— Ты почему меня не слушаешь, ты почему отвлекаешься? — вдруг спросил строго гном Веня. — Тебе неинтересно?
— Я слушаю, — сказала Алиса.
Глава четвертая
ЗАГОВОР В ЗАПОВЕДНИКЕ
— В заповеднике сказок созрел заговор, — сказал гном. — Понятно?
— А зачем заговор? — спросила Алиса.
— Цели его неясны, — сказал гном. — Но, разумеется, они зловещие. Все заговоры зловещие.
— А кто же там заговаривается?
— Не заговаривается, а договаривается, — сказал гном шепотом. — Старик Кусандра договаривается, чтобы захватить заповедник. Ты видела, какой он неприятный?
— Кусандра мне не очень понравился, — сказала Алиса. — Он грубо обращается с драконом.
— Вот именно, — сказал гном. — Но это не самый главный его недостаток. А директора он опутал.
— Чем опутал? — спросила Алиса.
— Наш директор, — сказал гном, — много понимает в науке и отлично разбирается в сказках, но ровным счетом ничего не смыслит в житейских интригах. Он гуманист.
— Он — кто? — спросила Алиса. К сожалению, слова «гуманист» она еще не слышала.
— Ясно, — сказал гном, обернувшись к Даше. — Они этого еще не проходили. Нехватка жизненного опыта.
— Я знаю много таких слов, которые тебе и не снились, — сказала Алиса.
— Допускаю. Но объясняю, — сказал гном. — Гуманист — это человек, который любит других людей.
— Правильно, — сказала Алиса. — Я слышала, но забыла. А что в этом плохого?
— Вообще-то неплохо, — сказал гном. — Но при этом надо уметь разбираться в людях.
— Ты слишком медленно рассказываешь, — сказала Алиса. — Уже полдня прошло, а ты мне ничего не рассказал.
— Рассказываю как умею. А ты меня перебиваешь. Не хочешь слушать, не слушай. Мы с Дашей уйдем.
Алиса не стала ему отвечать. Раньше она почему-то думала, что гномы добрые и работящие. Видно, ей не повезло. Ей достался очень сварливый гном.
— Иван Иваныч Царевич, — продолжал Веня, — доктор исторических и биологических наук, почетный член испанской и польской академий, а также Лондонского королевского общества, человек, который теоретически обосновал, а затем и практически нашел неизвестный раньше период в истории Земли — а именно легендарную эпоху, которая затерялась между третьим и четвертым ледниковыми периодами… Ты понимаешь, что я говорю? Или ты этого еще не проходила?
— Почти все понимаю, — сказала Алиса.
— Молодец. Так вот, этот человек, которым я горжусь, создатель первого в мире заповедника сказок, в личной жизни оказался тюфяком. И теперь никому не известно, где он, что с ним и вообще жив ли наш дорогой директор.
И вдруг гном разрыдался, борода его затряслась, из глаз покатились крупные слезы, из глубины его маленького тельца вырывались стоны.
— Ой, мы осиротели! — плакал он. — Ой, горе!
— Ну не надо так, — утешала его Алиса, — я тебе воды принесу…
— Нет, ты не понимаешь! — рыдал гном.
— Тогда я принесу компоту, — сказала Алиса.
— Компоту? Компоту можно.
Гном понемногу успокоился, а когда Алиса принесла чашку с компотом, он уже совсем перестал плакать.
Пока гном пил компот, Алиса спросила:
— Почему ты говоришь, что неизвестно, жив ли директор. Он на конференции, заседает в городе Тимбукту. Может, тебе просто забыли об этом сказать?
— А кто тебе сказал, что Иван Иванович Царевич в городе Тимбукту? — спросил гном.
— Его помощник, старик Кусандра. Уж, наверно, он лучше тебя знает.
— Именно. Он-то знает лучше меня, — сказал гном, возвращая Алисе чашку. — И он знает, что директор ни на какую конференцию не ездил. О, ужас! Его заколдовали или заточили!
— Успокойся, Веня, — сказала Алиса. — Не может быть, чтобы кто-нибудь заколдовал доктора наук и директора. Этого просто не бывает.
— А почему? Почему заколдовать можно недокторов и недиректоров, а докторов и директоров нельзя?
— Никого нельзя. Да и потом, кто будет заколдовывать? И зачем?
— Зачем? Наверное, потому, что директор наконец-то проник в планы заговорщиков и грозил им разоблачением. А кто? Я же целый час повторяю — старик Кусандра.
— Не может быть!
— Ну вот, ты опять за свое… Не может, не может! А вот может! Ты думаешь, он кто такой — твой любимец Кусандра?
— Во-первых, он вовсе не мой любимец, а во-вторых, он сам сказал, что он помощник директора по хозяйственной части.
— А тебе не приходило в голову спросить, почему этот злодей оказался в заповеднике?
— Не приходило. Я только сегодня со всеми вами познакомилась.
— Тогда я тебе расскажу, как дело было. Приходит однажды к Ивану Царевичу в кабинет этот Кусандра и говорит: «Вы принимаете экспонаты в заповедник сказок?»
— А что такое экспонат? — спросила Алиса.
— Ты и этого не знаешь? — Гном был расстроен.
— Я-то знаю, но мне хочется, чтобы Даша тоже знала, — сказала Алиса.
— Правильно. Даше надо учиться. А то она будет такая же необразованная, как ты, — согласился гном. — Экспонат — это тот, кто экспонируется. Ясно?
— Молодец, — сказала Алиса. — Объяснил непонятное непонятным.
— Ну как сказать попроще? Экспонат — это тот, кто сидит внутри. В музее экспонаты под стеклом, а в зоопарке в клетках.
— А ты экспонат? — спросила Алиса.
— Я экспо-гном, нужно понимать разницу. Ну что, будем продолжать или пойдем по домам?
— Будем продолжать.
— Так вот, Кусандра попросился в заповедник экспонатом. А Иван Иваныч спросил: «Почему я должен брать вас экспонатом, если вы производите впечатление обычного человека?» А Кусандра отвечает, что он волшебник и может абсолютно все, только не хочет, потому что боится всю Землю погубить. «Но если, — сказал Кусандра, — вы не боитесь погубить Землю, давайте начнем меня испытывать».
— И директор согласился?
— Нет, он засмеялся и спросил, а что еще Кусандра умеет делать. А Кусандра сказал, что знаком с работой Бабы-яги.
— И его взяли?
— Взяли. Дали ему ступу и метлу и велели подметать заповедник. Подметать он, конечно, не умел, а только летал.
— По-настоящему летал?
— Не очень по-настоящему. Ступа была реактивным двигателем, на киностудии взяли. К тому же он оказался лихачом и воздушным хулиганом. Директор терпел-терпел, а потом сказал: «Все у нас в заповеднике настоящее, а вместо Бабы-яги Папа-яга, и пользы от него никакой. Если уж держать в заповеднике ведьму, так настоящую».
— И что?
— И Кусандру перевели на человеческую работу — помощником по хозяйственной части.
— И он за это обиделся на Ивана Царевича?
— Не это главное. Хотя зарплата помощника меньше, чем у Папы-яги.
— А зачем Кусандре зарплата?
— Он очень жадный. Он деньги копит. Уеду, говорит, к себе, куплю царство, буду всех угнетать.
— Куда к себе?
— В легендарную эпоху. Между третьим и четвертым ледниковыми периодами. Мы все подозреваем, что он злой волшебник.
— Если бы он был волшебником, — сказала Алиса, — у него ступа сама бы летала.
— Не скажи. Волшебники не все могут. Если бы волшебники все могли, житья бы от них не было, да и не вымерли бы они к настоящему времени. Нет такого волшебника, чтобы умел в ступе летать. Это ведьмино дело. А уж на метле летать они и не мечтают.
— Что же случилось потом?
— Потом пропала курочка Ряба.
— Какая еще курочка?
— Ах, эти современные дети! Могут перечислить все спутники Юпитера, а забыли, чем знаменита курочка Ряба.
— А, я вспомнила! Она снесла золотое яичко?
— И не одно. А потом исчезла. И директор Царевич сказал Кусандре: «Вы отвечаете за порядок. Куда делась курочка? Чтобы завтра курочка была на месте! Иначе я вас уволю!»
— А что дальше?
— Вчера ночью директор пропал. Когда утром за ним прилетела машина, вышел Кусандра и сказал, что директор ушел пешком. А это неправда. Все двери были заперты. И он не уходил. Он исчез. Теперь власть в заповеднике находится в руках страшного злодея Кусандры. И если ты нам не поможешь, мы все погибли. А может, погибнет весь город. И вся Земля!
— Может, скажем моему папе? Он взрослый…
— Взрослые не верят в сказки. Единственный взрослый, который верит в сказки, — это Иван Иванович Царевич. А он заколдован или заточен.
— Но я тоже не верю в сказки. Я верю в космические путешествия, в достижения науки, мне некогда верить в сказки. Мне как будущему ученому нужны доказательства.
— Ах, тебе нужны доказательства? — Гном вскочил и выпрямился на диване во весь рост. — А я что, не доказательство?
— Почему ты доказательство?
— Так я же гном! Я сказочное существо!
— А как ты докажешь…
— Хватит! — Гном был страшно разгневан. — Если бы я сказал тебе, что прилетел с планеты Паталипутра, где все жители такого роста и ходят в красных колпаках, ты бы мне поверила?
