Я иду, и неизвестная земля простирается подо мной. Я иду, и новое небо кружится надо мной. Я иду на эту землю, и она место отдыха для меня. О разум планеты! Пришелец дарит тебе скромно сердце свое, чтобы ты им насытился.
Туристы, посещающие Новую Зеландию, могут видеть на пляжах или обочинах дорог огромные шары. Некоторые достигают свыше 3 м в диаметре. На берегу Моераки двенадцать шаров разной величины. Меня очень заинтересовали каменные шары с побережья Коста-Рики, которые были сделаны руками человека.
Я скрупулезно исследовал новый для меня тип новозеландских шаров и пришел к выводу, что новозеландские шары естественного происхождения. Они представляют собой отложения кальцита на более тяжелом центральном ядре.
Этот вид шаров, которым около 135 миллионов лет, встречается только на песчаниках. Существует также особый вид шаров, так называемые жеоды. Они сферической или яйцевидной формы и внутри содержат кристаллы. Помимо геологов, к этим шарам проявляют непомерный интерес масса невежд. Иногда ими движет жажда лекционирования, иногда — жажда наживы. Жеоды распиливают пополам, вычищают, обрабатывают и продают в специальных магазинчиках. В 1961 г. любители нашли в районе Оланчо на краю джунглей камень, похожий на жеод. Когда его попытались распилить, алмазная ножовка сломалась, так как камень, вопреки ожиданиям, не был полым. Его доставили геологам, которые обнаружили внутри неизвестную каменную массу, отливающую всеми цветами радуги и, казалось, претерпевшую воздействие высоких температур. В середине этой массы находилось металлическое продолговатое ядро диаметром 2 и длиной 17 мм. Природное образование?. Сколько на Земле таинственных предметов, перед которыми бессильно воображение!
Американская администрация много сделала для улучшения инфраструктуры островов. На Понапе построили дороги, работает электростанция, модернизируется морской порт, на всех островах по радио звучит музыка. Но все это ничто по сравнению с таким удивительным явлением, что почти в каждой семье аборигенов есть автомобиль! В большей части селений еще нет электричества, но зато есть транзисторные радиоприемники и проигрыватели. У владельца отеля, где я остановился, три проигрывателя и два флиппера. В день, когда я уезжал, ему доставили электрокалькулятор. Мне не удалось разгадать тайну этих роскошеств. Стоит также заметить, что аборигенов не отличает трудолюбие. Они не забивают себе голову работой — делают без натуги или вообще не делают. Не надо только думать, что это упрек. У нас нет права в чем-то их упрекать. Просто любопытно, откуда они берут деньги на эти дорогостоящие американские игрушки? Как тут не вспомнить о японских пловцах и о платине, которую они вытаскивали из морских глубин.
Может быть, я не сумел воспользоваться выпавшим мне шансом, чтобы разгадать один из нынешних секретов этих островов…
Накануне отъезда меня пригласили на праздник в деревню. Я давно знаю, что отказываться от подобных приглашений нельзя: это воспримут как проявление невежливости и воздвигнет непреодолимый барьер между вами и туземцами.
Самая старая женщина рода приветствовала меня и провела мимо хижин на деревенскую площадь. Женщины и девушки сидели перед полым стволом дерева и палочками выбивали медленный ритм, очень похожий на ритм блюза. Мужчины и юноши внезапно высыпали из хижин и принялись танцевать, проворно отбивая тот же самый ритм на пустых стволах, имеющих разную степень гулкости, но удивительно гармоничных. Меня пригласили в круг танцующих; ритм, поначалу медленный, становился все быстрее. Духота стояла страшная, и я прилагал все усилия, чтобы попасть в быстрый ритм, отбиваемый женщинами. Я старался как только мог, подпрыгивал, вертелся, топтал землю, как сам дьявол… Короче, пытался не ударить лицом в грязь. Можно сказать, что рок-н-ролл 50-х — легкая забава по сравнению с танцем туземцев.
Но танец был всего лишь прелюдией, и то, что меня ожидало, было еще круче.
Меня провели в хижину, где вокруг большой каменной плиты сидели шестеро мужчин, и пригласили сесть. Юноши принесли свеженарезанные корни молодого дерева (piper methysticum). Начали с того, что корни долго вытирали своего рода тампонами из растительных волокон. Затем корни разложили на каменной плите, и мужчины принялись ритмично разбивать их большими камнями. И это продолжалось около получаса. В результате образовалась густая и клейкая коричневая масса. Юноши принесли другие «тампоны» из растительного волокна, которые аккуратно разложили по всему столу. Сок корней впитался в «тампоны», которые затем выжали, словно белье. Жуткий коричневый сок стекал в половинки выдолбленных кокосовых орехов. Полученный напиток индейцы называют сакао.
Невинный мальчик, — ритуал требует, чтобы он был девственником, — встал передо мной на колени и не глядя протянул кокосовый кубок. Строго-настрого запрещается смотреть на того, кому протягиваешь кубок. На что только не пойдешь во имя взаимопонимания! Я поднес кубок к губам и под заинтересованными взглядами хозяев заставил себя сделать глоток. Затем передал кубок своему соседу, который выпил его до дна, как хорошее шампанское. Кубок был вновь наполнен и каждый насладился этим отвратительным пойлом. Вскоре все растянулись на земле и погрузились в глубокий сон.
Сакао обладает эффектом наркотика, но не создает зависимости. У напитка нет никаких побочных явлений, и просыпаешься, не испытывая ни малейшей головной боли. Знатоки говорят, что сакао[1] — галлюциноген, сходный по своему воздействию с ЛСД. Но ЛСД, как я читал однажды, приводит в состояние ясновидения, связанного с подсознанием. Вот я и спрашиваю себя: а что было бы, если бы я выпил до дна предложенный мне напиток?
Может быть, мне открылось бы что-то такое, что помогло бы разгадать тайну Нан Мадола? Мне остается только оставить вехи для ученых. Возможно, им повезет больше, чем мне. Но сомневаюсь, что и они сумеют что-нибудь выловить в этих мутных водах.
И еще одно. Нан Мадол — чисто местное словосочетание и означает оно «переход между мирами».
5. По следам индейцев
От самой южной точки Сицилии до самого северного города Европы Хаммерфеста по прямой 4000 километров. Эта прямая пересекает восемь стран. От Москвы до юга Йемена приблизительно 4000 километров. Но если лететь самолетом из Касипору в Риу-Гранди, то придется преодолеть 4500 километров. И только одна страна будет под крылом самолета — Бразилия. С запада на восток — от перуанской границы до Ресифи на берегу Атлантического океана — только одна территория, одна страна, и это Бразилия. По площади в 8 511 965 км2 этот южноамериканский гигант уступает лишь четырем странам: СССР, Китаю, США и Канаде.
Эта необъятная страна является неисчерпаемым кладезем археологических загадок.
Когда один из пилотов компании «VASP» увидел во время одного из обычных полетов какую-то башню и деревню, которых не было на карте, он зафиксировал их координаты и доложил об этом своему руководству. Когда же туда через несколько дней прибыла комиссия, чтобы проверить сообщение пилота, на обозначенном месте ничего не было. Лесной пожар, сильный ветер, атмосферные явления могли стать причиной этого «исчезновения».
Парадоксально, но каждый день, несмотря ни на какие трудности, в Бразилии совершаются невероятные открытия, относящиеся к отдаленному прошлому человечества. Увы, эти открытия лишь изредка имеют продолжение.
Наибольшее количество археологических открытий сделали армейские саперы в процессе прокладки дорог, которые по замыслу бразильского правительства должны были сократить расстояния и облегчить транспортное сообщение. Теперь уже не узнать, сколько селений остались погребенными под грудами земли по сторонам этих дорог, с большими затратами проложенных через труднопроходимые районы.
В Бразилии археология — «конек» многих людей. Но профессиональных археологов здесь мало, хотя ни в одной стране мира нет такого археологического богатства. И нигде в мире нет таких сложностей с организацией и оснащением экспедиций как из-за климатических условий, так и из-за отсутствия средств.
Открытия совершаются в основном образованными любителями, которые ведут исследования в одиночку на свои собственные средства. Среди них следует отметить австрийца Людвига Швеннхагена, по образованию философа, который долгое время жил в Терезине, столице штата Пиауи на севере Бразилии. В своей книге «История древней Бразилии», изданной в 1928 г., Швеннхаген впервые упоминает таинственное место Сети-Сидада. Когда в 1970 г. переиздавалась эта книга, Швеннхагена уже не было в живых.
Впервые о Людвиге Швеннхагене я услышал от доктора Реното Кастело Бранку.
Мне выпало счастье посетить легендарные Сети-Сидада по приглашению правительства штата Пиауи.
