Читаем без скачивания Достаточно одной таблетки - Наталья Андреева

– Вы на кровь? Тоже без очереди? – накинулся на него Синьборода.

– Нет, я иду на процедуры.

– А кто на кровь?

– Синьборода! – нетерпеливо сказали из лаборатории. – Да заходите же!

– Безобразие! – сказал Велемир Ипатьвич, поднимаясь с дивана. – Никто пожилому человеку руки не подаст!

Его кураторша, кусая губы, протянула руку. Синьборода пропустил в дверях Сашу и, припадая на больную ногу, скрылся в лаборатории.

– Не повезло, да? – сочувственно посмотрел на его кураторшу Леонидов.

– Бывает, – сдержанно ответила та.

– Тяжелый человек.

– Да уж! Не легкий!

– Может, все мы к старости будем такие?

– Не дай бог!

– Леша, куда нам дальше? – спросила жена, прижимая к месту укола ватку.

– Вам сейчас к лору, – ответила вместо него Галина.

«Отлично! – подумал Алексей. – Пичугин, готовься!»– Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил он у жены. – И почему так долго?

– В вену не могли попасть, – губы у Саши задрожали. – В две руки кололи. Первый раз такое! Синяки теперь будут.

– Девушка, что у вас за специалисты работают? – накинулся Леонидов на Галину. – Или медсестры тоже без медицинского образования?

– Эта девушка работает у нас недавно, – начала оправдываться та. – Она еще неопытная. У нас текучка большая, вот и... – Галина спохватилась, что сказала лишнее. – У вашей жены вены плохие! Тонкие, глубокие и плавающие!

– А вы разве медик, что так хорошо разбираетесь в венах? – съязвил Алексей. – Или наших инженеров нынче и этому учат?

– Мне так сказали.

– В общем, вы потихоньку загибаетесь, но стараетесь держать марку.

– Зато мы работаем в праздники!

– Потому что в будни к вам ни один человек не придет!

– Леша, перестань, – попросила Саша.

– Ты что, забыла, сколько мы денег отдали?

– Перестань, прошу тебя.

Леонидов поймал насмешливый взгляд кураторши Синьбороды: а чем ты-то лучше? Он сдержался и молча пошел по коридору к двери, за которой была лестница на третий этаж. «Еще и лифт не работает!»

Увидев его, Пичугин вздрогнул.

– Не возражаете, если я присяду рядом с вами? – спросил Алексей.

Пичугин молча подвинулся.

– Много народу, да? – Леонидов кивнул на очередь из кураторов у двери в кабинет. – Или вы и здесь без очереди?

– Врач куда-то вышел.

– Саша, садись. Врач вышел, придется подождать. Вот, товарищ все знает.

Жена присела на диванчик.

– Александр Сергеевич, а о чем вы пытались договориться с консьержкой?

– С какой консьержкой? – вздрогнул Пичугин.

– С Ираидой Осиповной.

– Понятия не имею, кто это!

– Как же так? Она сидела рядом с вами у дверей лаборатории! Что вы ей написали в мобильнике?

– Ничего я не писал.

– Вы ходили к Наиле, да?

– Никуда я не ходил.

– А почему не спросили: кто такая Наиля? Вы ведь взятку предлагали, – ласково сказал Алексей. – И сколько, если не секрет?

– Ничего я не предлагал.

– Вчера я допрашивал Наилю, – Леонидов сознательно сказал «допрашивал». – Знаете, что она мне отвечала?

– Ничего я не знаю!

– Точно так она мне и отвечала: ничего я не знаю, никуда я не ходила, ничего я не брала, никаких денег. Из чего я делаю вывод, что между вами сговор. Чтобы не запутаться в показаниях, вы на все вопросы решили отвечать просто «нет». Она девушка очень красивая, но, похоже, не очень умная. Поэтому вы дали ей простую установку и сами придерживаетесь той же тактики.

– Я не знаю, о чем вы, – хрипло сказал Пичугин.

– Один только факт, что вы предлагали взятку консьержке, свидетельствует о вашей причастности к убийству. У вас что, долги?

– Нет у меня никаких долгов!

– Выходит, вы не знаете, кто живет рядом с Наилей?– Нет, я не знаю, кто живет рядом с Наилей!

– Но кто такая Наиля и где она живет, вы знаете?

– Нет, я не знаю.

– Как же вы тогда не знаете, кто рядом с ней живет?

– Нет, я не знаю, кто... – Пичугин, окончательно запутавшись, вытер пот со лба.

– Получается, Александр Сергеевич, что знаете. И где живет Наиля, и кто живет, то есть жил, рядом с ней.

– Я об этом понятия не имею. Ну, жил рядом с ней кто-то.

– То есть, вы знаете, что ее соседку убили? Вы сказали: жил. А кто вам об этом сказал? Наиля?

– У вас что, диктофон в кармане?

– Где? Вот тут? – Алексей хлопнул по карману, в котором лежал мобильный телефон. – Хоть окулиста вам проходить не надо, глаз – алмаз!

– Я предупреждаю, что в кабинете у следователя откажусь от показаний, которые дал сейчас под вашим давлением!

– Ага! Вы сменили тактику! Но Наиля-то об этом не знает! Я сейчас ей позвоню, – и Алексей полез за телефоном. – Петя, дай мне телефончик девушки по имени Наиля. Ну, Наташа. Как не помнишь? Вчера у нее был! Свидетельница. Диктуй, я запомню... Спасибо, Бурундуков! Вольно! ... Наташа? Как кто? Ваш поклонник! Из милиции. Нет, не Петя. А вы Петю ждете? Это Леонидов Алексей Алексеевич, помните меня? Ах, помните... Замечательно! Рядом со мной сидит, знаете, кто? Александр Пичугин. Как так: вы его не знаете? Он вышел от вас вчера утром! Никто не выходил? Странно... А вот он говорит, что вас знает. Да, этот факт он признал. Что на это скажете? Что он козел? – Алексей прикрыл трубку рукой и Пичугину: – Слышали? Вы – козел. Это не я сказал. – И опять Наиле: – Он это признает. Как говорится, молчание в знак согласия. Так вот этот козел... Пичугин Александр Сергеевич, был у вас вчера? Ах, у вас бывает много козлов... Вы на что намекаете, Наиля Амирхановна? Что и я...? И Петя?! Ах, все мужики козлы. Ну, успокойтесь, поплачьте. Я вам перезвоню. – Алексей дал отбой, глубоко вздохнул и сказал, обращаясь к Пичугину: – Ну вот, довели девушку. Не стыдно вам, Александр Сергеевич?

– Вы надо мной издеваетесь, – догадался Пичугин.

– Еще один звонок, максимум два, и она расколется. Так что подумайте хорошенько, Александр Сергеевич. Чистосердечное признание...

– Господин Пичугин! – дверь в кабинет лора приоткрылась. – Заходите!

Мокрый от пота Пичугин поспешно скрылся в кабинете. «Сейчас он и впрямь похож на больного, – подумал Алексей. – А если еще и давление померить...»

– Я испортила тебе день, – вздохнула Саша. – Твой выходной день.

– Что ты, любимая! Я прекрасно провожу время!

– Я не знала, что здесь столько народу. Это моя ошибка.

– Это я не знал, что здесь столько народу. Это моя ошибка.

– Леша! Ты можешь говорить нормально? Ты только что довел больного человека до слез! Я видела! Откуда у тебя этот талант? Ты любого способен довести до слез!

– Работа бывает разная: бывает чистая, а бывает грязная, – неожиданно для себя в рифму сказал Алексей.

– Вот, опять!

– Это случайность.

– У тебя не бывает случайностей. Ты – машина.

– Ах, да... – вспомнил Алексей и схватился за телефон. – Боря? Ты забыл о моей просьбе? Не забыл? Отлично! Ну, что там? Нет Владимирской? Отлично! Проверь теперь Пичугина А.С. Александр Сергеевич. Не Пушкин, Пичугин. Давай!

«Нет Владимирской. А она ведь приезжала к бабе Ане. Уж, конечно, не в гости. За деньгами приезжала. А карточки нет. Отлично!»

И тут он увидел, как по коридору, поддерживая охающую мамусю, идет Семужка. Когда Сазоновы поравнялись с диваном, на котором сидел Алексей, тот спросил:

– Вы теперь куда?

– На кровь, – растерянно сказал Семен Ильич. – Ума не приложу: зачем на кровь? Нам ведь только укол...

– Устала... не могу больше... – простонала мамуся.

– Да вы присядьте, – подвинулся Алексей.

Мамуся, поддерживаемая Семужкой, тяжело опустилась на диван. В это время дверь в кабинет лора открылась, и оттуда вышел мокрый от пота Пичугин.

– Леонидова, заходите! – позвала медсестра. Саша тут же исчезла в кабинете.

– Идемте со мной, Александр Сергеевич, – потянула за рукав Пичугина девушка в мини-халатике. – Давление меряют вон там! – она махнула рукой.

Пичугин испуганно посмотрел на Алексея и галопом понесся мерить давление.

– Куда же вы! Стойте! – затрусила за ним хорошенькая кураторша. – Александр Сергеевич! Разве так можно! Вы же идете мерить давление!

– А у нас сто восемьдесят, – грустно сказал Семужка.

– Это много или мало? – спросил Алексей.

– О! Это очень много! Утром было меньше, но, пока мы ходили с этажа на этаж, поднялось до ста восьмидесяти.

– Зачем же вы ходили?!

– Но у них такие правила... – развел руками Семен Ильич.

– Надо уметь постоять за себя. Они же ее угробят! – кивнул Алексей на мамусю.

– Разве можно умереть в поликлинике? – удивился Семужка. – Здесь же полно врачей! Сделают укольчик, таблетку дадут.

– Семушка... Ох! Дай мне... Не могу больше... Ох! – мамуся завалилась на диван и простонала: – таблетку...

– Надо потерпеть, – растерянно сказал Семен Ильич. – Ну, полежи, полежи.