ремонт, муж принял решение доставить его в Сиэ на космическом буксире.
Почти всё время перелёта я была одна, под неусыпным наблюдением охраны. Мы пересеклись с мужем только дважды — когда я шла в столовую, а второй раз — в медотсек. Раксан выглядел задумчивым и мрачным. Фиолетовые радужки пульсировали в такт биению сердца, а на лбу залегла глубокая складка. Женская интуиция нашептала — муж погружен в размышления об Эйлин. Человек в нём прислушался к моим словам и заподозрил Избранную в обмане, но дракон, плененный притяжением артефакта, не желал принимать горькую правду, по-прежнему обожествляя мать «своего» единственного ребенка.
Коротко кивнув мужу в знак приветствия, опустила глаза и торопливо свернула в соседний коридор. До Ритии оставались считанные часы. Наконец, корабль вошел в атмосферу планеты и вскоре мы уже летели на бронированном каре в правительственную Резиденцию.
— Я найду тебя позже, — Раксан коснулся моего подбородка большим пальцем, погладил и спешно покинул кар, окруженный драконами в военной форме.
Ни былой теплоты и заботы, которые он дарил сразу после схватки с наёмным убийцей. Лед в тусклых глазах, суровость скупых фраз подсказали — дело в Эйлин. Пока не выяснит правду — не успокоится.
Проводила стройного правителя, облаченного в строгий костюм серо-коричневых оттенков, и вернулась в покои. До ужина занималась личными делами: отдохнула, поплавала в бассейне на верхнем этаже, потом перекусила фруктовым салатом. Несмотря на проявленное бортовым врачом внимание — укус, оставленный наёмным убийцей, сильно болел. Место на шее, куда он впился зубами в каюте звездолёта, горело и неприятно чесалось. Побродив по гостиной, набросила на эластичный спортивный костюм газовый платок с перламутровым блеском и отправилась в медицинскую зону.
Величественная императорская Резиденция, сочетавшая высокие технологии и традиционный средневековый шарм, пугала торжественностью и тишиной. Преодолев несколько этажей и любуясь золотистым закатом, спустилась вниз. Когда проходила мимо главной столовой, отделанной белым мрамором и серебром, была привлечена возбужденными женскими голосами:
— Торопитесь, лентяйки! Господин пожелал отужинать с Избранной. Они вот-вот подойдут.
— Да, госпожа.
— Мы, стараемся, госпожа.
Сердце полоснула колючая боль.
Раксан пригласил Эйлин на ужин?! А ко мне за весь день даже не заглянул?
Застыв у стены, пораженная и дезориентированная, поймала себя на гадком чувстве ревности. Я ревную?! Нет, нельзя. Только не этого драконьего сноба! Хладнокровный, жестокий, резкий, циничный — мы никогда не найдем общий язык. Одно страстное объятие в пустой каюте космического корабля ни в счёт. Тряхнув головой, напомнила себе, что тороплюсь к врачу, и в этот момент из столовой вышла физически крепкая, пожилая сиэнка в белом платье. Ее фиолетовые глаза злобно вспыхнули:
— Ты… — горловое шипение испугало.
Я попятилась, удивленная странной реакцией служанки.
— Что «я»?
— Из-за тебя Император охладел к моей девочке. Ограничил бедняжке возможность передвижения по Резиденции. Практически запер несчастную в личном крыле с новорожденным сыном! Теперь довольна?
— Вы кто? — Пренебрежение безродной сиэнки всколыхнуло внутри сильный гнев.
— Я — Вита, приемная мать Избранной Повелителя, — гордо выплюнула драконица. — Я была рядом, когда он почувствовал в моей доченьке пару. Тиан Раксан прилетел на нашу периферийную планету для инспекции очистных сооружений. Мы, конечно, готовились: встретили его в космопорту, но и подумать не могли, что на наших глазах свершится судьба. Когда взгляды владыки и моей дочери пересеклись, случилось невероятное — ипостаси обоих признали друг в друге пару. Он сразу забрал Эйлин с собой. Она зачла от Раксана сына. Это было чудо! И тут… ты, жалкая земная дрянь.
Я сузила глаза с намерением осадить охамевшую прислугу, но та перебила:
— Влезла, начала плести интриги. Пытаешься отбить его у Избранной? Заруби себе на носу — ничего не получится. Дракон отдал ей сердце и будет предан до самой смерти. А ты всего лишь третья лишняя, от которой скоро избавятся.
— Не смейте меня оскорблять!
— Или что? Ты даже постоять за себя не способна. Хрупкая и нежная, как цветок. Тронь — переломишься. О, — Вита уперла руки в боки и рассмеялась, — или думаешь бежать и каждый раз жаловаться Императору? Огорчу! Тиану Раксану не до тебя. Понятия не имею, какие козни ты плела последние дни — всё было зря. Как только он вернулся из космопорта, сразу отправился к Эйлин. И… провел в ее покоях весь день до вечера. Подсказать, чем они занимались?
Я отшатнулась.
Раксан опять поддался влечению инопланетного артефакта? Или артефакт ни при чем, и дракон просто не хочет отказываться от секса с Эйлин?
— Так утомились влюбленные, что приказали подать ужин. Скоро подойдут. Вижу, не веришь. Так иди и проверь, с кем твой муж проводит время. И какое удовольствие получает.
— Такими темпами скоро у четы появится второй малыш, — со смехом поддержали «главную» служанку младшие девушки.
— А потом третий.
— Чем больше у Императора родится сыновей, тем крепче будет Темная Галактика, а драконы — сплоченней!
Кое-как выдохнув застрявший в горле воздух, попятилась под злобный смех грубой Виты. Лестницы, галереи, анфилады — всё слилось в бело-серебристый туман. Не разбирая дороги, бежала, ведомая силой женской интуиции. Ноги сами привели к покоям Эйлин.
Когда впереди распростерлись двустворчатые двери из белого дерева с изысканной лепниной, а стражи на входе склонили головы, душу вывернуло наизнанку. Меня не обманули — из спальни доносились громкие женские стоны и грудное мужское рычание.
Глава 8
Крики звериной страсти разорвали сердце в клочья.
Закусив кулак, чтобы не разрыдаться, я невидящим взглядом уставилась на дверь. Пальцы сами тянулись к серебряной ручке с желанием — ворваться внутрь и увидеть в объятиях мужа подлую любовницу.
Я крепко ее обхватила и начала поворачивать, и тут расслышала крик Эйлин:
— Да, любовь моя… да!
Нервное оцепенение отпустило. Вздрогнув, отскочила от спальни Избранной.
Что я творю? И что скажу мужу-дракону, ворвавшись внутрь и застав его с другой? Начну унижаться и молить, чтоб поверил нежеланной жене? Или опять предстану перед Раксаном землянкой-истеричкой, накричу и сбегу?
Хватит метаний. Надо брать себя в руки и учиться жить в новых, суровых реалиях негостеприимной планеты.
— Тиа, — стражи-драконы, наблюдавшие за мной все эти минуты, бегло переглянулись. — Всё в порядке?
— Да.
— Желаете войти?
— Нет, — я попятилась по роскошному коридору золотистых тонов, — я ухожу.
Кровь молотила по вискам, голова звенела от боли.
Опираясь ладонью о гладкую стену, на ощупь добрела до медицинской зоны. Молодой врач с пышной гривой волос, встретив на пороге стерильного помещения, обеспокоился моим состоянием и уложил на кушетку. Вколол успокоительное и занялся диагностикой организма.
Я уже имела возможность убедиться, что сиэнские
