7 января 1963 года. В результате согласованных дипломатических переговоров на высшем уровне советские и американские дипломаты в ООН направляют в Совет Безопасности совместное письмо: в связи с урегулированием Карибского кризиса предлагается снять этот вопрос с повестки дня.
Сентябрь 1992 года. США снова (тридцать лет спустя) устанавливают для Кубы экономическую блокаду. Американское правительство запрещает своим фирмам иметь дела с островом. Иностранным судам, которые швартовались на Кубе, отказано заходить в американские порты в течение шести месяцев…
И несколько слов о роли разведки госбезопасности Советского Союза и разведчиков в урегулировании Карибского кризиса. Речь идет о будущем Герое России А.С. Феклисове. Далее приводится краткое представление об этом замечательном разведчике — выпускнике Школы особого назначения в 1939 году, которое было озвучено в Академии внешней разведки во время встречи слушателей и сотрудников с Героем незадолго до его ухода из жизни.
«…С 1956 года Феклисов А.С. работал на американском направлении внешней разведки. В 1960–1964 годах он руководил резидентурой в Вашингтоне. Принимал участие в разрешении Карибского кризиса.
В октябре 1962 года, в самый кульминационный момент противостояния, когда могли возникнуть военные действия с непредсказуемыми последствиями, через резидента советской внешней разведки Фомина (Феклисова) шла переписка между Никитой Хрущевым и Джоном Кеннеди. Это были нигде неафишируемые переговоры сотрудников спецслужб — доверенных лиц глав СССР и США.
Интуиция, творческое начало и личная инициатива в профессиональном подходе разведчика и государственного деятеля Феклисова проявились в тот момент, когда он высказал представителю Белого дома мысль: в ответ на военное вторжение 500-тысячной армии США на Кубу и оккупацию Острова Свободы советская сторона может нанести ответный удар по уязвимому для Запада месту в другом регионе мира, имеющему не менее важное стратегическое значение, действуя на свой страх и риск. Но выполняя миссию разведчика — творца политики в интересах своего Отечества и мира Феклисов назвал это место — Западный Берлин.
Через три часа после этой беседы с представителем Белого дома резидент Феклисов направил в Москву в адрес главы Советского Союза компромиссное предложение президента Кеннеди об урегулировании Карибского кризиса. Таким образом, одним из инструментов снижения напряженности в дни Карибского кризиса стали неофициальные каналы связи, налаженные тогда между руководителями СССР и США. Организатором одного из них — прямых контактов с Белым домом — была советская внешнеполитическая разведка госбезопасности и ее резидентура во главе с А.С. Феклисовым. В этот момент, когда бюрократическая дипломатическая машина давала сбой, именно использование этих каналов позволило избежать развития кризиса по самому страшному сценарию.
После разрешения Карибского кризиса в американских СМИ просачивались сообщения о некоем мистере «Икс» от советской стороны, занимавшемся вопросами кризиса. Этим загадочным мистером «Икс» был резидент КГБ под прикрытием советника Посольства СССР в США А.С. Фомин — полковник А.С. Феклисов, он же Калистрат в Нью-Йорке в годы войны и Юджин в Англии в послевоенное время.
Установленный советским резидентом Феклисовым в октябре 1962 года прямой неофициальный контакт с американцами по достоинству был оценен в Белом доме. Спустя год, в октябре 1963 года, когда завершилась последняя фаза Карибского кризиса, американская сторона сама предложила восстановить неофициальную связь с Кремлем, но уже на постоянной основе. Будущий Герой России разведчик А.С. Феклисов в этом вопросе был первопроходцем.
Непризнанная победа
В оценке событий Карибского кризиса мнения специалистов разделяются до крайностей: от полного провала усилий обеих спецслужб — советской и американской — до возвеличивания успехов одной из них.
Рассматривать эти оценки — дело хлопотливое и, конечно, неблагодарное, прежде всего из-за субъективности подхода. А вот попробовать осветить характер взаимодействия двух «государственных инструментов» внешней политики — посольства и госбезопасности в лице внешней разведки, причем в рамках одной советской стороны, — это дело стоящее.
В преддверии и во время кризиса каждая из этих служб — посольская и резидентура — занималась разрешением проблемы на своем уровне компетенции и по своим специфическим каналам. Далее буду опираться на мемуарные высказывания двух участников Карибского кризиса — патриархов дипломатии и внешней разведки — советского посла Добрынина и резидента внешней разведки в Вашингтоне Феклисова.
Почему я взялся за этот анализ? Меня задела серьезность обвинений посла в адрес разведки: «…обе разведки в момент кризиса искали контакты между собой. Факт остается фактом, что разведслужбы обеих сторон оказались не на высоте в период кризиса». Такую оценку-приговор дал советский посол и советской, и американской разведкам.
Но посол не мог не знать, что существуют и другие мнения — как у нас, так и на Западе. К примеру, аналитик из КГБ, высокопоставленное лицо, высказал иное мнение. Речь идет о встречах советского разведчика с телекомментатором, вхожим в Белый дом, — посланцем американского президента в контактах с русскими: «Это был первый контакт переговоров между Кремлем и Белым домом. Связь была налажена, начался регулируемый этап кризиса».
Но ведь посол неоднократно встречался неофициально с госсекретарем США и братом президента министром юстиции Робертом Кеннеди в правительстве Джона Кеннеди. Обсуждались вопросы, оценивающие кризисную ситуацию. Однако почему-то конкретные предложения от американской стороны (президента) поступили именно через канал советской госбезопасности — разведку. Причем телекомментатор в самый кризисный день дважды общался и с президентом и с советским разведчиком. Именно по этому каналу Москва получила следующие конкретные условия выхода из кризиса: СССР вывозит ракеты с острова, а США снимают блокаду и обещают не вторгаться впредь на Кубу. Так вот, через разведку, а не через посольство!
Вот тут-то и начинается «театр абсурда». Две спецслужбы противников быстрее наладили деловой контакт (телекомментатор имел связь с ЦРУ), чем посол и резидент внутри одной государственной структуры, коим было посольство. Что же случилось?
Итак, есть информация (предложение) архиважного значения для разрешения кризиса «без-пяти-минут» чреватого военным конфликтом, начало которого исчисляется часами. Есть канал — посольский и госбезопасности. Но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
