Глава II
ВОЙНА И МИР
Вновь принять в свои руки «Спартак» на этот раз согласился не сразу. Затаилась в сердце обида на земляков: слишком памятны оказались те неприязненные встречи, которые оказывали ему на местном стадионе болельщики Владикавказа во время визитов сюда московского «Динамо». Уговорил вернуться Батраз Битаров, с которым Газзаев близко сошелся еще в 1990 году. Батраз Хазбатрович был в то время преуспевающим бизнесменом и, как подавляющее большинство владикавказцев, страстным поклонником своей команды. Позднее его пригласили на должность генерального директора футбольного клуба «Спартак», где он обрел свое новое призвание.
Нельзя сказать, чтобы все, в том и числе и в руководстве республики, ждали Газзаева с распростертыми объятиями. Многие по-прежнему считали его отъезд в Москву в 1991 году изменой. Понимал, конечно, Битаров, что ожидают его нелегкие переговоры с Валерием Георгиевичем. Но вот только не думал, что придется целый месяц провести в столице, чтобы убедить его еще раз попробовать свои силы на родине.
Вопреки одолевавшим сомнениям, вернувшись во Владикавказ, Газзаев везде встречал благожелательное к себе отношение — недоверия или настороженности не было. По всему чувствовалось, что с его возвращением местные болельщики связывают свои надежды на перелом к лучшему.
Время нового назначения Газзаева совпало с периодом смены власти в республике. Ушел с поста руководителя Северной Осетии С. В. Хетагуров, человек, преданный спорту и много сделавший для развития как профессионального, так и массового футбола, особенно детского. Не случайно, что местная молодежная газета опубликовала тогда в своем спортивном приложении статью под названием «Команда погибла», имея в виду участь владикавказского «Спартака».
Однако, к счастью, мрачные прогнозы не оправдались. Президентом республики был избран А. X. Галазов, человек высокой эрудиции и культуры, со взглядами, широта которых не вяжется с нашими обычными представлениями о высокопоставленном чиновнике. Спорт вообще и футбол в частности он сразу же поставил в круг своих первоочередных забот, видя в них великую силу, противостоящую национальным раздорам, способную привлечь молодежь в русло здорового и нормального образа жизни. Не будем забывать, что в то время еще не улеглись страсти после тяжелого осетино-ингушского вооруженного конфликта, разгоралась война в Чечне.
Кстати, сам Ахсарбек Хаджимурзаевич всю жизнь активно занимался спортом, в молодости был прекрасным легкоатлетом, пробегал стометровку с результатом, близким к одиннадцати секундам, увлекался плаванием, волейболом, футболом. И конечно, как каждый нормальный человек в Северной Осетии, был страстным болельщиком (да и сейчас им является) владикавказского «Спартака». Даже будучи президентом, не пропускал ни одной игры. Местные болельщики шутили, что по шляпе Галазова можно определить, что происходит на поле: если она сжимается, значит, горячо у наших ворот, если распрямляется, значит, наши атакуют.
Валерия Газзаева Галазов знал еще с тех времен, когда тот только начинал играть в спартаковском «дубле». И сразу проникся к нему симпатией. Причем его всегда поражал не столько талант, сколько самоотдача Газзаева, который с юных лет проявил себя великим тружеником. «Так же, как алмаз требует огранки, талант гаснет, если не поддерживается упорным трудом. Только благодаря труду Газзаев смог проявить себя одним из самых ярких и самоотверженных футболистов страны, а затем стать и выдающимся тренером» — такова точка зрения Галазова.
По его мнению, эмоциональность Газзаева — это выражение его неисчерпаемой энергии, которой он заряжает окружающих. Именно это произошло, когда он представлял руководству республики свою программу работы с клубом. Причем многие принципиальные вопросы: улучшение финансирования, реконструкция стадиона «Спартак» и учебнотренировочного центра, приобретение ряда игроков — выдвигались в ней в качестве непременных условий успешной деятельности тренера.
Довольно категорично ставил Газзаев и вопрос о предоставлении ему полной свободы в селекционной работе. Право выбора новых игроков принадлежит тренеру и только тренеру. Только он определяет, с кем ему работать, с каким игроком, на каких условиях и на какой срок необходимо заключать контракт. Скидки на то, что такой-то игрок — любимец публики, влиятельных персон или имеет большие заслуги перед клубом, в профессиональном футболе исключены.
Для людей неискушенных подобные вещи представляются само собой разумеющимися. Однако, обладая уже вполне приличным опытом тренерской работы, Валерий Георгиевич прекрасно был осведомлен о том, что любая недоговоренность в отношениях между руководителями клубов, находившимися еще в стадии перехода на профессиональные рельсы, и тренерами команд чревата всевозможными недоразумениями. На практике круг полномочий тренеров нередко определялся волюнтаристским путем, а в ходу была сакраментальная фраза: «Дело тренера — тренировать». В результате наставники команд часто оказывались не в состоянии влиять на узловые вопросы, непосредственно связанные с содержанием и конечными результатами их деятельности.
На этот раз собственную тактику работы с командой Валерий Георгиевич несколько изменил: в сезоне 1994 года он не стал форсировать события. То, что он предложил своим подопечным, некоторые поспешили окрестить «тестом на выживание». Но это был весьма поверхностный и ошибочный взгляд на работу Газзаева, на то, что в действительности происходило в команде. Конечно, к этому времени для него было вполне очевидно, что современный футбол характеризуется возросшими физическими нагрузками, и игроки, не способные с ними справляться, обречены остаться вне игры. К тому же правильно поставленная функциональная подготовка была и непременным условием предотвращения профессионального травматизма.
Через несколько лет, в период очередной предсезонной подготовки московского «Динамо», один из довольно солидных журналистов писал: «Так как всем известна приверженность Газзаева к высоким физическим нагрузкам игроков, нам следует ожидать высокого травматизма в команде». В одной фразе все поставлено с ног на голову: и сущность функциональной подготовки, и тренерский подход к учебно-тренировочному процессу.
Сам Валерий Георгиевич никогда не рассматривал «физику» в качестве какого-то особого «конька» в своей тренерской работе, которая, как известно, включает в себя и тактическую подготовку игроков, и формирование у них необходимых психологических качеств, и совершенствование индивидуального мастерства каждого футболиста. По мнению Газзаева, недооценка значения любой из этих сторон учебно-тренировочного процесса неизбежно приводит к непоправимым последствиям. Конечно, в зависимости от уровня готовности команды тренер должен уметь выделить и обосновать приоритеты и главные задачи конкретного периода, которые должны быть отражены в микроциклах учебных планов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
