Читаем без скачивания Лисья йога - Чёрный Лис

234. Сверкая своими ослепительными зубами, антрополог, ученик дона Хуана, а по совместительству еще и дьявол – Карлос Кастанеда сказал:

– До меня дошли слухи, что ты пишешь книгу о лисьем племени. Вот я и решил заехать навестить, может помочь в чем (не притворяйся, что тебе ничего не надо). К тому же читателю будет полезно знать и мою точку зрения на деяния мексиканских магов. Они тут залетали к тебе и издевались надо мной. Но сейчас пришел мой черед смеяться.

– Однако, Карлос, ты объясни свою трансформацию. Из Воланда в Кастанеду. Совершенно непонятно. Читатель меня банановой кожурой закидает, если этот момент будет не раскрыт.

– Конечно. Идею мне подал подлый котяра Бегемот.

– Мессир! Но почему «подлый»? – черный котище встал на задние лапы и, притворившись расстроенным, посмотрел в глаза Карлосу.

– Потому что так написано у Булгакова. Мне понравилось как он выразился тогда, – ответил тот.

Бегемот, все еще надувшись, налил себе полную рюмку ликера и выпил в одиночку.

235. – Ладно тебе. Перестань дуться. Лучше расскажи Лису о своем грандиозном замысле превращения всемогущего мессира Воланда в раздолбая студента-антрополога Карлоса Кастанеду из Калифорнийского университета, – подал голос милитарист Азазелло.

Я с радостью отметил, что он все-таки снял меховую шапку. Правда под ней обнаружилась резиновая шапочка для купания, но это были уже мелочи. У лисов ничего не бывает просто так. Скорее всего для чего-нибудь да нужно.

– Погоди, Азазелло, я еще не наелся, – ответствовал Бегемот, пытаясь размешать ложечкой икру в рюмке с ликером.

На мой безумный взгляд котище ответил:

– Понимаешь, Лис, я экспериментирую. Вот ты скажи мне, – кто пробовал смешать черную икру с “Amaretto”? Никто! А я буду первый.

Коровьев заметил, что такого великого ученого-практика лучше бы отправить в голодающую Африку, а то переводит, понимаешь, продукты бестолку.

Между ними разгорелась очень жаркая и совершенно бессмысленная дискуссия.

Фрагмент 66

236. – Мало от них толку, поэтому сам расскажу, – усмехнулся Карлос.

Налегая на порезанные дольками ананасы и очищенные от кожуры киви, я стал слушать потрясающую историю.

– Знаешь, Лис, после всей этой катавасии с Мастером и Маргаритой мною овладела великая скука. Посуди сам – я был всемогущим дьяволом, который иногда притворялся, что его волнуют ограничения, накладываемые коллегой от Светлых Сил. От огромной вседозволенности я загрустил и впал в депрессию. В таком состоянии твой покорный слуга удалился от всех дел в какой-то занюханный мирок, где провел в пьянстве и разврате несколько тысячелетий местного времени. Однажды, когда я был относительно трезв и занимался поисками новой пассии на улицах какого-то городка, ко мне явился Бегемот и сказал, что у него родилась гениальная идея. Конечно же, нифига она у него не родилась – просто он где-то ее вычитал, а потом выдал за свою. Но это не суть важно.

237. Бегемот делал вид, что не слышит этих слов, будучи целиком поглощен беседой с Азазелло.

– Думаю, что с точки зрения лисьей реальности совершенно не важно вычитал он ее где-то или придумал сам, – сказал я.

– Верно, Лис. Но не будем отвлекаться. Бегемот предложил мне во-первых – бросить пить, а во-вторых – отказаться от всего своего всемогущества и поместить себя в некую определенную сказку. По замыслу пушистого прохвоста я должен был позволить себя (ты только вдумайся, Лис, СЕБЯ!!!) учить. Идея мне понравилась и, простившись с триста восьмидесяти четырьмя (что ж ты хочешь – у дьявола вместительное сердце!) возлюбленными, я отправился искать нужную сказку. Думаю, дружище, ты будешь меня больше уважать, если скажу, что не выпил на дорожку ни капли спиртного.

После этих слов Карлос виновато опустил глаза.

– Ну может самую чуточку да, Воланд? – спросил я.

– Угу. Малость алкогольной кока-колы. Надо было. А то дело новое, незнакомое. И я поспешил.

– Тут нужно сказать, что мессир так спешил, что по дороге уничтожил несколько густонаселенных планет с высокоразвитыми цивилизациями, – вставил слово Коровьев, протирая свои очки полой пиджака.

– В конце концов я все же дьявол. Марку держать должен. Но, если честно, я не хотел никого уничтожать. Просто не заметил их по пути. Чувствую – в боку что-то закололо. Решил – от быстрой ходьбы, а оказывается налетел на какие-то цивилизации… В тех краях космос чересчур сильно заселен.

238. – Ладно тебе, Карлитос, бог с ними, с планетами этими. Все это сон, – успокоил я его. – Ты лучше рассказывай, что дальше было.

– Дальше все было достаточно просто, Черный. Я попал в нужную сказку. Стал там Карлосом Кастанедой – студентом-антропологом, изучающим лекарственные растения. Так началось мое приключение.

Фрагмент 67

– А куда делась твоя свита, о воплощение пофигизма? – спросил автор у дьявола.

– Ха-ха! Хорошо, что ты не назвал меня «воплощением зла». Последнее чересчур банально и не имеет к этой сказке никакого отношения. Что до свиты, то она разлетелась кто куда. Азазелло занимался странными видами спорта где-то в другой галактике, Коровьев – такой шутник, придумал сказку, в которой он был мной. В итоге события «Мастера и Маргариты»развивались совершенно иначе.

239. – А Бегемот?

– Бегемот… – Воланд притворился, что задумался. – Боюсь, Черный Лис, ты не поверишь…

– Брось, приятель! В лисьем мире возможно все.

– Даже то, что ты не поверишь мне…

– Это очень хороший хренир, дружище мессир, но лучше бы ты кололся.

– Хорошо! – Карлос решился и поднял на меня сверкающие глаза. – Бегемот, этот неистощимый на выдумки пройдоха и любитель подлых шуток, был одним из моих учителей магии в Мексике.

Вот уж действительно ошарашил! В лисьем мире возможно все и даже больше, чем все. Хотя куда там больше-то… Котяра Бегемот был мексиканским индейцем, магом по имени Хенаро Флорес!!! Неистощимым на выдумки шутником и любителем напугать до смерти.

240. В разговор вмешался сам кот. Уминая ананасы с печенью трески он сказал:

– Когда я подкинул мессиру идейку насчет большого приключения в некоей р сказке, то и себе отвел в ней довольно значительную роль.

– Но как тебе, Бегемот, пришла в голову такая идея, чтобы Воланд стал учеником магии? – спросил я заменяя в ручке стержень.

– О, Лис! Слишком просто, до невозможности просто. У меня не было озарений, никакие слова, написанные огнем не вставали перед моим взором, никакие голоса не нашептывали мне на ухо мудрые речи…

Он мог и дальше так перечилять на протяжении долгого времени.

– Ну не томи, котяра! В чем же суть? Раскрой тайну! – нетерпеливо ерзал на стуле я.

Бегемот допил “Amaretto”, потом принес с кухни еще одну бутылку и изрек:

– Я просто прочитал его книги, – он кивнул в сторону Карлоса-Воланда.

Фрагмент 68

241. – Слоняясь по разным снам, я оказался в стране, которую все почему-то называли Америкой. Почему, я так и не понял – ее следовало бы назвать как-нибудь иначе, но тогда у меня не было времени на подобные размышления. Накупив целый ворох бульварной литературы, я устроился на травке в каком-то парке и взялся за чтение. И тут сказка очень резко хренировалась и, если бы ваш покорный слуга не сидел, то точно упал бы от удивления. Передо мной лежала серия книжек в мягкой обложке (я и не заметил как купил их), объединенных одним автором – неким ученым-антропологом Карлосом Кастанедой. В аннотации одной из книжек говорилось, что автор описывает свое посвящение в зловещий и пугающий мир магии.

242. – Удивление мое было велико, так как я знал, что «Карлос Кастанеда»-одно из имен мессира Воланда. «Когда же он успел книжки написать?»-задался вопросом я. Ведь в последний раз мы с ним виделись в одном из борделей Цепеннинского Халифата – сказки наспех придуманной им от великой скуки. Но вдруг я понял такую вещь. Понимаешь, Черный, я гулял по своему сну, а Воланд находился в этом Халифате, то есть в другой сказке.

– Бегемот несколько косноязычен, – заметил улыбаясь Воланд, – поэтому лучше объясню я.

Кот, ничуть не обидевшись, налил нам в рюмки ликер и провозгласил тост почему-то за Лису. Та, потягиваясь, вылезла из-под стола, где спала на протяжении всего разговора и заявила свою претензию на спиртное. Претензия была быстро удовлетворена, и мы опрокинули еще по чуть-чуть итальянского алкогольного зелья.

– Так я продолжу, – сказал Карлос Кастанеда.

– Не торопитесь, мессир, – подал голос Азазелло. – Куда нам спешить? Арестовывать нас никто не придет, поэтому вполне можно устроить небольшое отдохновение от заумных речей. Повеселиться, спеть чего-нибудь…

– Он прав! Он тысячу раз прав, мой друг Азазелло. – воскликнул Бегемот. – Какая в самом деле разница – каким образом что-то там произошло? Плюнь ты на эту фигню, Лис!

– Э-э… Но как… э-э… гхм… Почему… э-э… А книга? – мои реплики были полны междометий. – Я же должен рассказать о…