Читаем без скачивания Стигматы Палнера Элдрича - Филип Дик

- Вам нечего бояться, фрау Хнатт. Это как электрошок, вызывает определенную мышечную реакцию, рефлекс, понимаете? - Денкмаль захихикал. - Теперь вам придется…, э…, снять одежду. Каждый из вас, конечно, отдельно. Потом вы наденете халаты и auskommen «Начнем (нем.)»…, понимаете? С вами пойдет медсестра. Мы уже получили ваши медицинские карты из Норд-Америки; мы все о вас знаем. Вы оба - совершенно здоровые, добропорядочные граждане Норд-Америки.

Он провел Ричарда Хнатта в боковое помещение, отгороженное занавеской, оставил его там и вернулся к Эмили. Ричард слышал, как доктор Денкмаль разговаривает с Эмили успокаивающим, но одновременно повелительным тоном. У него это получалось мастерски, и Хнатт ощутил сначала зависть и подозрительность, а потом грусть. Он не совсем так это себе представлял, ожидая чего-то более возвышенного.

Однако Лео Булеро вышел из этого же кабинета, что доказывало беспочвенность его сомнений. Лео Вулеро всегда получал самое лучшее.

Приободрившись, он начал раздеваться. Где-то рядом послышался стон Эмили.

Он быстро оделся и вышел из комнатки, всерьез беспокоясь за жену. Однако он увидел доктора Денкмаля, который сидел за столом и читал карту Эмили. Жена уже ушла с медсестрой, так что все было в порядке.

"Черт побери, - подумал он, - кажется, я в самом деле чересчур подозрителен". Вернувшись в комнату, он снова разделся, обнаружив, что у него трясутся руки.

Потом он лежал привязанный к одному из двух столов; ко второму привязали Эмили, которая тоже, казалось, была испугана. Она побледнела и не издавала ни звука.

- Ваши железы, - пояснил доктор Денкмаль, довольно потирая руки и бесцеремонно разглядывая Эмили, - будут возбуждены; особенно железа Креси, стимулирующая процесс эволюции, nicht wahr «Не правда ли? (нем.)»? Да вы об этом знаете; каждый ребенок это знает, поскольку то, что мы здесь открыли, изучают в школе. Вы сегодня почувствуете не потерю ногтей на руках и ногах, рост хитиновой оболочки или увеличение черепа, но - могу поспорить, что вы этого не знали! - лишь незначительное, но очень, очень существенное изменение в лобных долях…, вы станете умнее. - Он снова захихикал.

Ричард Хнатт чувствовал себя отвратительно. Как связанное животное, он ждал своей участи. "Хороший способ делать карьеру", - уныло подумал он и закрыл глаза.

Рядом с ним появился техник, блондин нордического вида, казалось, лишенный каких-либо проблесков разума.

- Включаем успокаивающую musik, - сказал доктор Денкмаль, нажимая кнопку. Со всех сторон полились звуки какой-то популярной итальянской оперы, Пуччини или Верди, в тошнотворной аранжировке; Хнатт понятия не имел, какой именно. - Теперь послушайте меня, герр Хнатт. - Денкмаль склонился над ним и серьезно сказал:

- Я хочу, чтобы вы поняли. Время от времени терапия… Как это сказать?… Не удается.

- Не удается, - хрипло повторил Хнатт. Он этого ожидал.

- Однако, как правило, все проходит успешно. В случае неудачи, герр Хнатт, боюсь, вместо того чтобы развиваться, железа Креси…, э…, регрессирует. Я правильно сказал?

- Да, - пробормотал Хнатт. - И насколько велик регресс?

- Не намного. Однако бывает неприятно. Конечно, мы сразу это заметим и прекратим терапию. Это обычно останавливает регресс. Однако…, не всегда. Иногда возбужденная железа Креси… - он сделал неопределенный жест. - Процесс продолжается. Я должен вам это сказать, и теперь вы имеете полное право отказаться. Так как?

- Рискну, - сказал Ричард Хнатт. - Я так считаю. Ведь все так делают, верно? Ладно, начинайте. - Он повернул голову и увидел Эмили, еще больше побледневшую.

"Вполне возможно, - пессимистически подумал он, - что эволюционирует только один из нас - наверняка Эмили, - а я деградирую до уровня синантропа. Назад к сросшимся коренным зубам, маленькому мозгу, кривым ногам и людоедским наклонностям. С такой внешностью мне будет чертовски трудно продавать керамику".

Доктор Денкмаль повернул выключатель, весело насвистывая в такт музыке.

Хнатты начали курс Э-Терапии.

Ему казалось, что он теряет вес, ничего больше. Потом голова у него разболелась так, будто по ней колотили молотом. Вслед за болью сразу же пришло осознание того, что они пошли на огромный риск и ему не следовало подвергать ему Эмили. Она этого не хотела; а если она деградирует и утратит свой талант? Для них обоих это крах. Его карьера зависела от того, останется ли Эмили одной из лучших керамистов на планете.

- Стоп, - громко сказал он, но звук, казалось, не выходил из его горла; он ничего не слышал, хотя голосовой аппарат, похоже, функционировал. Он чувствовал, как слова возникают у него в гортани. Внезапно он понял, что эволюционировал.

Действовало! Эти ощущения были связаны с изменением метаболизма. Если с Эмили все в порядке, то и вообще все в порядке.

Он понял также, что доктор Вилли Денкмаль был лишь маленьким жалкие шарлатаном, существовавшим за счет желания простых смертных обладать чем-то большим, нежели то, на что они имели право. К черту дела, торговые контакты. Что они могли значить в сравнении с возможностями эволюции человеческого мозга и достижения новых границ познания?

Например…

Внизу простирался мир мертвых, не изменяющийся мир причин и следствий. Посредине располагалось человечество, но в любой момент человек мог пойти ко дну, упасть в лежавшие ниже адские глубины. Или же он мог вознестись в третий, эфирный мир, у него появились шансы достичь вершин. В каждый момент времени мог существовать свой вариант действительности. Рай и ад, не после смерти, а сейчас! Любое психическое заболевание или депрессия означало - утонуть. А другое…, как его достичь?

Через связь с кем-либо, не физическую, а духовную. Например, видел ли он когда-нибудь в вазочках Эмили нечто большее, чем товар, пользующийся спросом? Нет. А он должен был видеть в них художественный замысел, душу, которую она в них вкладывала.

И этот договор с "Чуинг-Зет Мануфакчурерс"; он осознал, что подписал его без согласия жены. Какая безнравственность! Он втянул ее в дела фирмы, которую она, возможно, не желает видеть в качестве производителей ее керамики… Неизвестно, какие у них наборы. Они могут оказаться ниже всяких стандартов. Однако теперь уже поздно: дорога в ад вымощена благими намерениями. Он мог связаться с нелегальным производителем перемещающего наркотика. Это объясняло бы название Чуинг-Зет…, похожее на Кэн-Ди. Однако тот факт, что они не скрывали названия своего продукта, позволял думать, что они не делали ничего незаконного.

Внезапно, в каком-то мощном озарении, он все понял: кто-то открыл перемещающее средство, которое устраивало Отдел наркотиков ООН. Они дали согласие на его выход на рынок. И, таким образом, впервые перемещающее средство станет доступно на тщательно охраняемой Земле, а не только в далеких колониях, где не было полиции.