Читаем без скачивания Как стать успешной стервой, которой все завидуют - Елена Кабанова

Если фатализм уже пришел и обосновался в вашей душе, все время ужасно хочется отыскать хоть какой-нибудь «тыл», «резерв», «НЗ» — одним словом, заполучить гарантии. Чем меньше человек уверен в своих силах, тем больше он требует гарантий, вынуждает давать кучу обещаний, даже если они заведомо невыполнимы. Французский комедиограф Жак Деваль сказал: «Обещай только невозможное, и тебе не в чем будет себя упрекнуть». А вы уверены, что на вашем жизненном пути не повстречаетесь с мсье Девалем?

Даже юридически оформленная гарантия может оказаться всего лишь фикцией. Однажды мне довелось побеседовать с юристом об особенностях брачного законодательства в нашей стране. Я поинтересовалась, насколько широко используется в России брачный контракт при заключении брака между обычными людьми, чей доход никак нельзя сравнить с благосостоянием олигархов. Статистика оказалась очень веселой. Средний класс, как правило, брачных контрактов не заключает. Рьяными адептами этого документа оказались самые богатые, которым, действительно, есть, что терять, и самые бедные, которым терять попросту нечего. Причем именно неимущие слои общества широко используют практику брачного контракта.

«Делить им толком абсолютно нечего, — смеялся юрист, — они даже не знают, каких условий требовать. Обычно их устраивает формальный типовой документ, но они считают: эта номинальная бумажка у них быть должна. Обязательно. Брачный контракт для них — просто-напросто неотъемлемый компонент свадебного ритуала: регистрация в ЗАГСе, венчание в церкви и брачный контракт. Большой подарочный набор для неимущих». Можно только удивиться: зачем неимущим брачный контракт? Что они станут делить? Свадебные подарки? Так их и нет еще. Детей? Они тоже… того, «в проекте». А в юридический документ будущих отпрысков и будущие электровафельницы не занесешь. Но, смею вас уверить: именно неимущим брачный контракт нужнее всего. Не из материальных соображений, а из психологических. Контракт создает иллюзию защиты: вот, в случае подставы, ты не останешься голой… принцессой на бобах. Хотя практика показывает: выигрывает тот, кто первый закапывает столовые приборы, отвозит к родителям халат и тапочки, прячет дряхлый жигуленок-«копейку» и т. д.

Тем более ничего не гарантирует щедрость. Нельзя купить спутника жизни — разве что формально и ненадолго. Сбежать могут и от того, кто платит — и спит, как сурок, вовремя сдавший налоговую декларацию.

Ульяна вышла замуж. «Наконец-то!» — радостно думала она, хотя ей исполнился всего 21 год. Но именно в таком виде представлялось ей полноценное существование. Новоиспеченный муж Гена не то, чтобы рвался под венец, но и не сопротивлялся. «Такой уж у него характер, — с умилительным снисхождением думала Ульяна, — спокойный. Для семейной жизни это хорошо». Родители постарались: «отгрохали» пышную свадьбу, и купили молодым квартиру. Отец Ульяны устроил зятя к себе на фирму, а заодно и младшего брата Гены осчастливил работой. Родня ведь. И началась у Ульяны приятная, веселая жизнь с регулярным сексом, частыми гостями, поездками на море. Так прошло без малого три года.

До сих пор Ульяна не может понять, что же тогда произошло. Все время она не то, чтобы на крыльях летала, но прожила целых три года на одном дыхании. Вернее, Ульяна отчетливо помнит, что ничего особенного не происходило. Обеспеченный быт. Милые знакомые, приятное времяпрепровождение. По ее версии, этот мерзавец в один «прекрасный» день ушел от нее. А потом еще и на развод подал. Для Ульяны пошатнулась вера в справедливость всего сущего вообще.

Конечно, развод — это всегда сильнейшая психотравма. И некоторое время после разрыва человек пребывает в шоке. И все же. Через год после означенных событий сидела я в гостях у Ульяниной кузины, Леры. Позвонил мобильный. После короткого разговора Лера обречено вздохнула: «Спокойствие, только спокойствие. Сейчас придет злая Улька. Одно счастье, что ненадолго». — «Как она после развода?» — спросила я. — «А-а… все так же. Впрочем, ты сейчас сама все узнаешь, она у нас никому поблажек не делает». Через пятнадцать минут Ульяна сама вводила меня в курс дела: «Подлец просто. Никакой ответственности. Пришел на все готовое. Квартиру — нате. Работу — нате. Что он там дома у родителей видел? У них там сервелат по праздникам. Они вчетвером в двушке — как сельди в бочке. И обои в цветочек. Брата его, Мишку, отец к себе взял. И он так мне за все отплатил! Ничего святого! Кому теперь, блин, верить, если даже этот так?» — «Он что, изменял тебе?» Ульяна сосредоточилась: «Да нет вроде. На виду всегда был. Не мог. Да я же тебе про что толкую, он и не к бабе ушел, а к родителям». — «И вы не ссорились?» — «Да нет, не ссорились. Может, он с жиру взбесился? На всем готовом-то! Где себе еще такое найдет? Что мужикам нужно?» — «Нужно? Чтобы что?» — «Да чтобы при жене сидеть! И не сбегать ни с того, ни с сего!» — «То есть, когда ты замуж за Гену выходила, думала: квартира, работа, родственники облагодетельствованные — это все гарантия его лебединой верности?» — «Конечно. Я не знаю, какой нормальный человек от такого откажется! Нет! Теперь знаю. Но он козел».

Беседа в том же духе тянулась еще некоторое время, но вывести Ульяну на разговор о том, что же в действительности произошло в их с Генкой взаимоотношениях, не получилось. Уля, как заводной кролик с батарейкой «Энерджайзер», шагала по привычному маршруту: халявная квартира, денежная работа, красотка-жена, машину собирались покупать. А в личной жизни как будто вакуум царил. Я зашла с другой стороны. Спросила, что Гена любил — из еды, из одежды, куда предпочитал ездить отдыхать, какая музыка ему нравилась и т. п. На мои вопросы Ульяна отвечала через раз или через два. Про отдых помнила — это Карелия, она еще туда ехать не захотела. Но ни марку сигарет, которые курил бывший муж, ни платье, в котором она больше всего ему нравилась, да и прочих «бытовых деталей» назвать так и не смогла. Это после трех-то лет счастливой совместной жизни! Да и какой прок интересоваться всякими глупостями, когда столько гарантий.

Единственная возможность избавиться от страха и неуверенности — не бумажка с печатью и не клятва, данная в полночь над гробом любимой бабушки, скрепленная кровью из носу и словами «Сукой буду!». Гарантии, как ни странно, ничего не гарантируют, только начинаешь пуще прежнего волноваться и переживать: а ну как все у меня рухнет, но через сутки после истечения гарантийного срока — с кого тогда компенсацию спрашивать? А ну как у меня и страховой договор неправильно оформлен? А ну как я эту бумагу потеряю? А ну как… Почему-то пространство вокруг тебя становится теснее, будто некие стены сжимаются. Ощущение «сижу за решеткой в темнице сырой». И вожделенную свободу вам подарит не вольный товарищ и не кровавая пища, а только… работа.

Потому что и в карьере, в семье, и в любви не получается единожды заплатить, оформить гарантийный талон — и пользоваться, пока «приобретение» не развалится на составные части от беспардонно усиленной эксплуатации. С человеческими существами так нельзя, даже с теми, кто вовсе не являет собою образец бескорыстия. Вот почему постоянно приходится делать усилия: налаживать общение, укреплять связи, вызывать уважение, доказывать всем — и себе в том числе — что вы чего-то стоите. Хотите упрочить отношения с людьми? Не пытайтесь подделаться под окружающих, купить их расположение, задобрить их услугами и подачками. Не надо давить на собеседника, понижать его самооценку, поминутно намекать, что без вас он нуль! Полное ничтожество! И вообще по сравнению с вашей царственной особой все кругом сплошь недомерки и недоумки. Ни мазохизм, ни садизм процессу самоутверждения не помогут — наоборот, снова спеленают вас чувствами страха и неуверенности.

Хотите добиться своей цели? Будьте равным и надежным партнером. Учитесь понимать, чего хотите вы и чего хотят от вас. Оценивайте себя и других без агрессии и максимализма. Будьте снисходительны — но не слишком доверчивы и романтичны. Людям свойственно ошибаться. Взрослого человека трудно переделать — лучше не пытайтесь. Просто используйте его лучшие стороны, если с худшей он вас не слишком утомляет. Или не общайтесь с ним в той сфере, в которой он невыносим. Есть обаятельные кавалеры, которым нельзя и заточку карандашей доверить. Есть знающие свое дело зануды, с которыми покурить не выйдешь. Есть гении, которых в дом пускать нельзя, потому что оборотная сторона их блистательного ума — неизлечимая клептомания. Вы же не хотите после каждого визита пересчитывать ложки?

Каждый человек одновременно плох и хорош. Его надо «привечать» в нужное время в нужном месте. И не лелеять несбыточных надежд, что вдруг, внезапно, атмосфера вокруг вас потеплеет, бойфренд поумнеет, родственники подобреют — и вообще все переменится, мир засверкает и запоет. Нечто в этом роде может произойти в двух случаях: один из них крайне желателен, другой — крайне нежелателен. Либо умерла американская тетушка, отписав в вашу пользу пару миллионов долларов, либо вы балуетесь наркотой и перехватили дозу, пока читали. Впрочем, какие бы причины ни вызвали радужных мечтаний, любое ожидание чуда выпадает из того же набора неконтролируемых эмоций. А эта дорожка, как уже говорилось, ведет в темный тупик, где притаились разочарования, стрессы и неудовлетворенность жизнью. Но если вам кто-то скажет, что жизнь ужасна, спросите: по сравнению с чем?