Редакционная статья в «Токио нити-нити симбун» привела профессоров к заключению, что кто-то в кабинете Кацуры передал их проект в газету. Газета принадлежала протеже гэнро Ито — Ито Миедзи, который поддерживал тесные отношения с гэнро Ямагатой и премьер-министром Кацурой. 24 июня профессора наконец опубликовали текст, только немного изменив его, чтобы он был больше похож на эссе. Это масло, подлитое в огонь споров по поводу маньчжурского вопроса, удвоило энергию прессы, которая приняла проект профессоров скорее с одобрением, чем с критикой. Между тем, хотя и ходили слухи, что правительство осудит профессоров за их якобы злоупотребление ученой должностью, никакие меры не были приняты. Очевидно в ответ на просьбу министра образования, Ямагата Кэнъиро, директор Императорского университета в Токио, посоветовал профессорам быть более благоразумными и не давать повода для недоразумений, заявляя, что со стороны профессоров было бы неразумно заниматься столь радикальной политической деятельностью в сотрудничестве с людьми вне университета. Тем не менее, профессора продолжали свои попытки направить народное мнение в сторону одобрения войны с Россией. Нет никакого сомнения в том, что, когда престиж университетских профессоров был высок, их группа, названная «Кайдзэн Сити Хакасэ» («Семь докторов за войну»), повлияла на объединение японского народа в желании войны.
Пресса
Мы уже говорили о том, что после боксерского восстания большая часть японской прессы выступала против действий русских в Маньчжурии и призывала японское правительство принять решительные меры против России. В 1902 году критика прессы временно смолкла после того, как дипломатическая деятельность кабинета Кацуры привела к обещанию России вывести войска из Маньчжурии. Когда запланированная эвакуация не была осуществлена в апреле 1903 года, реакция японской прессы была далека от единодушия.
Некоторые ведущие газеты потребовали объявления войны России, среди них были «Токио асахи симбун» (Кэнсэйхонто), «Осака асахи симбун» (Кэнсэйхонто), «Ии симпо» (основанная Фукузавой Юкити, который умер в 1901 году; нейтральная), «Нихон» (принадлежала Куге минору; нейтральная), «Ёмиуру симбун» (Кэнсэйхонто), «Хоси симбун» (Кэнсэйхонто), и «Осака майнити симбун» (нейтральная). «Ёроду техо» (нейтральная) и «Майнити симбун» (Кэнсэйхонто) стояли на антивоенной позиции, которую они какое-то время отстаивали. Куроива Суроку (Руйко), владелец «Ёроду техо», организовал в 1901 году Ризодан («Группу идеалистов»), которая призывала к общественной справедливости и реформам в Японии; считалось, что он находится в оппозиции к войне по гуманистическим соображениям.
Известный христианин Усимура Канзо, один из крупнейших сотрудников газеты, выступал против войны исходя из своих религиозных убеждений. А журналисты газеты Котоку Дэньиро (Сузуи) и Сакаи Тосихико (Козэн) противостояли этому, опираясь на постулаты социализма. 24 апреля 1903 года «Ёроду техо» опубликовала большую статью, названную «Дипломатический вопрос», в которой обсуждался эффект, который мог произвести на сознание японцев призыв «Гайко мондаи» («Дипломатический вопрос»):
«Гайко мондаи»! Когда кричат эти слова, мы, японцы, бежим от них, забывая обо всем. «Гайко мондаи» для японских ушей — все равно что пожарный колокол ночью… В самом деле, когда бы ни раздалось «Гайко мондаи», мы сразу приходим в замешательство и теряем рассудок. Слова «Гайко мондаи» действуют на ум японца как обезболивающее… Всегда и везде были народы, подобные нашему. Было и множество политиков, которые извлекали для себя выгоду из такой нетерпимости своего народа, используя ее для того, чтобы преследовать свои собственные цели. Все эти демагоги, без исключения, громко кричали: «Посмотрите на наши границы, на нас покушается страшный враг! Мы должны сплотиться! Мы должны забыть о различиях! Объединяйтесь! Все, что нам сейчас нужно, — это сплоченность нации!» Наполеон III часто пользовался этим способом. Бисмарк умело прибегал к этому… А что же наши японские политики?
Они говорили, что Россия не выведет свои войска из Маньчжурии. Очевидно, Япония, Англия и другие великие державы не согласятся с этим. Но если наш народ из-за этого потеряет способность рассуждать, начнется брожение и люди не будут понимать, что есть что, от этого для нации не будет никакой пользы. И что самое плохое, мы станем всего лишь жертвой эгоистичных амбиций миниатюрных Наполеонов или Бисмарков…
Сейчас, с одной стороны, решая сложный дипломатический вопрос, мы не должны, с другой строны, забывать и о бесконечной жадности самодержавного клана. Следует помнить, что его диктаторское правление подобно правлению тигра. Не следует забывать, что прежде всего мы должны ниспровергнуть это правительство».
Неизвестны причины, по которым против войны выступала «Майнити симбун». Президентом газеты был Симада Сабуро. «Майнити симбун» пропагандировала политические и социальные реформы; причиной ее антивоенной позиции могла быть эта направленность на необходимость внутренних реформ. Антивоенная позиция одного из сотрудников газеты, христианского социалиста Киноситы Наоэ, возможно, оказывала влияние на политику издательства.
«Токио нити-нити симбун» и «Кокумин симбун», которые были известны как полуофициальные органы правительства, оставались безучастными. О критике газетой «Токио нити-нити симбун» деятельности профессоров уже говорилось. «Кокумин симбун» принадлежала Токутоми Сохо, который поклялся отомстить России за тройственную интервенцию. Близкие отношения Токутоми с Кацурой, с которым он познакомился в Маньчжурии во время интервенции, укрепились в 1902 году, когда складывание англо-японского союза убедило Токутоми, что Кацура может подвести Японию к войне с Россией. В период предвоенных переговоров с Россией «Кокумин симбун» поддерживала кабинет Кацуры.
В середине 1903 года политические деятели Японии энергично разрабатывали план жесткой политики против продолжающейся оккупации Маньчжурии. Хотя провоенные настроения в обществе росли, общественное мнение, однако, расходилось по поводу способов, которыми Япония решит маньчжурский вопрос.
ОЛИГАРХИ НАЧИНАЮТ ПЕРЕГОВОРЫ С РОССИЕЙКонференция в Муринъане
19 апреля 1903 года японский министр в Пекине Утида Ясуя телеграфировал своему правительству, что Россия не только уклонилась от запланированной на 8 апреля эвакуации, но и предъявила Китаю требование из семи пунктов. В это время японские ответственные лица были уже встревожены нарастающей активностью русских в Северной Корее. В этих обстоятельствах гэнро Ито, премьер-министр Кацура и министр иностранных дел Комура посетили гэнро Ямагату на его вилле Муринъан, в Киото, 21 апреля. По поводу генеральной линии будущей политики Японии по отношению к России они пришли к согласию по четырем основным пунктам:
1. Если Россия не выведет, согласно российско-китайскому соглашению, свои войска из Маньчжурии, Япония объявит России протест.
2. Япония должна воспользоваться существованием маньчжурского вопроса для того, чтобы начать прямые переговоры с Россией по поводу корейского вопроса.
3. Япония должна заставить Россию признать преобладающие права Японии (эуцукэн) в Корее и не делать России уступок ни в чем, что касается Кореи.
4. С целью окончательного решения корейской проблемы Япония должна признать преобладающие права России в Маньчжурии.
Таким образом, четверка облеченных властью лиц пришла к единому решению: ввиду русской экспансии в Маньчжурии Япония должна стремиться достичь полного господства в Корее путем того, что можно было бы назвать обменом Маньчжурии на Корею между Россией и Японией (Манкан кокан). По одному пункту они были полностью согласны. Заполучить Корею в сферу японского влияния было столь необходимо для безопасности Японии, что достичь этого следовало любыми средствами.
Должно быть, существовало различие в отношении к Муринъанскому соглашению между Ито и Ямагатой с одной стороны, и Кацурой и Камурой — с другой. Гэнро, особенно Ито, очевидно, смотрели на это соглашение как на генеральную линию политики, которая привела бы к мирному разрешению маньчжурско-корейской проблемы. Несколько лет Ито боролся за идею маньчжурско-корейского обмена между Японией и Россией. 15 марта, всего за месяц до Муринъанской конференции, Ито обсуждал маньчжурский вопрос с остальными четырьмя гэнро. Доклад Ито на их совещании сводился примерно к следующему.
Так как Англия и Германия, очевидно, не будут применять силу, чтобы сдержать русских в Маньчжурии, Японии ничего не остается делать, кроме как ограничить свои действия против России, согласовав их с намерениями Англии и Германии. Россия явно не желает скорого столкновения с Японией по поводу Кореи. Следовательно, Японии следует делать все для сохранения status quo, и, если появится возможность, провести переговоры с Россией, чтобы достигнуть соглашения по вопросу независимости Кореи и не дать этому вопросу стать поводом для войны между Россией и Японией.
