— Получаем следующие снаряды! Забиваем в ствол донцем вперед, проталкиваем шомполом до упора! Шомпол перед вами лежит, вот эта палочка так называется. Зарядили? Целься в стену, жги! Вот так, девушки. Теперь вы тоже способны сражаться с врагами, хоть и на небольшой дистанции.
— Ого! Это что, магия Пристов?
— Это секретная магия Пристов, девочки. Не дай боже вам о ней рассказать кому.
— Дорд, а почему нельзя на большой дистанции так стрелять?
— Пока у вас маловато сил, пока вы не умеете целиться…
— А отцу можно показать?
— Нужно! Берете ружья и шомпола, снаряды я сам возьму.
А чего время терять, ежели граф в замке! Идем в замок, первого попавшегося слугу посылаю за графом, точнее со всем уважением просим его прийти в обеденную залу. Слугу заставил два раза повторить это «просим со всем уважением»
— Дорд, что-то действительно важное?
— Сейчас увидишь, отец. Тебе того щита не жалко?
— Да чего там жалеть, после того броска твоим кинжалом это уже не щит. А что, есть что продемонстрировать?
— А вот сейчас сёстры покажут, а мы посмотрим. Заряжай! Целься! Жги!
Почти одновременно бахнули паровые ружья, из стволов вырвались струи пара, а деревянный щит послушно брякнул, качнулся, но удержался на крючке.
— Ну-ка, дай посмотреть! Это что, маленькие пушки?
— Я назвал это ружьё. Та же схема, что и у твоей пушки.
— Отец, у тебя такое же ружьё есть? Здорово!
— Такое да не такой. Для больших мужчин оружие, пушка называется. Я смотрю, в щите новые дырки образовались, молодцы девочки, обе попали. И ты молодец, Дорд. Можешь, когда хочешь. И что еще понравилось, вы зарядили ваши ружья весьма шустро, даже быстрее, чем арбалеты. Случись что, постоять за себя сможете.
— Ага, особенно в узком коридоре, если будут по очереди стрелять. Одна валит, другая перезаряжается. Только надо тренировать скорость перезарядки. Ну и мощность повысить не мешает.
— Вот ты любишь жути нагнать, сын! Не было такого, чтоб враги за эти стены заходили.
— И пусть дальше такого не будет. Ружья я переделаю, прицелы поставлю нормальные, ложа удобные. Это так, проверить саму задумку.
— Девчонки, а мне-то можно бахнуть из вашего ружья?
— Конечно, отец! Только снаряды у Дорда, он их нам по одной штучке выдает перед выстрелом.
— Это он правильно делает. Безопасность первое дело. А то наделаете друг в дружке лишних дырок, как я потом вас дырявых замуж выдавать буду.
— Хи-хи, у нас Дорд главный мастер в замке по дыркам. Его сенные девки уже все в дырках!
— Рот закрыли, пигалицы! Он старший брат и наследник. Ему всякое уметь надо. И дырки делать тоже. И не только в щитах. Ох, я сейчас бахну!
Ствол выдержал, что примечательно. Судя по бабаху, снаряд преодолел звуковой барьер, дверь и что-то за ней. Хорошая дверь, но теперь с большущей дырой, через которую мы смогли увидеть, что происходит за дверью. А там коридор и лестница на следующий этаж, в настоящий момент перекосившаяся, как от сильной боли. Такое же выражение боли было и на лице слуги, лежащего под лестницей. Ничего, раз больно, значит не попали. Потому как после попаданий из такого ружья боли не чувствуют, а сразу помирают.
— Дорд, ты что натворил?!
— Я-то? Я дал тебе в руки ружьё, а ты опорный столб у лестницы перебил, уважаемый граф.
— Всё, из этого оружия в покоях замка больше никто не стреляет! Я сказал! Никому нельзя, только мне можно! А то развалите весть замок к демонам как ту сосну!
— Батюшка, а какую сосну?
— Это они с Дордом небось в соседнем лесу баловались. Помнишь, Бэлла, мы недавно ствол сломанный видели.
— Точно, я еще подумала, что ветром самое высокое дерево сломало. А это наш отец баловался.
— Говорю, цыц! Не баловался, а испытывал. На этом всё, вам тренироваться с магией и перезаряжанием, а у меня и так дел выше крыши.
— Тебе, отец, тоже бы не мешало потренироваться. В идеале ты сам должен уметь целиться, да и заряжать пушку тоже. А ну как всех вокруг поубивают.
— Ты прямо помешан на смерти. Видать, тебя неслабо приложило головой тогда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Просто надоело умирать.
— А жизни лишать не надоело.
— А пусть не лезут. Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет.
— Хорошо сказано, я запомню.
— Да забирай себе, отец, я еще что-нибудь скажу.
Так вот неожиданно и даже спонтанно в нашем замке случились испытания очередного нового оружия. Эдак и до командирской башенки доскачем. Башенки есть, их много, но все пока на стенах замка и донжона. А классических башенных танков сейчас и здесь не делают. Может заняться? Магический паровик с зачарованной броней, паровой пушкой и десантом, тоже в магической броне… Вот только нет у меня таких задач, в смысле нет стремления к экспансии, нагибаторству, да и ресурсов нет. Я в СССР, когда по второму разу жил, почему крутился как вошь на гребешке, мне там особо жрать нечего было, а еще людей было жалко. Простых советских людей, которые жили рядом со мной, жрали капусту с картошкой и летели, не зная того, в полную и беспросветную задницу. А вот этих простых людей графства Прист уже не так жалко, а если не врать, то совсем не жаль. Во-первых, в их ментальности ничего страшного не происходит, даже когда они мрут, все же мрут. А во-вторых, я не рос среди них, не проникся их бедами и радостями, да и вообще, я аристократ, голубая кровь. А аристократам никого не жаль, особенно таких же как они. Жалость равного к равным унижает, жалость к низшим непродуктивна.
Так что, если я что и делаю, то из чувства личной заинтересованности или от скуки. Иначе чем другим объяснить мой очередной прогрессорский подвиг? Эт я про майонез. Естественно, в этой реальности он будет называться иначе. Например соус Прист. Я прямо вижу уже телевизионную рекламу и слоган типа «Лучший приз соус Прист!» кто следил про мои приключения, то помнит технологию — я сижу на полу и зажимаю ногами бадейку, батя зажал венчик в патрон электродрели… Но тут это работает не так: шлёпнул по ягодице Дальку, пожмакал грудь Снежки, дал им четкие инструкции. То есть пропорции ингредиентов и срок, за который соус должен быть взбит. И не дай вам создатель закончить раньше. Венчиком работать велел по очереди, потому как тут самый секретный секрет — интенсивность взбивания. Полученный горшочек с соусом поставил на обеденный стол и затаился в ожидании фокус-группы. Время к обеду, так что по-любому подгребут, а тут я. И не только я, а еще буженина, сыр, листья салата, колбаса, каравай хлеба и крынка соуса. И кувшин винца. И куча тарелок под бутерброды.
Первыми пришли сёстры, покрутили носами и убежали докладывать, что слуг Дорд разогнал, ничего не готово, а только пласты мяса и хлеб на голом столе. А потом появилось всё семейство разом, поняв, что надо ним опять будут экспериментировать. Насчет разогнанных слуг девочки погорячились, они как раз таскало обычные закуски и нажорки на стол. В графстве, а то и во всем Мерсальском королевстве было принято дневной приём пищи, который я по привычке именую обедом, не делать чем-то эпическим и длинным, эта честь принадлежала ужину. Так что дневной перекус устраивали чем боги послали, то есть не всегда даже с горячими блюдами. А сегодня к этому простому обеду на бегу я добавил майонез, то есть соус Прист и предложил дегустировать. Отец как опытный бутербродье набросал на тарелку ломтей всяческой нарезки поверх плата хлеба, а потом по моему примеру полил соусом, который зачерпнул большой деревянной ложкой.
Кто много трудится, тот много ест. А у классического графа трудов столько, что к концу рабочего дня даже мысли не возникает сходить в фитнесс-клуб или побегать вокруг дома или в соседнем скверике. За день уже набегался, в том числе по многочисленным лестницам. А если вспомнить утреннюю разминку с мечом и спарринг с двумя стражниками…
Так что мы с отцом задавали темп в пожирании припасов, женщины его поддержать не смогли, но хоть попытались — им майо…, отставить майонез! Им сойс Прист вполне показался вкусным и, что важно, свежим дополнением в обычной еде.
