Жрецы, мужи с посохами, освящают Капище, наводят Вертикаль, восставляют Столп Силы. Девы с чарой-колом замыкают Реку — очищают и освящают Требище, ещё безлюдное. Сие творится для Богов. Люди могут видеть. Когда там всё готово, тогда с Капища приходит тот, кто будет по сути вести обряд, находясь на средоточии между Богами и Громадой — един из жрецов, старейшина, урядник. Или же некто из сведущих людей уже загодя готовит народ ко обряду — кощуной, круговой чарой или испытаниями. Он и приглашает народ на Требище, по знаку с Капища, где наблюдают надлежащий час. Каким будет сей знак — рог, удар в бубен, первое слово, в полный голос произнесенное — условимся.
На [11] и [12]:
На Капище на Луговой[84] — на Капище общем, то есть посвящённом многим Богам, обряд добро будет открыть почтением Каждого. У каждой Капи един из сведущих людей да почтит Избравшего его кратким и сильным словом и небольшою, но драгоценной и загодя со всеми надобными действиями приготовленной жертвою. Для сего не волховов, так потворников достанет, но готовиться им, как и волхвам, задолго. Перуну-то всегда будет, кому послужить. Вот для службы Матери достаточно восхищенная жена среди нас редко сыщется. Но где, как не у Матери, девам-обавницам свою чародейную воду готовить? То и будет Ей слава.
А ещё краше будет, коли на них будет и одеяние разных цветов. Ко Роду же воззовут все вместе, как и Боги в Роде соединяются. А при народе ли, или ещё до сего сотворить сие, то по месту смотря.
И по тому, кто Кому предстоял, по тому и строится для каждого урок во священнодействии: от Велеса пришедший пиво святит, от Сварога — с посохом зачин правит, и тако.
Во времена богумилово-калужские[85] добро придумали, что вещие люди стоят при Богах, а един из них — средоточит токи меж Богами и громадой. Сей обязательно имеет посох, и не иначе как по его знаку гласит хоровая — «Слава!» — и иное. А чему на средоточии быть — общему ли Огню, кой от хранимого Огня с Капища зажигается, или символу праздника — шесту со шкурами, Купаленке, колесу, связке оружия — то рассудим.
На [15], [16] и [17]:
Ещё рассудим, каждый ли раз требу собирать и на Огне жертвовать. Иным действам и иные способы гожи[86].
А коли хлебом обнесли, так на Капище сущие да положат руки последними. Сим согласным движением треба и освятится. В сих Богами вдохновенных людях желание одно и воля одна — Богова.
На [19] и [20]:
Троекратная братина на Капище — только на внутриобщинных, немногочисленных обрядах. Когда гостей много, то и один круг затянется. Братина гожа либо до обряда, перед выходом на Капище, когда кощуны или сказы говорятся, и ею создается обрядовое единство — либо после него, на братчине.
На [22]:
Хоровод заводить на Требище — стоит ли[87]? А коли стоит, так не забудем, чтобы кто с музыкой, те на особицу стояли — у них и руки, и дыхание заняты, коло им всё равно не склепать.
О братчинной части скажем едино — у братчинного места да будет также Чур[88] али некое Свято[89], коему — требу малую с большого котла положить. На пировище, кстати, лучшее место для хоругви, коя единит Общину и гостей её Духом, а стол — брюхом. Под хоругвью место старейшине, старшей чете или уряднику — пира князю. А людям вещим место со стороны, к Капищу обращённой, чтобы и здесь никто кроме них ко Богам спиной не сидел. Сии последние у стола чередуются, возвращаясь к святыням и храня священный Огонь.
А засим, напоследок, сие прочитав, забудь. Како Боги откроют, тако на своём месте и поставишь. А место само подскажет, где и как ладно сотворить. Что меж местом и хранителем его происходит, тайна есть, едва ли кому иному открытая...
А ПО ТИ ВОЗНОШУ ТРЕБУ
ЛАДЕ А ЛАДУ
ДИДУ А МАТЕРЕ
ЯКО ЩУРЫ НАША ЕСТЕ
ДА СНИДИТЕ ВО ДОМЫ НАША
А ДА БУДЕТЕ СЪ НАМИ ВОВЕКИ
ДОКОЛЕ МИРУ СТОЯТИ
ДОКОЛЕ И НАМЪ НЕ ПРЕЙТИ
ГОЙ!
Слава Роду!
[2001]
Слово малое ко мудрым об обрядиве с-Правном
УЖ ВЫ ГОЙ ЕСИ БОГИ-РОДИЧИ
СТАРШИЕ ВО РОДУ НАШЕМ
ВЫ ДОЗВОЛЬТЕ НАМ ДЕЙСТВО ПРАВИТИ
ДЕЙСТВО ПРАВИТИ ДА ВАС СЛАВИТИ
ПО ИСКОНУ ВСЕ ДА ПО РУССКОМУ
ПО ПРЕДАНИЮ ПО СЛАВЯНСКОМУ!
ГОЙ!
1. В чём, други, заключён Духовный смысл обрядива с-Правного, нами пред Ликами Богов Родных творимого? Поистине, в направлении ума и Сердца ко Всебожью Родову либо к Тому из Богов Родных, Кому обрядиво наше посвящено особливо[90], ради восстановления и возрождения нашего во Ладе Всемирья, како то и Предки наши нам заповедовали.
2. Обрядиво с-Правное вершится купно: во Нави сбирается, во Яви является, но Исток свой поистине во Прави Вышней, во Сердце Вещем берёт — дабы Земля с Небом токи Сил Своих во Коловрате Сердца радеющего воссоединили, Ладом Вышним его возладив, Силою Всебожья Родова его восправив.
3. Заключается обрядиво с-Правное в обращении радеющего ко Богам внутри и вовне себя — в Сердце и в Природе. И, поистине, сколь бы долгим и благолепным ни было обрядиво, мудрому для обращения Сердечного порой и единого мига краткого довольно бывает, иному же — мала окажется вся жизнь его, в маяте пустой прожитая...
4. Завершением обрядива с-Правного непременно служит облечение радеющих Духом Божеским и принятие Даров Богоданных, бо тщетно и нелепо радение, всуе творимое, Духа Родова и Сил Божеских не стяжающее, ни к чему путному не ведущее!
5. А буде иной кто дерзнёт радеть не от влечения Сердца, но корысти ради — тако же всуе дело исполнит, Благостей Божеских не обретёт, но лишь Силу свою впустую источит, бо не корысть иных, не мёртвое долженствование Духовно слепых, но Сердце Живое волею доброю от веку Богов зрит да Ладом Вышним ся полнит!
6. Рекут мудрые: «ВСЁ внутри нас ЕСТЬ!» Истинно слово сие! Бо тако Родом Самим от веку положено, и нет иного!
7. На сём Богам Родным — почёт да слава, а нам — хвала по делам!
Тако было, тако есть, тако будет!
Истинно, вовек!
Гой!
Слава Роду!
[2001]
Из волховской переписки:
Об обряде
1. От Дайбогова внука Радуги ко Велеславу волхову — письмо первое
Здрав буди, Велеславе, на многи века!
Ты спросил меня: для чего, по разумению моему, обряды творятся?
На сие ответить не одно слово надобно. Однако же приступая к сему, посылаю тебе послание своё для известия, а Роду твоему во всякое благо.
Первое и наиважное слово, почему обряды творим и какого исхода от них ожидаем.
Обряд мы творим, чтобы:
1) Рядом облечься — священный Порядок восстановить, при коем люди меж собою, с Богами и иными живущими одно суть;
2) Волю Богов узнать;
3) Силу Богов принять для той воли исполнения.
Посему важнейшее, чего всякий обряд от нас требует — обратить всё внимание своё к Миру, в котором хранящие нас Силы явлены, а первым делом — к сокровенным движениям своей собственной души и к Родной Природе. В них Боги Дело Своё являют непосредственно.
Все, что на обряде делается — для этого. Обряд есть священное Время и Пространство. Здесь говорят Боги, мы внимаем. Но сие не бездействие, ибо Богово Слово — Великое Деяние, которым Мир творится.
Некогда Боги пригласили нас в Мир. Они стали началом нашей жизни и оставили нам обычаи и уроки, заповеди и предания. То, что впервые сделали Боги в незапамятные времена, мы, люди, совершаем постоянно. Обряд напоминает нам доподлинно — как деяли Боги, и как должно поступать нам, доколе Мир стоит.
Боги пригласили нас, а теперь мы призываем Их, вновь и вновь, чтобы не перестали Они освящать Своею Силою Мир, который мы, люди, приняли от Них в наследство. И творя обряд, мы призываем Богов в наш круг, как дети приглашают родителей занять лучшее место на Родовой трапезе, как достойные хозяева встречают на великом празднике самых дорогих гостей. Не потому, что кроме нас, людей, нету якобы других Хозяев у этого Мира, но потому, что Боги — подлинные его обладатели — заповедали нам следовать путями Их и поступать, как поступают Они.
Встречаем Богов — в лучшем своём виде. Самое верное оружие, самые лучшие одежды, самые искусные песни, самые заветные слова облекают нас при встрече со Священным. Боги да зрят, что Их наука не прошла даром.
Когда един с Богами, то Сила Богова — во мне. Это и есть божественный Ряд. Да уйдём с обряда в него облечёнными. О действах, с которых уходят в усталости и недоумении, забудем навеки.
