— Эй, расслабься. — Джек взял ее руки в свои. — Что с тобой? У тебя клаустрофобия?
— Нет, — ответила Лаура, но, оглядев маленькую кабину, почувствовала себя в ловушке. Девушка ощутила резкую нехватку кислорода, как будто взобралась на высокую горную вершину. — Не было, пока ты не сказал, — раздраженно добавила она. Высвободив руки, Лаура снова открыла мобильник.
— Все хорошо, — попытался успокоить ее Джек.
Но Лаура не слушала его. Затаив дыхание, она боролась с возрастающей паникой. Ей нужно выбраться. Нужно выбраться, повторяла она про себя как заклинание.
— Лаура.
Девушка не ответила, и тогда Джек встал перед ней. Девушка пыталась прорваться к панели. Она хотела, чтобы двери открылись. Ей необходимо выбраться из лифта!
Джек перехватил ее руки.
— Лаура. Лаура, — мягко повторял он ее имя. — Дыши глубже. Успокойся.
Девушка неожиданно почувствовала, как паника отступает. Она больше не пыталась вырваться, сделала глубокий вдох и выдохнула. Сердце забилось спокойно, дыхание восстановилось. Она взглянула на Джека, едва не утонув в его голубых глазах.
— Все хорошо.
Но нет. Не все так хорошо. Возможно, все уже никогда не будет хорошо. Лауре не хватало времени, чтобы достать деньги. Надежда сохранить отель таяла с каждым днем. А разговор с Мэттом и осознание того, что их отношения больше невозможны, только добавляло нервозности. Однако больше всего волновало Лауру то, что она перешла границу деловых отношений с Джеком. Она не желала испытывать к нему влечение. Не хотела, чтобы он начал ей нравиться. Джексон Хоук не из тех мужчин, которые верят в любовь и серьезные отношения. Он ясно дал ей это понять. А Лаура... Лаура верила и в то, и в другое и хотела, чтобы все это было в ее жизни. Девушка была совершенно не уверена, сможет ли она выдержать его близость столько времени, сколько им придется сидеть в застрявшем лифте. Ночь в его номере доказала, что между ними существует опасное влечение. День в кабинете только подтвердил это. Если бы не звонок Мэтта, они бы уже оказались в одной постели.
— Тебе лучше?
Лаура кивнула.
— Можешь меня отпустить.
— Не думаю, что дело в генераторе. Свет ведь есть. Видимо, что-то с лифтом. — Джек выпустил руки Лауры.
Девушка поразмыслила над его словами. Она должна была быть благодарна небесам за то, что электричество работало исправно. Иначе ей пришлось бы застрять здесь с мужчиной в полной темноте. Она ждала, что Джек начнет говорить о неисправностях в системе лифтов, но он не стал этого делать. Возможно, потому, что был уверен: Лауре и самой прекрасно все известно об этом.
— Но это ничего не меняет. Лифт застрял.
— Да. Однако это значит, что в отеле есть электричество. В следующий раз, когда кто-то захочет воспользоваться служебным лифтом, он поймет, что тот не работает, и вызовет бригаду рабочих. Те проверят лифт, все исправят, и мы сможем выбраться.
— Все бы хорошо, вот только вряд ли до утра кто-нибудь обнаружит, что лифт сломан. Уже поздно. Все разошлись по домам, — пояснила девушка. — Шансы, что кто-нибудь захочет воспользоваться этим лифтом, ничтожно малы.
— Возможно. А с другой стороны, на ресепшене знают, что ты еще в офисе. Все привыкли, что ты засиживаешься в офисе допоздна, но если ты не выйдешь, то тебя пойдут искать.
Лаура покачала головой.
— Два часа назад — возможно. Вряд ли кто-нибудь думает, что я еще в офисе. А если и так, то все просто решат, что я посплю на кушетке у себя в кабинете. Такое уже бывало.
— А Хлое? Она ведь остановилась у тебя, так? Она приедет искать тебя, если ты не вернешься домой, — рассуждал вслух Джек.
Лаура рассмеялась бы, не будь ей так горько.
— Сегодня приезжает ее сводная сестра Мередит Грант, с которой она уговаривала тебя встретиться. Они наверняка пойдут в какой-нибудь ночной клуб. Зная Хлое, шанс, что она вернется домой до рассвета, такой же, как если бы я выиграла десять миллионов в лотерею.
— А как насчет твоего друга Петерсона, который звонил тебе сегодня днем? Он не станет волноваться, если будет звонить тебе, а ты недоступна?
— Мэтт не позвонит, — твердо ответила Лаура. Она знала, что теперь мужчина ждет от нее извинений. — Так что если никто не ждет тебя, то никто и не догадается, что нас нет.
— Меня никто не ждет.
— Значит, мы застряли здесь по крайней мере на... — девушка взглянула на часы, — следующие часов пять, возможно, шесть. Зависит от того, когда кто-то из персонала захочет воспользоваться лифтом.
— В таком случае, советую нам устроиться поудобнее.
— Что это ты делаешь? — вскрикнула Лаура, наблюдая, как Джек усаживается на пол.
— Я же говорю, устраиваюсь поудобнее. И тебе советую.
— И ты даже не попытаешься вытащить нас отсюда? — Лаура решила, что этот мужчина сошел с ума. Неужели он не понимает, что они застряли в лифте и никто не знает об этом?
Джек взглянул на девушку.
— А что ты ждешь, чтобы я сделал? Телефонов у нас нет. И ты сама сказала, что мы заперты здесь до тех пор, пока кто-нибудь не обнаружит, что лифт сломан.
— Но этого не произойдет до утра.
— Именно. Поэтому самое разумное для нас обоих — устроиться поудобнее, пока мы ждем. — Джек выпрямил одну ногу и закрыл глаза.
Расстроенная Лаура огляделась. Она знала, что наверху есть рычаг запуска лифта. Кроме того, через потолок они могли бы добраться до верхнего этажа.
Открыв глаза, Джек проследил за ее взглядом.
— Ты, наверное, шутишь?
— Почему? Если ты сможешь выбраться на крышу, тогда ты поднимешься на следующий этаж через шахту лифта. Так всегда делают.
— В кино, возможно. Но не в реальной жизни. Забудь об этом. Ни за что не полезу ни в какую шахту. Чтобы еще шею себе сломать? Я вполне могу дождаться утра, когда кто-нибудь обнаружит нас.
— А я не могу ждать. — Но чтобы выбраться, Лауре потребуется помощь. — Хорошо, я полезу сама. Просто подними меня, чтобы я могла достать до потолка.
Джек посмотрел на Лауру, как на сумасшедшую.
— В таком наряде? Ты шутишь. Эта юбка не создана для того, чтобы лазать по шахтам.
— Тогда ты иди.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я боюсь высоты, ясно?
Это признание потрясло Лауру. Ей казалось: этот мужчина не знает страха ни перед чем. Признание напомнило ей, что Джек может быть мягким и чутким, как в тот вечер в парке.
— Прости. Я не знала. Тогда все-таки полезу я. Просто подсади меня.
Джек пробормотал что-то про женское упрямство и встал.
— Знаешь, мне следовало бы просто позволить тебе сделать это, а самому сидеть и наслаждаться видом. Но я не хочу, чтобы ты сломала свою прекрасную шею и лишила меня той ночи секса, которую ты мне должна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
