Вскоре тропинка привела девочку к развилке, где лежал камень, прикрытый травой. Анита убрала ее и обнаружила на камне две пометки — белую и желтую.
— Тропинка белая и тропинка желтая, — проговорила она. — Теперь, кажется, начинаю понимать.
«Оставить белый цвет» означало не следовать по белой тропинке.
— Оставляю белую и иду по желтой.
Наверное, именно так и следует поступить.
Так она и поступила.
Желтая тропинка уходила еще дальше в лес, а потом пошла в гору. Зимние дожди размыли мягкую землю, обнажив крупные камни и корни. Анита даже вспотела оттого, что все время приходилось переносить велосипед через всякие препятствия.
А потом тропинка пошла под уклон и вывела девочку к каменистой котловине, откуда, тем не менее, виднелось море. Здесь дорожка снова раздваивалась. Увидев знакомые пометки на придорожном камне, Анита опять решила миновать белую тропинку.
Наконец девочка вышла на просеку, откуда виднелись бескрайнее поле и мирно пасущиеся овцы, и в приподнятом настроении двинулась дальше. Ей нравились овцы, но, конечно, вовсе не хотелось, чтобы к ней устремился козел с кривыми рогами, поэтому она проехала по лугу как можно быстрее.
На другом его конце Анита посмотрела на часы и поняла, что путешествует уже более часа.
Она не захватила с собой ни воды, ни бутерброда, а голод между тем уже напоминал о себе.
Подал сигнал мобильник. Пришла эсэмэска от Томми.
Тут в Be все в порядке. Котелка не видно. Скучища смертная. А ты как?
Анита хотела было сразу же ответить другу, но почему-то пропала индикация на дисплее. Ладно, ответит позже.
Она не могла этого знать, но с этого момента и далее никакие мобильники больше не работали.
Пройдя лесом, а потом опять полем, Анита увидела ручеек в траве, подошла ближе, желая напиться, и, нечаянно оступившись, оказалась по колено в холодной воде. Дно ручейка топкое и илистое, а берег скользкий и темный.
Выбираясь из воды, Анита сильно перепачкала всю одежду. Сняла резинку с волос и затянула их снова, потуже.
«Подумаешь, упала! Это не остановит меня!» — решила девочка.
И двинулась дальше.
Не белая тропинка привела ее к двум елям в виде буквы «V», растущим из одного корня. А тропинка возле них опять раздваивалась, и цветные пометки обнаружились прямо на коре деревьев.
Анита остановилась, чтобы перевести дыхание, и огляделась. Она шла уже часа два. И понятия не имела, куда пришла. В какой стороне море? Она столько кружила, что теперь уже не представляла, где оказалась.
Девочка опустилась на землю. Пахло кислицей, жужжали шмели.
Анита посмотрела на деревья. Два дерева росли из одного корня. Ели-двойняшки?
У елей-двойняшек помощь найду…
Вот эти самые деревья? Но какой помощи ждать от них?
Сколько ни осматривалась Анита вокруг, так и не увидела ничего похожего ни на какую помощь. Ни среди камней, ни на ветвях деревьев. Ничего, просто совершенно ничего тут не было — только птичий щебет и шелест листвы.
Она обошла деревья вокруг. И обнаружила на стволах две пометки: синюю — справа, и белую — слева. Одна указывала вверх, другая — вниз.
Анита хотела выбрать синюю. Но стишок ведь говорит: Помощь найду. Только где же она?
Выходит, никакой помощи нет?
Единственное, что Анита «оставила» у дерева с рыболовными крючками, это белая тропинка.
Возможно ли, что теперь… нужно перейти на другую тропинку?
От не белой к белой?
Девочка просунулась между деревьями и увидела уходившие вдаль пологие холмы, покрытые лесом.
Лес, где растет кислица, — так называл Улисс Мур это место в своих дневниках. А также холмы, где растет кислица. Но этого Анита еще не могла знать.
«Куда же теперь идти?» — задумалась она.
И, выбрав белую тропинку, отправилась в лес.
Через полчаса она остановилась, поняв, что возвращается. Узнала пейзаж, скалу, группу деревьев, поляну.
— Надо же! — удивилась девочка.
Белая тропинка водила ее по лесу огромными кругами и теперь привела обратно к елям-двойняшкам. При этом девочка ни разу не встретила ни одной развилки.
Вспомнив стишок, Анита подумала, что теперь самое время увидеть черный дом, камень или пещеру… что-то такое, что хоть как-то означало бы «из дома черного хор голосов звучит…».
Ну в крайнем случае пора бы увидеть какую-нибудь необыкновенную синюю тропинку.
Из дома черного хор голосов звучит:
Открой, цвет синий, нам прибежище!
Но ничего черного девочка нигде не заметила. Только лес и лес кругом, все тот же нескончаемый лес.
День клонился к концу. Прошло уже почти три часа с тех пор, как Анита оставила отца на берегу.
Мобильник не работал.
Что это может быть за дом, из которого доносится хор голосов?
Птичьих?
Может, она проходила рядом и не заметила его. Может, тут есть какой-нибудь участок леса, где голоса…
Но вместо того, чтобы завершить круг и снова выйти к елям-двойняшкам, Анита вернулась назад — пошла по той же тропинке обратно. Так она сможет с другой точки обзора посмотреть на окружающий лес.
Может, она что-то не заметила. Какую-нибудь там синюю ленточку на ветке? Или черную табличку на дереве? Дом, увитый зеленью.
Хор голосов. Хор голосов.
В лесу столько разных голосов: шуршат в листве животные, щебечут птицы, жужжат насекомые. Какой у них мог быть дом?
Черный, говорилось в стишке.
Но ничего черного поблизости нет — во всяком случае, вдоль тропинки.
Разве что…
Пройдя уже довольно далеко в обратном направлении, Анита остановилась и прислушалась. Тропинка здесь спускалась в полукруглую каменистую котловину, заросшую травой и кустарником, а в самом центре ее деревья росли так густо, что стояли, можно сказать, стеной.
И было здесь как-то необычайно тихо.
Когда Анита первый раз проходила тут, у нее тоже возникло какое-то неприятное ощущение, и она постаралась поскорее миновать это странное место и повела велосипед быстрее. Теперь это впечатление повторилось.
В чем дело?
Здесь, в этой защищенной от ветра котловине, лесные звуки были словно приглушены. И щебетание птиц, и шорох листвы… те же звуки, что и прежде, но послышалось и кое-что другое.
Прислушавшись внимательнее, Анита уловила какой-то очень далекий голос.
Да, человеческий голос!
Он, однако, очень скоро умолк. Но потом зазвучал снова.
«Но это уже другой голос!» — мысленно отметила Анита. У этого совсем другой тембр. Она снова прислушалась, но опять наступила тишина.
И тут Анита вздрогнула, услышав какой-то сухой стрекот. Словно стучала старинная пишущая машинка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
