- Ну и как же нам теперь выбраться из этого переплета? - сказал Колин. Похоже, нам придется торчать здесь, пока она не отзовет все эти существа. А если она опять примется за свое колдовство? Мне что-то неохота ждать.
- Колин, мы не можем уйти, моя слезка вон в той комнате, больше такого случая не представится никогда!
Воздух стал прохладным, и никаких звуков - ни странных, ни обычных не было слышно.
Но Сьюзен чувствовала настойчивые призывы в глубине своего сердца, которые отмели в сторону все обещания, всяческое благоразумие уже тогда, когда они увидели туман со станционного моста.
- Но, Сью, разве ты не слыхала, как эта Плейс сказала, что там находиться опасно? Уж если и она боится, значит, это по-настоящему чем-то грозит.
- Наплевать. Я должна сделать попытку. Идешь? Если нет - я иду одна.
- Ох... ну, пошли. Увидишь, мы еще пожалеем, что не остались здесь.
Ребята вышли из гардеробной и осторожно отворили находившуюся слева от них дверь.
Сначала они ничего не могли увидеть в тусклом свете жаровни, но разглядели стол и подставку для книг, и белый столб посреди комнаты.
- Все спокойно! - прошептала Сьюзен. Они вошли в комнату на цыпочках, закрыли дверь, постояли, пока глаза привыкли к освещению... и тогда они увидели! Столб был живой.
Он вырастал из круга, который Селина Плейс так старательно изготовила. Это был столб маслянистого дыма, а в дыму шевелились какие-то существа. Их очертания были неясными, но ребятам удалось разглядеть достаточно, чтобы захотеть очутиться подальше отсюда. Пока они смотрели, столб начал вращаться, все быстрее и быстрее, дым становился все гуще и гуще, пол зашатался, и слух ребят внезапно наполнился печально завывающими голосами, доносящимися откуда-то издалека, из неведомых страшных мест. Жужжа как мухи, какие-то тени отделились от драпировок, и их тут же затянуло в дымную спираль. А затем основание столба почему-то сделалось голубым. Жужжание перешло в сумасшедший вой - и смолкло. Вся эта вертящаяся масса задрожала, как будто кто-то резко нажал на тормоз, замерла и рухнула, как упавшее дерево. Сквозь дым вверх побежали серебряные молнии, дымный столб столкнулся с огненным шаром, и последний поглотил его. Какой-то голос пропищал что-то совсем рядом с ребятами и исчез через двери позади них. Голубой свет начал гаснуть, а на его месте показался Огнелед посреди нарушенного магического круга.
Колин и Сьюзен стояли, точно привинченные к полу. Затем осторожно, затаив дыхание и не отрывая глаз от камня, как будто он мог исчезнуть, Сьюзен подошла и взяла его. Молча расстегнула она браслет и замкнула его на своей руке. Она не отдавала себе отчета в том, что делает. Этот момент снился ей столько раз за долгие месяцы, и столько раз она с горечью просыпалась.
В маленькой комнатке наверху под самой стрехой Селина Плейс и Гримнир сидели в ожидании. Они были скованы почти невыносимым напряжением: слишком хорошо была известна цена неудачи. На протяжении тысячелетий не раз бывали случаи, когда подобные им ослушивались Настронда. Но все в конце концов оказывались в Рагнароке. Настронд умел подчинять всякое зло своей воле.
- Теперь уже недолго, - сказала Морриган. - Через пять минут камень должен...
Тоненькая ниточка дыма просочилась под дверь и поплыла по комнате. Какие-то плачущие звуки сопровождали ее. Морриган вскочила со стула, взгляд ее сделался диким, на лбу появилась испарина.
- Нон липет абире...
Она широко раскинула руки, чтобы загородить дорогу.
- Кониуро эт конфирмо супер... Но дым обогнул ее, направляясь к камину, и прыгнул в него. За окном мрачно вздохнул ветер, и все стихло.
- Нет, нет, нет, - пробормотала Селина потрясенно, устремляясь к двери. Но Гримнир уже распахнул дверь и мчался по коридору к лестнице. Он пробежал уже один пролет вниз, когда раздался звон разбиваемого стекла, и на лестнице тут же сделалось темно, потому как черная фигура заслонила собой верхнюю часть окна. Морриган своим резким голосом издала вопль, полный страха, а Гримнир обернулся со скоростью и злобой голодного паука.
Шум вернул к жизни Колина и Сьюзен. Морриган снова взвизгнула.
- Давай быстрей отсюда! - сказал Колин. Он потащил сестру за руку в прихожую.
- Как только мы выйдем наружу, беги как сумасшедшая, я - следом.
Жуткий тарарам происходил там, наверху, и звуки неслись оттуда такие, что заставляли забывать о прочих опасностях. Однако только до тех пор, пока Колин открыл наружную дверь. Раздался какой-то скрежещущий рык, и из тумана возникла фигура, вид которой заставил их, спотыкаясь, ринуться обратно в дом. Но прежде чем Колин сумел захлопнуть дверь, собака колдуньи Морриган перемахнула через порог и очутилась прямо перед ними - злобная и страшная.
Она была очень похожа на бультерьера, только фута на четыре выше в холке, и острые уши ее, в отличие от прочего гладко-белого туловища, были покрыты грубой красной шерстью. И уж чем она была непохожа на всех собак на свете это тем, что на морде ее не было даже признака глаз. Она была безглазая!
Зверь секунду помедлил, покачивая своей клинообразной головой из стороны в сторону и принюхиваясь влажными раздутыми ноздрями. Учуяв запах ребят, ринулся к ним, как если бы увидел их глазами. Колин и Сьюзен нырнули за ближайшую дверь, которая, как оказалось, вела в кухню, но там ничего не сулило им укрытия, только обнаружилась еще одна дверь.
- Надо рискнуть, это страшилище явится сюда через минуту.
Задвижка на кухонной двери не выдерживала, она вот-вот готова была отскочить под яростным натиском скребущих когтей. Но не успела Сьюзен все это проговорить, как послышался звук шагов, торопливо приближающихся к другой двери. И тут защелка подалась, и зверь ворвался на кухню.
Колин схватил кухонный стул и шепнул Сьюзен:
- Спрячься за мою спину.
При звуке его голоса зверь замер, но только на мгновенье.
- Мы до окна не достанем?
Колин не смел отвести глаз от наступающей собаки.
- Нет.
- А другого выхода отсюда тоже нет?
- Нет.
Он орудовал стулом как щитом. Собака наскакивала на него, пытаясь укусить. Стул был тяжеленный, руки у Колина ломило.
- Смотри, - сказала Сьюзен, - вон там какая-то кладовочка, для щеток и веников, что ли, дверь не заперта, давай туда!
- А чем это поможет?
- Я не знаю. Может, Гримнир нас не заметит, или собака на него набросится... или... все равно, хуже не будет!
- А мы там поместимся?
- Она высокая, до потолка.
- Ладно, давай.
Сьюзен залезла в кладовку и подержала дверь, пока Колин, пятясь, продвигался к кладовке. Зверь кусал ножки стула и лупил их лапами. Дерево трещало, щепки летели во все стороны, руки у Колина ослабели, но он добрался до кладовки, швырнул стул в оскаленную морду и вдавился в кладовку. Сьюзен увидела красный язычище и сверкнувшие белые клыки прямо рядом со своим лицом, но она успела захлопнуть дверь. В тот же момент Сьюзен услышала, как с силой распахнулась та, другая дверь в кухню. Потом она потеряла сознание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
