Читаем без скачивания Мабиногион - Автор неизвестен

Когда подошло время, король Ллудд велел готовить большой праздник. После того как все припасы были собраны, он налил в бочку холодной воды и уселся ждать рядом с ней.

И глубокой ночью он вдруг услышал сладостное пение и музыку и неудержимо захотел спать. Тогда, помня наставления брата, он быстро залез в воду. Тут во дворец вошел человек громадного роста, богато одетый и вооруженный, неся с собой корзину. И он положил в эту корзину все приготовленные яства и напитки и собрался уходить. Более всего удивила Ллудда корзина, в которую вошло так много.

Тут Ллудд предстал перед ним и сказал: «Остановись! Ты причинил мне много зла и убытка, но я не позволю тебе причинить еще, пока ты не докажешь, что превосходишь меня силой и храбростью». И тот мгновенно опустил корзину на пол и кинулся на него. И они сражались до тех пор, пока их оружие не раскалилось. Наконец удача склонилась на сторону Ллудда, и он поверг противника на землю. И когда он одолел его своей силой и храбростью, тот попросил пощады. «Как могу я простить тебя, – вопросил король, – после того как ты причинил мне столько вреда?» – «Все, что ты потерял, – сказал тот, – я возвращу тебе. И я больше никогда не потревожу тебя и всегда буду тебе благодарен». Тогда король отпустил его.

И так Ллудд освободил Остров Британии от трех напастей. И до конца дней своих Ллудд, сын Бели, правил своим королевством в мире и процветании.

И так заканчивается история, рассказанная о приключениях Ллудда и Ллевелиса.

Килох и Олвен[191]

Как-то Киллид, сын Келиддона Вледига,[192] решил жениться, чтобы не сидеть одному за столом. Вот та, кого он взял в жены: Голеудидд, дочь Анлауда Вледига.[193] И после свадебного пира все жители их страны начали молиться о даровании им потомства; и через положенный срок у них родился сын. Hо все время беременности она была лишена рассудка и скиталась в пустынных местах;[194] когда же пришло разрешение от бремени, рассудок вернулся к ней. И случилось это там, где свинопас держал свиней, и королева родила среди свиного стада. И свинопас принял ребенка и отнес его во дворец, и там он был крещен и назван Килох,[195] ибо он родился в свином загоне.[196] При всем том мальчик был благородного происхождения и близкого родства с самим Артуром,[197] и его воспитали при дворе.

Вскоре мать мальчика Голеудидд, дочь Анлауда Вледига, тяжко занемогла. Она позвала к себе мужа и сказала ему: «Я скоро умру, и ты захочешь жениться еще раз. Многие женщины будут домогаться, чтобы ты женился на них,[198] но они могут повредить твоему сыну, поэтому умоляю тебя – не женись, пока на моей могиле не вырастет куст шиповника с двумя верхушками». И он пообещал ей это. Она же призвала исповедника[199] и попросила его каждый год пропалывать ее могилу, чтобы на ней ничего не могло вырасти. И после этого королева умерла; и король каждое утро посылал слугу проверить, не выросло ли что-нибудь на ее могиле. И в течение семи лет исповедник делал то, о чем попросила его королева.

И в один из дней король отправился на охоту и проезжал мимо кладбища. И захотелось ему взглянуть на могилу, поскольку он томился без жены. А там вырос куст шиповника; и, увидев его, король созвал совет, чтобы узнать, где ему найти новую жену. И один из его приближенных сказал: «Я знаю подходящую для тебя женщину. Это жена короля Догеда».[200] И они решили похитить ее силой, и убили ее мужа, и разорили их земли, и привели ее к королю вместе с дочерью.

И однажды королева отправилась на прогулку и зашла в дом к старой колдунье, что жила неподалеку и была так стара, что во рту ее не осталось ни единого зуба. И королева сказала ей: «О колдунья, ради всего святого, ответь мне на один вопрос. Есть ли дети у человека, который овладел мною против моей воли?» И колдунья ответила: «У него нет детей». Тогда королева сказала: «Горе мне, что мой муж бездетен». – «Hе печалься, – сказала ей колдунья, – предсказываю, что у тебя будут от него дети, и они унаследуют трон. Hо есть у него и еще один сын».

И королева вернулась во дворец радостная и сказала мужу: «Зачем ты скрываешь от меня своего сына?» И король ответил: «Теперь я не стану его скрывать». И он отправил гонцов за своим сыном, и они доставили его ко двору. Мачеха обратилась к нему: «Сын мой, тебе надо жениться, а у меня есть дочь, лучшая невеста в мире». Он же возразил ей: «Hе достиг я еще возраста женитьбы.[201]». Тогда она сказала: «Что ж, я предскажу тебе судьбу: ты не женишься ни на ком, кроме Олвен, дочери Исбаддадена, Повелителя Великанов»[202] Тут юноша залился краской, и внезапно любовь к этой деве проникла во все его члены, хотя он никогда не видел ее. И, заметив это, отец спросил его: «Что с тобой, сын мой? Что тебя опечалило?» – «Моя мачеха предсказала мне, что я не женюсь ни на ком, кроме Олвен, дочери Повелителя Великанов». – «Что ж, сын мой, ничего трудного в этом нет, – сказал ему отец. – Ведь в родне у тебя сам Артур. Иди к нему и принеси прядь своих волос ему в дар».[203]

И юноша сел на коня светло-серой масти, четырех зим от роду, крепкого в ногах и хорошо подкованного, с уздечкой и седлом из чистого золота. Hа ногах его были серебряные шпоры, а в руке он держал копье толщиной с руку сильного мужчины. Разило оно стремительней, чем капля росы падает с ветки на землю в июне, в самую росную пору. Hа боку его висел меч в золотых ножнах, на лезвии которого тоже был золотой узор, а на рукояти – золотой крест, призывающий благословение небес; и там же был узор из слоновой кости.[204] И впереди него бежали две белые борзые с рыжими пятнами, с ошейниками из красного золота. Hа нем был пурпурный плащ, на каждом конце которого висело по золотому яблоку ценой в сотню коров.[205] И дороже трех сотен коров были его сапоги кроваво-красного цвета, доходящие до колен. И когда он скакал, трава не гнулась под ним из-за легкости и быстроты коня, на котором он подъехал к воротам дворца Артура.

Юноша позвал: «Привратник, где ты?» – «Я здесь, и зачем ты, не умеющий молчать, тревожишь меня? Я сторожу ворота Артура в январские календы, а весь прочий год их сторожат мои подручные, имена которых Хуандау, и Гогигох, и Ллаэскемин, и Пеннпингион, который ходит на голове, чтоб не повредить себе ноги, и уподобляется катящемуся камню». – «Так открой же мне ворота». – «Я не открою их». – «Почему ты не хочешь их открыть?» – «Нож уже в мясе, и напиток в роге, л множество гостей собрались во дворце Артура. И никто больше не войдет сюда сегодня, кроме сына короля какой-нибудь земли или барда, пришедшего показать свое искусство. Ты получишь пищу для своих собак, и сено для своего коня, и мясо с лучшим вином для себя, и тебя развлекут сладкими песнями. Еду для тридцати человек подадут в зал для гостей, где уже ждут те, кто не успел сегодня попасть во дворец Артура. И поистине, ты неплохо проведешь там время. Ты получишь женщину на ночь и послушаешь песни и баллады. Наутро же, когда ворота откроются для гостей, что пришли сегодня, ты войдешь в них первым и сможешь сесть на любое место во дворце Артура, какое тебе понравится».

Юноша сказал: «Поистине, я не сделаю этого. Если ты сейчас откроешь ворота, я войду. Если же нет, то ты навлечешь беду на себя и бесчестье на своего господина. Ибо я спою у этих ворот три песни позора,[206] которые услышат от вершины Пенгвайдд в Корнуолле[207] до Динсола на Севере и до Эсгайр-Эрфел в Ирландии. И тогда все беременные женщины, что живут здесь, не смогут родить, а те, кто еще не беременны, исполнятся такого страха, что никогда не сумеют понести».

Глеулвид Гафаэлфаур.[208] сказал ему: «Какими бы песнями позора ты ни угрожал, я не впущу тебя, пока не посоветуюсь с Артуром». И после этого он вошел в зал, и Артур спросил его: «Что нового у ворот?» И Глеулвид сказал: «Две трети своей жизни я провел рядом с тобой. Я был с тобой в Каэрсе и Ассе, в Сах и Салах, в Лотор и Фотор, в Великой и Малой Индиях, в битве при Деу-Инир, где мы взяли двенадцать заложников из Ллихлина. Я был с тобой в Европе, и в Африке, и на острове Корсид, и в Каэр-Бритох, и в Бригах, и в Нертах. И я был с тобой, когда ты сразил спутников Клейса, сына Мерлина, и когда ты одолел Мир Дду, сына Дукума. Я был с тобой, когда ты завоевал всю Грецию до самых пределов Востока. Я был с тобой в Каэр-Оэт и Аноэт, и в Каэр-Невенхир[209] Девять могучих властителей видел я там, но никогда прежде не встречал мужа, равного тому, кто стоит сейчас у ворот».

И Артур сказал: «Если это все, с чем ты пришел, то иди скорее назад и вели оказать ему почет и уважение и подать ему золотой рог с вином, и золотое блюдо с мясом, и всяческие яства. Негоже оставлять под дождем и ветром такого мужа, как он». Тут Кай[210] сказал: «Если мне позволительно высказать свое мнение, то мы не должны нарушать ради него обычаи двора». – «Конечно, дорогой Кай, но мы же благородные люди, и чем большее гостеприимство мы выкажем, тем больше будут наша слава и наша честь».

И Глеулвид пошел к воротам и открыл их. И хотя перед воротами положено было спешиваться, Килох не сделал этого и въехал в них на коне. И он сказал: «Приветствую тебя, владыка этого острова! Пусть благоденствуют твои высокие, и твои низкие, и твои знатные, и твои воины, твои приближенные и пусть их благополучие будет не меньшим, чем твое. И пусть твоя власть, и твоя мощь, и твоя слава множатся на всем этом острове».