Читаем без скачивания Спроси свою совесть - Александр Задорожный

— Почему?

— Код знали только Генри Пламмер и Сэм Липснер, сейчас они оба мертвы.

— Дьявол. — В надежде на чудо я безрезультатно, с помощью уцелевших кнопок, набрал первую пришедшую на ум комбинацию.

— Бесполезно, — сказал Даг. — Надо идти вниз. На моем корабле есть взрывчатка. Мы сможем взорвать причальные захваты.

— Вместе с кораблем?

— Если повезет, звездолеты не пострадают.

— А если нет?

— Уорнер, ты можешь предложить что-то лучше?

Предложить что-то иное я действительно не мог.

Соблюдая предельную осторожность, мы пошли дальше. Несколько раз я слышал неподалеку шуршание, но никого не видел из-за массивных пультов, перекрывших обзор. Синтетойды больше не набрасывались на нас, опасаясь попасть под выстрел моего бластера.

Глядя на заляпанный кровью пол, изуродованные тела работников станции, разбитые приборные панели и щиты, я никак не мог взять в толк, почему это произошло. Если бы охрана центра управления ожидала нападения, то у синтетойдов не получилось бы с такой легкостью захватить его. Как отвратительным тварям удалось проникнуть на тщательно охраняемый объект, для меня оставалось непонятным.

— Как все произошло? — уже возле лестницы поинтересовался я у Дага.

— Это был Вронский или кто-то как две капли воды похожий на него. Он беспрепятственно прошел в центр управления и отключил автоматическую систему охраны, а для этого, между прочим, нужен отпечаток правой ладони. Затем из шахты лифта поползли эти твари. Они пьют кровь и высасывают мозг, точь-в-точь как та пиявка профессора Зильбермана. Это был кошмар. Их невозможно убить. Бластеры и карентфаеры останавливают их только на какое-то время, а потом синтетойды вновь появляются из сгустка биомассы.

Ничего нового Даг мне не сообщил. О том, что синтетойды отпочковываются от субстанции, синтезированной из нефти тремя идиотами, в число которых, кстати сказать, входил и сам Даг Истмэн, я и так хорошо знал. Возможно, Даг располагает какими-либо сведениями о Купере.

— Скажи, Даг, ты случайно не знаешь, что случилось с рейнджерами, которых я доставил на станцию, и где они могут находиться?

— Не знаю, Скайт, но, как я слышал, в закрытой зоне нашли несколько трупов охранников станции. Думаю, это дело рук твоих рейнджеров.

Мы вышли на лестницу и начали спускаться на грузовую палубу.

— Если тебе станет что-либо известно, сообщи мне, — попросил я.

— Обязательно, — лживо заверил Даг. В его голосе даже послышалась какая-то издевка.

Не надо было его спасать. Даг Истмэн из тех людей, которые никогда не смирятся с поражением. Выстрелить ему, что ли, в спину? Нехорошо. К тому же он безоружен. Один раз, в лаборатории, я его уже пожалел, не стал стрелять, когда Даг лежал на полу в бессознательном состоянии, потом пришлось раскаиваться. Уж он-то точно не упустил бы такой возможности.

Снизу, где-то с уровня десятой палубы, донеслись крики и шум интенсивной перестрелки. Грохот выстрелов хорошо отражался от металлических стен лестницы и достигал нашего этажа. Перестрелка продолжалась короткое время, затем все стихло, но ненадолго. Вновь кто-то истошно закричал. На этот раз крик был страшным. Так обычно кричат перед смертью.

— Дьявол, — выругался Даг и, перепрыгивая сразу через три ступеньки, побежал вниз к выходу на грузовую палубу.

Я с трудом поспевал за ним. Его спина маячила передо мной в нескольких метрах. Отличная позиция, чтобы покончить с Дагом раз и навсегда. На выстрел в суматохе никто не обратит внимания, и рядом нет ни одного свидетеля, который потом смог бы рассказать, как Скайт Уорнер убил безоружного. Если стрелять, то сейчас, потом будет поздно. Но я ни разу никого не убивал выстрелом в спину. И к тому же мы с Дагом заключили перемирие — я дал обещание. Пусть лучше этот негодяй останется в живых, чем я нарушу свое слово.

Еще немного, и Даг скрылся в широких дверях, ведущих на палубу. Мне осталось сделать пару шагов, когда я услышал громкий крик Дага Истмэна:

— За мной гонится монстр, убейте его! Стреляйте! Стреляйте!

Раздалась дружная канонада. В дверной проем ворвался сноп огня. Яркие энергетические разрывы на миг ослепили меня. Хорошо, что я не успел выйти на открытое место, иначе превратился бы в нечто, напоминающее хорошо зажаренный бифштекс. Я прикрыл лицо локтем от летящих во все стороны раскаленных искр и попятился назад.

— Не жалейте зарядов! Это Скайт Уорнер! — орал Даг с другой стороны. — Он стал синтетойдом!

Подонок, он заставил меня второй раз пожалеть о своей нерешительности. Сейчас я с удовольствием разрядил бы свой бластер между лопаток Дага Истмэна. Но в данный момент даже думать об этом было бессмысленно, такой плотный огонь велся со стороны грузовой палубы. Нельзя было, без риска лишиться головы, высунуться, не говоря о том, чтобы произвести прицельный выстрел.

Жуткие создания, появившиеся с нижних этажей, насмерть напугали каждого, кто находился на космической станции. Теперь люди сначала стреляют, а потом разбираются, в кого. Нервы у всех напряжены до предела. И немудрено: по станции бродят ужасные монстры, а причалы заблокированы. Еще неизвестно, удастся ли вообще покинуть Буй-34. Эти придурки сами виноваты, что попали в такую экстремальную ситуацию, не надо было пускаться в погоню за пятьюдесятью тысячами, обещанными за мою голову. Разбрелись по станции и стали легкой добычей для биомассы.

Я стал взбираться по ступеням наверх. Возможно, на третьей палубе в баре найду кого-нибудь, кто объяснит засевшим здесь, что я не синтетойд. Хотя сделать это будет крайне непросто, и не потому, что здешняя публика напугана жуткими созданиями, появившимися из глубин заброшенной станции, а потому, что командует всем Даг Истмэн.

Черт, пожалел заряд на эту сволочь! Подлый поступок Дага окончательно вывел меня из себя. С этого момента я тоже сначала буду стрелять, а потом думать.

Я дошел до площадки третьей палубы, где располагался бар космической станции, и тут сверху послышались шаги, кто-то спускался вниз. Я присел на одно колено и приготовил бластер, направив его в сторону приближающегося незнакомца. Не важно, что за человек появится, раз он идет сверху — это точно синтетойд.

Я даже не стану задавать вопросы — выстрел в голову и никаких задушевных бесед.

Человек спускался осторожно, не спешил. Пришлось подождать, пока он появится. Но вот из-за поворота лестницы показалась невысокая фигура, смахивающая на женскую. В слабом свете единственной горящей на этом пролете лампы трудно было разглядеть, кто это, но оружия в руках у него я не заметил. Не знаю, но почему-то я не смог нажать на курок.

— Стой! — приказал я.

Фигура замерла на месте.

— Кто ты такой? — Глупейший вопрос, но что еще я мог спросить в такой ситуации!

— Эльвира Паркер, — раздался писклявый женский голосок.

Дьявол, только женщины мне не хватало. Теперь я уж точно не смогу выстрелить. Я опустил бластер и поднялся с колена.

— Куда ты идешь?

— В бар. Там мои парни. Они крутые — из банды «Молодые львы». — Эльвира спустилась на несколько ступеней. — Они меня, между прочим, ждут.

Наверное, это одна из тех девиц, что сидели вместе с панками, насосавшимися глюкогеном.

— А что ты делала наверху?

— Ходила по женским делам, — нахально заявила Эльвира. — Рассказать подробности?

Она спустилась еще ниже. Свет попал ей на лицо.

Так и есть, одна из них: пластиковая куртка в заклепках, идиотская прическа, торчащая во все стороны, к рваные чулки, и лицо кажется знакомым. Только я что-то не припомню, чтобы среди панков была обыкновенная шатенка. У тех волосы были либо ярко-рыжие, либо и зеленые с синим. И макияж у Эльвиры полностью отсутствует…

— Скайт Уорнер, вы мне позволите пройти? — спросил девушка, спускаясь еще ниже.

Я резко поднял бластер и навел ей прямо в лицо.

— Откуда ты знаешь, как меня зовут?

Эльвира испуганно вздрогнула и замерла с трясущимся от страха подбородком.

— Не торопись с ответом, — посоветовал я, глядя на нее через прицел бластера, — я хочу, чтобы он убедил меня.

— Я… я видела вас в баре. — Голос девушки дрожал. Кажется, ей самой ответ показался неубедительным.

Несчастная, она решила, что ее сейчас обязательно пристрелят.

Если рассуждать здраво, она действительно могла обратить на меня внимание в баре, когда я врезал бутылкой по голове незадачливому ганфайтеру Ромеро.

Большие красивые глаза смотрели на меня с мольбой. Из них вот-вот могли хлынуть слезы. Возможно, из-за отсутствия макияжа Эльвира выглядела совсем девчонкой, не старше пятнадцати лет. Как получилось, что она связала себя с молодежной бандой и волей судьбы оказалась здесь? Должно быть, жизнь проверяет ее, решив преподать жестокий урок, чтобы Эльвира смогла что-то изменить в себе, или наказывает за какую-то уже совершенную ошибку. Этот урок ей может обойтись очень дорого.