уже на следующий день шкет услышал в беседе двух второкурсников с Хаффлпаффа. Умничка мой мигом вспомнил наш разговор накануне о том, чем это ему грозит, и ввязался в разговор. Дело было в библиотеке, и за громкий спор мальчишек оттуда выперли в коридор, где они его и продолжили. Естественно, на шум мигом собралась толпа. Гарри яростно спорил со своим оппонентом, понимая, что после следующего же нападения шепотки перерастут в полновесные обвинения, от которых уже не отмоешься, даже если поймают настоящего Наследника. Мы это уже проходили в начальной школе.

Очень скоро на крики примчались учителя в лице Макгонагалл. Очень кстати: в пылу спора мальчик, который обвинял Воробушка невесть в чем в пылу спора, Макмиллан, кажется, заявил следующее:

— Ты самый настоящий темный маг, Поттер. Ты — Наследник Слизерина! Это ты все устроил! Тебя на могилы родителей в Хэллоуин не отпустили, вот ты и заколдовал со зла кошку Филча.

— Во-первых, Макмиллан, завхоз, тем более его кошка, тут совершенно не при чем, а не отпустили меня директор и профессор Макгонагалл. Они, если ты видишь, — Воробей кивнул на подходившую преподавательницу трансфигурации, — живы и здоровы.

— Да профессор Дамблдор тебе просто не по зубам!

— Если он мне не по зубам, то неужели ты думаешь, что он не распознал бы мою ложь? Профессор Макгонагалл, вы же присутствовали, когда директор опрашивал меня. Скажите ему, что это не я!

Однако вместо выражения поддержки, как это бы сделали Снейп или Спраут, та просто сняла по пять баллов с Гриффиндора и Хаффлпаффа и приказала прекратить балаган и разойтись. Смешная женщина, когда это на Воробья такие меры действовали?

— При всем уважении, профессор — уперся мелкий, — но меня обвиняют Бог знает в чем! Неужели вы считаете, что я должен молчать и не отстаивать свое честное имя?! Я не открывал Тайную комнату, не нападал на Миссис Норрис и Криви, а о том, что я говорю по-змеиному, узнал только вчера. Так почему я обязан молчать на голословные обвинения?

За эту реплику ало-золотые лишились еще двадцати баллов, а конкретно мистер Поттер получил отработку у Филча (да, то еще наказание!). Поскольку решать степень вины мог лишь директор, а никак не учащиеся, и, следовательно, обсуждать здесь нечего.

— То есть, и вы мне не верите, мэм? — спросил мальчик. — Знаете, чем дальше, тем сильнее мне кажется, что мои дядя и тетя были правы, когда не хотели меня отпускать в Хогвартс. Пусть тогда я бы не повстречал своих друзей, но в обычной магловской школе не было бы ни горных троллей, ни нападений на учеников, ни обвинений на пустом месте! — и с этими словами птах развернулся и ушел в библиотеку, писать эссе по травологии.

Всего через пятнадцать минут его вызвали к директору. А за пять минут до этого — нашли еще одного маглорожденного под заклятием оцепенения, над которым парил почерневший Почти Безголовый Ник. Однако своего Гарри частично добился — шепотки в полновесные обвинения после обнаружения новых жертв так и не переросли.

20. Возвращаясь к началу

В то время, как жизнь мелкого в школе все больше напоминала чудовищную смесь сказок Гоффмана и рассказов По, я тоже не теряла время зря. Фицсиммонс выполнил заказ на перевод трактата по магической мнемонике. Тварь спокойно себе спала внутри моего сознания, изредка ворочаясь, отчего мне начинали сниться кошмары. А аврорат заинтересовался моим скромным бизнесом. Так что пришлось на время залечь на дно. Fán fada fuar orthu! Go lagaí galar tógálach n-chroí! (п/а: ирл. Чтоб им провалиться! Пусть их поразит инфекция!) Как же не вовремя! После шестнадцатого сентября квиды были особенно нужны. (п/а: имеется в виду 16.09.1992, «Черная среда», после которой произошла девальвация фунта стерлингов и выход Британии из европейской валютной системы)

Но нет худа без добра: я, наконец, вплотную занялась ошметками собственной памяти и воспоминаний Твари. Последние меня интересовали даже больше, потому что они могли меня вывести на того урода, благодаря которому я и оказалась в этом теле. К сожалению, интересующая меня часть памяти миссис Лестрейндж была повреждена так, что на ее восстановление ушло почти два года. Да и то, если бы не баранасская книга, фиг бы мне это удалось. С моими воспоминаниями все было гораздо интереснее. Я помнила химическую формулу дифенилбутилпиперидина, но воспоминания, связанные с моей личностью, были кем-то вытравлены с особым тщанием. Единственным моим воспоминанием были боль в коленях, холод, ветер и шум моря. Очешуеть, как много!

Четыре года Азкабана и побег из заключения, во время которого ею едва не полакомился дементор, не прошли для Твари даром. Оказавшись на свободе, Пожирательница находилась в крайне помраченном состоянии рассудка. И старуха, вытащившая ее из-за решетки, какая-то ее родственница, то ли тетка, то ли еще кто, обратилась к какому-то колдуну, чтобы тот вылечил беглянку. И тот предпринял попытку это совершить: в один недобрый для всех день и час старая ведьма в компании с полубезумной Лестрейндж порт-ключом перенеслась к алтарю, где их ожидал полуседой горбун. В его руках была чаша из человеческого черепа, наполненная, скажем так, жидкостью, в которой метался слабосветящийся сгусток. Последнее, что мне удалось реконструировать из клубка кошмаров, видений, более ранних воспоминаний и галлюцинаций была сцена, как Беллатрикс выпивает жидкость из чаши. Все, а дальше была темнота и холод.