Примерно через минуту он спросил:
– Теперь тебе лучше?
– Угу, – ответила я, медленно поднимая голову и осматриваясь.
Физически я чувствовала себя нормально, но смущение и неловкость не проходили.
– Не хочешь рассказать нам, что с тобой случилось? Что ты видела? – мягко спросил Кэл.
Мысль описать ауру каждого показалась мне невозможной и даже устрашающей – слишком уж это личное дело. А кроме того, может быть, они видели то же самое?
– Ничего, – ответила я.
– Ладно, – сказал Кэл, вставая. – Все это было просто удивительно. – Он улыбнулся. – А теперь пойдемте поплаваем.
11. Вода
В ночи при полной или нарождающейся луне практическая магия особенно сильна.
Марек Хоуксайт. «Практические лунные ритуалы», 1978 г.
– Вот здорово! – восторженно воскликнула Бри. – Поплаваем!
– Там, позади дома, у нас бассейн, – сказал Кэл, открывая деревянную дверь в алькове.
Свежий ночной ветерок ворвался в комнату, некоторые свечи погасли, а пламя других затрепетало.
– Колоссально, – проговорила Дженна. Итану было жарко, под вьющимися волосами на лбу выступил пот. Он вытер его рукавом своей рубашки армейского образца.
– Поплавать было бы неплохо, – согласился он.
Рейвин и Бет улыбнулись и посмотрели друг на друга, словно сиамские кошки в фильме «Леди и Бродяга», и поспешили к двери. Робби кивнул мне и последовал за ними. А Бри уже проскочила в дверь.
– Это что, бассейн на открытом воздухе? – спросила я.
Кэл улыбнулся мне:
– Вода подогревается. Все будет о’кей.
Конечно, я тут же вспомнила, что не прихватила купальный костюм, но промолчала, потому что понимала: скажи я об этом, и меня засмеют. Я вышла следом за Шарон, а Кэл следовал за мной. За дверью оказалась витая лестница, которая вела вниз, в закрытый дворик – патио. Боясь потерять равновесие, я крепко ухватилась за перила.
Вдруг Кэл, идущий сзади, положил мне руку на плечо.
– Ты в порядке? – спросил он.
Я кивнула в ответ.
Выложенный шлифованным камнем патио, бледный под лунным светом, начинался сразу от подножия лестницы. Покрытая белыми чехлами садовая мебель, стоявшая во дворе, напоминала привидения. Высокие кусты, постриженные в форме прямоугольников, отделяли патио от остального двора. В живой изгороди был проход, и Кэл указал на него.
Я посмотрела вверх, на небо. Мне было холодно без жакета и туфель. Луна воскового цвета напоминала взбитый сахарный торт. Ее сверкающий свет озарял наш путь.
За живой изгородью оказалась лужайка, поросшая мягкой, еще не успевшей пожелтеть травой. Казалось, мои босые ноги ступают по бархатистому мху.
За лужайкой располагался бассейн. Он имел классическую греческую форму. Прямоугольный, без доски для ныряния и без металлических поручней по периметру Бассейн окружали каменные колонны, обвитые плющом, с которого уже начали опадать листья. С одной стороны стояли купальные кабинки, и у меня появилась надежда, что там хозяева держат купальные костюмы для своих гостей.
И тут я увидела, что Дженна и Мэтт уже сбросили свою одежду, и широко открыла глаза. О, нет, подумала я. Ни за что!
Я повернулась и увидела Бри, которая оставалась только в бюстгальтере и трусиках, и аккуратно складывала свою одежду на шезлонг.
– Бри! – прошипела я, увидев, что та снимает бюстгальтер.
Она сбросила трусики и стояла передо мной в лунном свете, словно мраморная статуя. Рейвин и Бет помогали друг другу расстегнуть крючки и пуговицы. Они смеялись, их зубы белели в лунном свете. Раздевшись, они прыгнули в воду, их украшения весело зазвенели.
Следующими в воду прыгнули Дженна и Мэтт: сначала Дженна, за ней Мэтт. Дженна, смеясь, скрылась под водой, потом, так же смеясь, вынырнула на поверхность, приглаживая мокрые волосы. Она показалась мне язычницей дохристианских времен. Мой лоб покрылся испариной. Пожалуйста, не позволяй, чтобы это перешло в оргию или что-то такое, умоляла я того, кто мог бы слышать мои мысли, я к этому совсем не готова.
– Расслабься, – услышала я голос Кэла за спиной.
Я слышала шорох снимаемой одежды и силилась не упасть в обморок. Через минуту я увижу его обнаженным. Голого Кэла. Всего. О, мой Бог! Я хотела увидеть его, но меня бил озноб. Он положил руку мне на плечо, и я подскочила на полметра.
– Расслабься, – повторил он и повернул меня лицом к себе. Он снял рубашку, но оставался в джинсах. – Это не превратится в оргию.
Я была поражена, как точно прочитал он мои мысли.
– Я и не беспокоюсь об этом, – ответила я, со страхом услышав свой трепещущий голос. – Но я… легко простужаюсь.
Он засмеялся и начал снимать джинсы. У меня остановилось дыхание.
– Ты не простудишься, – заверил он меня. Он сбросил джинсы, а я повернулась лицом к бассейну и была вознаграждена видом голого Робби, который широкими шагами шествовал к воде. Что будет дальше?
Итан сидел на шезлонге и снимал носки. Рубашку он уже снял. У него изо рта торчала сигарета, молния на потрепанных джинсах была наполовину расстегнута. Он поднялся и снял их. Бри и Шарон прошли мимо него к бассейну. Он прищурился, глядя на них, отбросил джинсы и зашагал следом за ними. Итан прыгнул в воду с той стороны, где было глубже, и я молилась, чтобы он умел плавать и благополучно выплыл на поверхность.
Рейвин и Бри брызгали друг на друга водой, Бет с визгом прыгнула в воду, ее темное тело, покрытое капельками воды, блестело. Итан вынырнул поблизости, улыбаясь, как лисица. С мокрыми волосами, откинутыми назад, и без его обычной неряшливой одежды он выглядел совсем другим, и Шарон с удивлением смотрела на него, будто удивляясь, кто бы это мог быть.
Кэл протянул мне руку.
– Идем, Морган.
Он стоял в чем мать родила, мои щеки горели огнем, я изо всех сил старалась не смотреть вниз.
– Не могу, – прошептала я, надеясь, что никто, кроме него, не слышит меня.
Я чувствовала себя трусливой девчонкой. Взглянув на бассейн, я увидела, что Бри наблюдает за нами. Я слабо улыбнулась ей, и она, не отрывая взгляда от Кэла, ответила мне улыбкой.
Он ждал. Если бы мы были с ним наедине, то, может быть, я могла бы пересилить себя. Может быть, я бы тоже смогла раздеться, молясь о том, чтобы он не оказался похотливым самцом. Но здесь каждая девушка была красивее меня и имела фигуру лучше, чем у меня. И у каждой из них грудь была больше моей. А у Шарон она вообще потрясающая.
Мне захотелось уйти: для меня все это было слишком.
– Пожалуйста, идем поплаваем, – снова предложил Кэл. – Никто не станет приставать к тебе. Я обещаю.
– Да не в этом дело, – пробормотала я. Мне хотелось взглянуть на него, но под его взглядом я не решалась этого сделать. Я тонула в волнах застенчивости.
