Читаем без скачивания Цыганка - Лесли Пирс

В последовавшую после смерти мистера Лэнгворси неделю Бет исполнилось семнадцать лет, а Сэму восемнадцать. Их дни рождения прошли без празднований. Бет помогала кухарке печь кексы и пироги для поминок и перешивала траурную одежду хозяйки, которую миссис Лэнгворси носила после смерти свекрови.

В утро похорон Бет проснулась еще до рассвета, но во дворе было достаточно светло от фонаря, горевшего у конюшен, чтобы понять, что ночью выпал снег. Она пару минут сидела на кровати, глядя в окно. Все вокруг стало таким красивым, грязь, мусор и неровности скрылись под толстым одеялом девственно белого искрящегося снега. Бет вспомнила, что в тот день, когда родилась Молли, тоже шел снег. Тогда она стояла у кухонного окна с младенцем на руках, очарованная тем, что улочка позади дома и крыши вдруг стали сказочно прекрасными.

Спустя несколько дней ее мама умерла, а снег смыло дождем. Бет выглянула из того же окна, но застала за ним лишь серую, слякотную, уродливую обыденность. В то время происходящее показалось ей знаком, напоминанием о том, что счастье и красота могут быть лишь мимолетными.

С тех пор многое произошло. Бет испытала отчаяние, боль и беспокойство, а затем пережила с братом потерю дома, сгоревшего в пожаре. И все же пожар изменил ее жизнь к лучшему, потому что они переехали сюда и снова обрели счастье и уверенность в завтрашнем дне.

Сэму и Бет пришлось быстро повзрослеть. Бет усвоила, что нельзя ни на кого полагаться. Не стоило надеяться ни на доброту Лэнгворси, ни на то, что она сможет оставаться на этой работе сколько пожелает. Бет даже не могла быть уверена в том, что Сэм всегда будет с ней рядом.

Она могла рассчитывать только на себя. Но эта мысль казалась холодной и безрадостной.

Никто не ожидал, что Сэм захочет прийти на похороны, потому что он виделся со старым мистером Лэнгворси лишь раз в жизни, когда помогал перенести его в столовую на Рождество. Но ему нужно было идти на работу, поэтому Бет накинула на плечи шаль и на цыпочках прошла в гостиную, чтобы зажечь масляную лампу, растопить печку и поставить чайник на огонь.

Сэм, свернувшийся на своей узкой кровати, выглядел умиротворенным и беззаботным. Он до сих пор не понял, что смерть старого мистера Лэнгворси может повлечь за собой проблемы, а Бет не хотела рассказывать ему о своих страхах, потому что Сэм казался абсолютно счастливым с тех пор, как начал работать в «Аделфи».

— Сэм, пора вставать, — тихо сказала она и потрясла его за руку. Он открыл глаза и зевнул.

— Уже! Мне кажется, я поспал только пару часов.

— Сейчас шесть утра и на улице идет снег, — сказала Бет, поражаясь тому, каким красивым стал ее брат. Его лицо стало более мужественным, Сэм отрастил небольшие усики, а его длинные ресницы оттеняли прекрасные синие глаза. При мысли о том, что скоро он найдет себе возлюбленную и ей придется отойти на второй план, Бет ощутила легкий укол ревности.

Сэм улыбнулся, спрыгнул с кровати и бросился к окну как ребенок. В одном шерстяном ночном белье он выглядел несколько смешно.

— Я люблю снег, — сказал Сэм, улыбнувшись сестре. — В некоторых штатах Америки он выпадает в ноябре и лежит до весны.

— Что может быть хуже, — лукаво сказала Бет, становясь на колени, чтобы вынуть ящик с золой из-под печки. Она кривила душой. Бет снег нравился не меньше, чем Сэму, и ее лучшие детские воспоминания были связаны с катанием на санках с братом. Но ей надоели его постоянные разговоры об Америке.

— Вода в чайнике уже достаточно нагрелась, так что можешь умыться и побриться. Чистая рубашка висит на двери спальни.

— Ты становишься похожей на старую деву, — заметил Сэм.

Бет, Кэтлин и кухарке удалось найти себе свободное место у входа в церковь Святой Бригитты. Так случилось потому, что они шли последними в процессии, следующей за шестью экипажами, в которых ехали члены семьи и родственники, и все лавки уже оказались заняты. На фоне снега черные, украшенные плюмажами лошади и гроб, усыпанный цветами, представляли весьма впечатляющее зрелище. Бет считала, что снегопад помешает прийти большинству людей, но, судя по всему, здесь собралась добрая половина населения Ливерпуля.

Как только религиозный гимн «Пребудь со мной» был спет и пришло время службы, Бет вспомнилось замечание Сэма, услышанное сегодня утром. Она действительно стала старой девой. Все ее мысли были заняты Молли или семьей Лэнгворси. Бет не обращала внимания на свой внешний вид, носила подержанную одежду и даже не смотрела на витрины магазинов. Не только потому, что не могла ничего себе позволить, но и потому, что ей просто некуда было надеть такие вещи.

До смерти отца Бет часто предавалась романтическим мечтам, но теперь перестала это делать. В них не было смысла: она никогда не будет посещать балы и вечеринки или, одевшись в меха и бриллианты, кататься в экипаже, запряженном парой лошадей. Даже с более скромными мечтами о том, что она могла бы, по примеру мисс Кларксон, стать учительницей, или медсестрой, или начать работать в магазине, пришлось распрощаться, потому что ей нужно было заботиться о Молли.

По правде говоря, Бет позволяла себе фантазировать только во время игры на скрипке. Будучи одна в каретном сарае, она представляла себе, как стоит в прекрасном ярком шелковом платье, со сверкающими шпильками в волосах и в красивых туфельках. Час или дольше Бет могла купаться в музыке, забывая о своих обязанностях.

Когда преподобный Блум начал произносить речь о мистере Лэнгворси, Бет очнулась от раздумий.

— Теодор Артур Лэнгворси не родился с серебряной ложкой во рту, — сказал священнослужитель. — Его отец был бедным фермером в Йоркшире и ожидал, что старший сын станет его преемником. Но у молодого Теодора были другие планы.

Бет ничего не знала о прошлом мистера Лэнгворси, даже о том, что его звали Теодором. И ей сложно было представить этого прикованного к кровати старика здоровым и крепким.

— Он увлекся машинным оборудованием и сбежал в Ливерпуль, где стал учиться на инженера, — продолжал преподобный Блум. — Ему исполнилось всего двадцать два года, когда он спроектировал и построил водяной насос в сарае на заднем дворе дома, в котором снимал жилье. Через десять лет под его началом уже работало пятьдесят мужчин и он продавал свои насосы по всему миру. Затем он стал производить паровые машины для пароходов, и компания «Лэнгворси инжиниринг» стала одним из крупнейших работодателей Ливерпуля.

Священник оглядел присутствующих.

— Сегодня многие из вас обязаны ему своим состоянием, потому что мистер Лэнгворси взял вас на работу, когда вы были еще молодыми ребятами, и обучил. Другие, те, кто связан с благотворительностью, помнят, что он с уважением относился к благотворительности и делал щедрые пожертвования.

Возможно, именно история мистера Лэнгворси, последовавшего за своей мечтой, заставила Бет снова подумать о Сэме. Она надеялась, что ее брат забудет об Америке после того, как найдет себе новых друзей в «Аделфи». Но этого не случилось. Он изучал карты, читал книги и заметки в журналах и откладывал каждый пенни на поездку.

До этого момента Бет рассматривала его желание эмигрировать как тягу к приключениям, но теперь неожиданно поняла, что оно ничем не отличается от желания мистера Лэнгворси стать инженером. Если бы тогда ему не хватило смелости пойти против отцовской воли и начать заниматься тем, чем хотелось, сегодня у многих из присутствующих здесь людей не было бы работы, благотворительные общества были бы беднее. И кто бы тогда делал насосы и паровые двигатели для всего мира?

Возможно, желание Сэма отправиться в Америку не принесет выгоды другим людям, но, с другой стороны, если он останется, то в конце концов ожесточится и начнет во всем винить ее. Бет боялась остаться здесь с Молли, особенно сейчас, когда у нее не было уверенности в будущем. Но еще больше ее пугало то, что она утратит любовь брата, став ему обузой.

В пять часов дня Бет мыла посуду в кухне, пока кухарка убирала со стола оставшуюся после поминок еду. До них донесся голос миссис Лэнгворси, которая прощалась с гостями возле парадной двери. Даже с такого расстояния Бет различила усталость в голосе хозяйки и ощутила напряжение, ценой которого ей удавалось весь день держать свои чувства под контролем.

Парадная дверь закрылась. Бет услышала, как миссис Лэнгворси просила мисс Брюс и Кэтлин унести остатки посуды и еды из гостиной, а затем сама спустилась в подвал.

В черном платье их хозяйка выглядела бледной и изнуренной, но она нашла в себе силы улыбнуться Бет и кухарке.

— Я просто хотела поблагодарить вас за все, что вы сегодня сделали, — сказала она.

Кухарка посмотрела на нее, на миг остановившись.

— Нам это было не трудно, — ответила она. — Но у вас такой усталый вид, мэм. Может, вам чего-нибудь принести?