Я включила ночник и рухнула на кровать в надежде хоть ненадолго забыться спасительным сном. Но сон не шел. Я даже начала считать слонов на потолке для его привлечения. Только попытка оказалась тщетной. Мое перегруженное событиями и информацией сознание никак не хотело уходить в объятия Морфея.
Я услышала как из душа вышел Демьян и крепко зажмурилась, имитируя сладкую полудрему. Не хочу сейчас с ним разговаривать. Устала.
Кровать позади меня слабо продавилась. Демьян лег рядом, укрывая нас лоскутным одеялом. Его холодная влажная ладонь легла мне на живот, и начала выводить причудливые рисунки.
— Что ты делаешь? — я шумно выдохнула, не выдержав тактильной пытки. Ненавижу щекотку. И Демьян, по всей видимости, прекрасно об этом помнил.
— Извини меня, — неожиданно произнес он, пристально глядя мне в глаза.
— За что? — я обескураженно спросила, теряясь под его взглядом.
— За все. За то, что попался на уловку Глеба. За то, что не смог защитить тебя и наших детей. За то, что ты семь лет не знала правды.
Я громко сглотнула, чувствуя, как ответ стал в горле болезненным комом. Это уже слишком… Закрыв глаза и не в силах больше сдерживать горькие слезы, я расплакалась. Демьян подтянул меня ближе, обнял и крепко прижал к себе. Уткнувшись в его плечо, я рыдала и рыдала. Потом немного успокаивалась, и все начинала сначала. Словно огромный груз переживаний, который я тащил столько времени, взорвался на маленькие кусочки.
— Не плачь, пожалуйста, — шептал Демьян, гладя меня по волосам и вытирая соленую влагу. — Я постараюсь исправить все, что испортил.
Громко всхлипывая, я не могла остановиться. Слезы душили меня, и бежали с глаз неконтролируемым потоком, но Демьян продолжал гладить меня и успокаивать.
— Все будет хорошо. Слышишь?
Я действительно все эти годы обвиняла Демьяна в пропаже и предательстве. Ненавидела, что он бросил меня беременную, не удосужившись объясниться. Даже зная сейчас правду о мести Глеба, мне нужно было услышать извинение бывшего мужа.
Я вскинула примирительный взгляд на Демьяна и сама потянулась к его губам. С остервенением впилась в них, словно наказывая его за все, что мне пришлось пережить. И сразу почувствовала, как он усугубил поцелуй. Немного отстранившись, Демьян посмотрел на меня. В тусклом свете ночника он его черты лица казались еще красивее. Помедлив буквально пару секунд, он спросил:
— Сделаем дочкам братика?
Глава 19
— Демьян, тебе сперма ударила в голову? — съязвила, обескураженная его вопросом. Я нервно поерзала на хлопковой простыне. — Какого еще братика? Что ты несешь?
— Маленького такого, — ответил он спокойно, кончиками пальцев поглаживая меня по щеке. — Конечно, сначала он будет сморщенным и не очень симпатичным, зато когда вырастет — станет настоящий красавцем.
Я, не моргая, уставилась на него. Он сейчас серьезно? Вернуться после стольких лет отсутствия и сразу зачать ребенка? Да я даже не знаю, чего ожидать завтра и выберемся мы из этой передряги живыми, а у него одно на уме! Я вообще не знаю, готова ли я опять замуж выйти…
— Шутка, — Демьян заливисто рассмеялся. — Юль, это была шутка.
Ну слава Богу, а то я уже серьезно задумалась о психическом здоровье бывшего мужа. Мало ли, что с ним за семь лет сделали в том закрытом пансионате. Его настроение передалось и мне, даря душевное облегчение.
— Хотел переключить тебя на другую тему, — запинаясь со смеху, продолжал объясняться Демьян, — что-то ты совсем раскисла. Вот и сморозил глупость. Давай спать.
Он с непривычной скромностью чмокнул меня в макушку и выключил ночник.
— А как же…, — слово “секс” я проглотила в негодовании. Мой гормональный всплеск желал продолжения, но здравый смысл, вернувшийся с дальних полок сознания, просил согласиться с Демьяном: нам не нужно спешить, лучше лечь спать. Ведь сама же только что переживала за будущее. Значит, нужно завтра все хорошенько обдумать и решить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Только обиженная “девичья честь” не хотела этого понимать.
Ух как меня взбесила его выходка. Просто удар ниже пояса.
— И тебе спокойной ночи! Надеюсь, тебе будут сниться одни кошмары.
Громко выдохнув, я обиженно отвернулась к стенке. Хотелось как в детстве покривляться и сделать какую-нибудь пакость. Но не успела. Я тут же пискнула и одно мгновенье была смята под мощное тело Демьяна. Коленом он развел мои ноги и удобно умостился между бедер, прижимаясь ко мне своим стояком.
— Люблю тебя бесить…, — довольно прошептал Демьян, небольно кусая меня за мочку уха. — Злая — ты такая сексуальная…
На последнем выдохе он наклонился к моей шее и оставил невесомый поцелуй на чувствительной коже.
Меня бросило в жар от такого жеста. Воздух застыл в легких. Воспоминания приятными мурашками закопошились внизу живота.
Он помнил. Помнил, как мне это нравилось, как я заводилась от таких прелюдий раньше.
В темноте я видела лишь очертания накаченного торса и рук Демьяна. Капельки воды, падающие с его волос на моё лицо, пытались отрезвить меня и подумать еще раз, что я делаю. Что мы делаем. Ведь завтра же пожалею об этом. Но это будет завтра. Сегодня я хочу его.
Угрызения совести мгновенно капитулировали, как только я почувствовала пальцы Демьяна, поглаживающие мой клитор сквозь кружево трусиков.
От такой нехитрой ласки ткань быстро увлажнилась, выдавая с головой моё возбуждение. Демьян довольно хмыкнул, продолжая надавливать большим пальцем на чувствительный бугорок. Приятная нега окутала меня с головой и сконцентрировалась между ног, в самом эпицентре сладкой пытки.
Глотаю рваный выдох. Пульс взбешенно ударяет по венам.
Остатки совести еле слышно попросили остановиться, ведь я же еще замужем. И это фактично измена. А я вроде бы как женщина с принципами.
Что я творю?
“Нет, так нельзя” — уже громче завопило моё сознание.
“ Очнись, ведь завтра же сгоришь от стыда.”
Я дернулась, готовая идти на попятную и остановить Демьяна, но он, словно услышал тревожные мысли, накрыл мои губы поцелуем. Горячим, жадным, диким. Таким, от которого кружилась голова и плавились трусики. Да, именно плавились от сумасшедшего жара между ног.
Слишком хорошо, чтобы останавливаться. Сейчас окружающая действительность волнисто плыла, будущее казалось очень далёким. Существовало только здесь и сейчас. Только мы с Демьяном, одни в целом мире.
И я сдалась — вместо слов отказа простонала в рот Демьяну. Мои моральные установки совершили акт саботажа, и я решила наслаждаться моментом.
— Какая ты отзывчивая, Юль, — проникновенный, приглушенный бас прошелся по телу будоражащей вибрацией. Его слова, словно вязкий мед, затопили моё здравомыслие и не давали шанса на спасение. — Как же я скучал по тебе…
— И я скучала, — глотая на выдохе буквы, призналась. — И хочу тебя до безумия…
Я сказала то, что чувствовала. Сейчас. И мне нисколечко не было стыдно.
— Ммм…, — протянул довольно Демьян, — приятно слышать. Мне кажется, одежда лишняя, — он приподнялся и помог снять через голову ночнушку, а следом выудил меня из трусиков и бросил их куда-то в сторону. Прохладный воздух из открытого окна пощекотал мое тело, и грудь тут же отозвалась на его прикосновения.
Ловкими движениями Демьян стянул с себя боксеры и тоже откинул их во тьму, в неизвестном направлении.
Полностью обнаженный он накрыл моё тело и опустившись к груди, легонько прикусил один, затем второй сосок. Еле сдерживая стоны, чтобы не разбудить хозяев, я шумно выдохнула и впилась острыми ногтями в спину Демьяна. Бывший муж, как бы невзначай, задевал чувствительную кожу своей щетиной. Пламя желание разжигалось все сильнее и сильнее. Еще чуть-чуть и я сама бы оседлала и трахнула Демьяна, так невыносимо я его хотела. Но доминировать в сексе — это не мое. Люблю, когда мужчина ведет и направляет. Только поэтому я решила уступить Демьяну, полностью передавая бразды правления ему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
