Читаем без скачивания Сумасшедшие убийцы - Жан-Патрик Маншетт

– Что вы имеете в виду?

– У меня есть ружье.

– Вы не знаете Томпсона. Ружье не остановит его.

Фуэнтес усмехнулся.

– Ружье может остановить любого.

– Вы не поняли. Он застигнет нас врасплох и всех перебьет.

– Вы насмотрелись слишком много фильмов ужасов, – заметил Фуэнтес.

Он открыл печную дверцу, которая походила скорее на ставни из толстого проржавевшего металла.

– Я привез их из Нормандии. Смотрите, я кладу дрова вот сюда.

Фуэнтес сунул поленья в огонь. Жюли притронулась к каменной кладке печи. Камень был раскален.

– Мои горшки стоят сверху. Я как раз готовлю обед.

Фуэнтес хлопнул нижним ставнем.

– Дров, слава богу, здесь хватает. Стоит только спуститься вниз.

Жюли представила, как он колет дрова. Видно было, что он умеет делать многое.

– Завтра я отправлюсь в полицию, – заявила она.

– Я пойду с вами, – сказал Фуэнтес. – Вы можете влипнуть в историю. Необходимо, чтобы они вам поверили. Вы считаете, что вам поверят? Я должен найти вам адвоката.

– Я уже не боюсь полицейских, – твердо произнесла девушка.

Петер играл неподалеку от них. Ему было весело.

Глава 34

Хартог все больше времени проводил в шезлонге. Он непрерывно кусал губы, отчего они даже вспухли. И непрерывно смотрел на Средиземное море, моргая глазами с бесцветными ресницами. Плавно скользили по водной глади парусники: ветра почти не было. Причаливший к берегу пузатый весельный баркас покачивался на зыби.

Деде привез почту.

– Вскройте и прочтите, – сказал Хартог.

Деде достал из верхнего кармана пиджака пилку для ногтей и вскрыл конверт. Прочитав очередное послание, он бросал его на низкий столик возле шезлонга.

– Накладная местного поставщика... Предлагается подписка на серию книг под общим названием "Мартирология Эроса..." Отчет мисс Бойд.

– Читайте.

– Гм... "Месье, довожу до вашего сведения..."

– Про себя, – перебил его Хартог. – Прочтите и скажите, есть ли что-нибудь важное.

Деде молча прочитал два исписанных листа бумаги.

– Она считает, что ваше отсутствие тормозит дела, – сказал он наконец. – Она перечисляет все, что отложено, понимает ваши обстоятельства, но настаивает на вашем возвращении в Париж либо на передаче ей ваших полномочий.

– Куда она сует свой нос?

Деде не ответил и положил письмо на столик с корреспонденцией.

– Ладно, хватит, – сказал рыжий. – Пусть никто меня не беспокоит.

– Хорошо, месье.

Деде бесшумно вышел с террасы. Он терял уважение к своему патрону, как-то сдавшему после всей этой истории. Подумать только, так переживать из-за какого-то мальчугана, которым раньше он даже не интересовался! Конечно, надежда, что они живы (мальчуган и чокнутая), с каждым днем уменьшалась, ну и что из этого? Мальчишка был никчемным. Деде было больше жаль девушку, такую забавную и симпатичную.

Он сел в холле виллы и развернул "Плейбой". В его обязанности входило никого не впускать к Хартогу.

Рыжий развалился в шезлонге, закрыв глаза. Услышав шорох на пляже, он вздрогнул. Открыв глаза, приподнялся в шезлонге. К террасе вплотную приблизилась маленькая лодка с низкой посадкой. Из нее вышел Томпсон. Он был небрит, в грязных лохмотьях и еще более худ. Тем не менее Хартог сразу узнал наемного убийцу.

Он встал с шезлонга и больно ударился о низкий столик.

– Вы сошли с ума! – сказал он. – Что вам здесь надо?

Томпсон поднялся на террасу. Он был босым и оставлял на плитах мокрые следы. Хартог тревожно озирался по сторонам, но, казалось, никто их не видел.

– Вы убили их? – спросил он шепотом.

Его распухшие губы дрожали от волнения. Томпсон покачал головой. Лицо рыжего выразило полное отчаяние. Он схватил Томпсона за шиворот, но тот резко ударил его по рукам. Хартог сделал шаг назад. И это называется убийца! Смех! Он так тщательно обдумывал свой план, так долго окружал себя калеками, кривыми, хромыми и прочими ненормальными, что все уже к этому привыкли. Наконец он взял в дом эту сумасшедшую, чтобы она сбежала с мальчишкой, повесила его и потом повесилась сама. И такая красивая комбинация должна лопнуть из-за этого олуха, дебила, ублюдка. Рыжий посмотрел на Томпсона. Он дошел до ручки: щеки его впали, глаза были потухшими и красными.

– Мы можем поговорить спокойно? – спросил Томпсон. – Где-нибудь в укромном месте, чтобы не привлекать внимания любопытных?

– Я не хочу с вами разговаривать, – сказал Хартог. – Уходите. Вы должны были убить их, но вы... вы...

Рыжий топнул ногой.

– Я убью их, – устало проговорил Томпсон. – Я хочу их убить, пусть это даже будет последнее, что я сделаю в жизни. Мне необходимо поговорить с вами. Я хочу получить некоторые сведения.

– Я сообщил вам все необходимое, – с раздражением ответил Хартог. – Уходите. Убирайтесь. Нам не о чем больше говорить.

– Речь идет об архитектуре, господин Хартог, об одном архитектурном ансамбле. Нечто вроде лабиринта... в Центральном массиве.

Хартог посмотрел на него как на сумасшедшего.

Глава 35

День клонился к вечеру. Деде отложил "Плейбой" и прошел на кухню виллы. Похоже, что Хартог не собирается выходить, значит, Деде снова придется самому готовить ужин. Ворча сквозь зубы, он открыл огромный холодильник. Запасы иссякали. Хартог сидел на вилле уже больше десяти дней. Деде не был силен в кулинарии, он мог приготовить только омлет, яичницу и зажарить мясо.

На этот раз Деде решил открыть консервы: рагу из бобов с птицей. Он выдвинул ящик стола и стал искать консервный нож. В этот момент за стеной он услышал голоса. Деде прислушался, но слов различить не мог. Однако он был уверен, что это не телевизор, так как аппарат был установлен на другом конце виллы и не был переносным. Переносной телевизор не работал.

Шофер снял трубку внутреннего телефона и позвонил в салон. Трубку долго не снимали.

– В чем дело? – услышал он наконец голос Хартога.

– Мне показалось, что я слышу голоса, месье. Я решил предупредить вас...

Хартог молчал. Деде слышал дыхание своего патрона.

– У меня посетитель, – сказал наконец Хартог. – По делу. Он прибыл морем и вышел с пляжа. Прошу не беспокоить меня, Андре.

– Хорошо, месье.

– Секунду... Андре, отправляйтесь в город и купите курицу или кролика. Живых. Когда вернетесь, позвоните мне.

– Хорошо, месье.

– Это все. Пошевеливайтесь.

– Хорошо, месье.

Деде повесил трубку. Хартог был чудаком. Живого кролика! Шофер вернулся в холл, взял ключи от "фиата" и вышел.

Хартог стоял рядом с телефоном, опершись на стену. Томпсон сидел напротив него в кресле, свесив руки.

– Когда вы вспомнили об этой фотографии?

– Позавчера, – сказал убийца. – Видите ли, я постоянно все прокручивал в голове. Я искал, за что зацепиться, что навело бы меня на ее след. Не знаю, почему мне раньше это не пришло на ум. Но ведь это не адрес, да и видел я фотографию всего лишь один раз и мельком. Кроме того, я был тогда в бешенстве.

– Что дальше?

– На обороте снимка было написано: "Центральный массив". Но ведь он очень большой, нельзя просто так отправиться на поиски. Я очень слаб. Я подумал, что вы, как архитектор, должны знать. Это такая конструкция, которую не сразу забудешь.

– Да. Вы правы, – заметил Хартог.

К нему вернулось самообладание.

– Значит, вам известно, где это находится? – спросил убийца. – Вы скажете мне?

– Не знаю, – ответил Хартог. – По-моему, вы сейчас ни на что не годитесь.

Томпсон встал. Он нервно царапал подбородок длинными грязными ногтями.

– Я гожусь только на то, чтобы убить их, ее и малыша, – сказал он. – Если я не убью их, я сдохну.

– Вам следует обратиться к хорошему психиатру. У вас психосоматическая язва желудка. Послушайте, я дам вам денег, чтобы вы исчезли. Уезжайте, куда хотите, только подальше отсюда.

Томпсон покачал головой. Хартог начал расхаживать по серо-голубому ковру, держа руки за спиной.

– Вы в моих руках, – сказал Томпсон, – но я не хочу этим воспользоваться. Я хочу только закончить свою работу. Для этого мне необходимы сведения.

– Но нет никакой гарантии, что они там, – голос Хартога стал вкрадчивым. – Кроме того, она могла уже уйти оттуда.

Он зашел за письменный стол, быстро выдвинул ящик и протянул руку, чтобы взять свой пистолет и убить Томпсона, но в этот момент Томпсон запустил ему в грудь хрустальной пепельницей. У Хартога возникло ощущение, что его лягнул мул. Он согнулся и упал. Падая, он вцепился рукой в ящик, который вывалился на него. Пистолет оказался на ковре, в тридцати сантиметрах от его руки. Скорчившись от боли, рыжий стал кататься по ковру в надежде схватить оружие, но Томпсон пнул пистолет ногой, и он отлетел к стене.

– Хартог, будьте благоразумны, – сказал убийца абсолютно спокойным тоном.

Он наклонился над Хартогом, помог ему встать и стал массировать ему желудок. Боль отступила. Хартог с облегчением вздохнул.