ты сейчас сказала – правда? Ты действительно меня любишь?
Олла молча кивнула и, уткнувшись лицом в его грудь, зарыдала. Вейлар обнял девушку и сказал, что ему надо подумать. Он мог остаться человеком, но тогда он станет смертным, потеряет могущество, должен будет отказаться от своего племени. Хотя некоторые драконы, в чем он убедился, выбрали именно этот путь. Надо было взвесить все «за» и «против». Не больше ли пользы именно в его нынешнем положении?
– Сейчас я должен уйти, – он поднял ладонями ее лицо и заглянул в глаза, – но я вернусь, и, если твои слова ты еще раз подтвердишь, зная все, на что ты идешь, тогда я… готов. Я тоже люблю тебя, хотя думал, что драконы не умеют любить.
***
Олла стояла во дворе, смотря, как в небе над Брайсеном летел дракон, но он казался просто большой птицей, которая поднимается все выше и выше, скрываясь за облаками. Вскоре он превратился в темную точку, а потом и вовсе исчез. Олла вытерла глаза кружевным платочком, который ей вышила Вигма, и, вздохнув, вошла в дом.
Теперь каждый день начинался с приема больных. Олла не думала, что в Брайсене так много страждущих. Впрочем, некоторые приходили лишь из любопытства, выдумывая себе болезни. Таких Олла выпроваживала без сожаления. Но они не обижались, ведь они получали то, за чем приходили – знакомились с молодой лекаркой и убеждались, что она может отличить настоящую болезнь от выдуманной. В городе стали обсуждать эти новости. На рынке только и разговоров было, что о девушке-лекарке. Появились, как всегда, и недоброжелатели. Они убеждали всех, что молодая девчонка не может лечить, что все это обман, но их мало кто слушал. Олла помогла многим. И теперь к ней шли за советом, за врачебной помощью. Девушка не скрывала, что не всемогуща, что только помогает человеку справиться с болезнью, а просить о здоровье надо богов.
Раненый рыцарь
Как-то утром во двор въехала повозка, на которой лежал раненый рыцарь. В соседнем городе проходил рыцарский турнир, и раненого привезли к ней. Недоброжелатели Оллы предложили привезти его к молодой лекарке, они думали, что он все равно умрет, а смерть ляжет черным пятном на ее репутации.
Молодой человек был в доспехах, в плече зияла дыра от копья. Бедняга не подавал признаков жизни. Равнодушный возчик слез и стащил с его повозки, положив прямо на землю. Он собирался уехать, когда Олла, вышедши из дома, обратилась к нему с просьбой перенести рыцаря в дом. Возчик нехотя согласился. Впервые девушке попался рыцарь. Она не знала, как снять доспехи, ведь рана была тяжелой. Олла попросила Вигму позвать отца на помощь. Тот быстро прибежал, помог снять доспехи (кое-где пришлось их просто ломать). Олла осмотрела рану. Хорошо, что копье не задело сердце! Парень был жив, но без сознания, очень слаб.
– Если бы привезли раньше, было бы больше шансов, – печально вздохнула Олла. – А родные у него есть, интересно?
Но спрашивать было не у кого, так как возчик уехал. Что ж, надо приниматься за дело. Олла сказала Регле, что сегодня больше не будет принимать больных. Девушка положила на рану пальцы и стала читать заклинание: надо остановить кровь! Через минуту кровь остановилась. Олла продолжала читать заклинания. Она смочила чистую тряпочку в отваре травы и приложила к ране.
– Теперь все в руках богов! – сказала она. – Она посмотрела на лицо рыцаря. Это был юноша с красивыми благородными чертами лица. Наверное, его родители не знали о печальной участи сына. А то бы занялись лечением у себя в замке, ведь рыцари – знатные дворяне. Через минуту он открыл глаза.
– Я на небесах? – тихо спросил он? – Ведь я вижу ангела!
– Нет, господин, Вы на земле.
– А кто Вы, прекрасная фея?
– Нет, я скромная девушка, которая Вас лечит, – Олла стала вытирать лицо юноши от крови и грязи. – Хорошо, что Вы пришли в себя, а то я уже начинала волноваться, ведь я даже не знаю, кто Вы.
– Рыцарь Минефор, – ответил раненый. – Мой замок не так далеко отсюда. А где мой конь?
– Наверное, на улице, я не знаю. Вас привезли на повозке и оставили здесь. Возница ничего не сказал. Куда нам сообщить о Вашем ранении?
Рыцарь прикрыл глаза, застонал.
– Не волнуйтесь, мы обязательно найдем Ваших родных! Регла, принеси мой мешочек!
Регла побежала и вскоре вернулась с мешочком. Олла вышла в другую комнату, разложила вещи, достала зеркало и стала читать заклинания. Она увидела большой и красивый замок, из которого вышла женщина. Она встретила всадника, который ей что-то сказал, а женщина, всплеснув руками, упала. Наверное, в обморок. Олла подумала, что эта женщина – мать рыцаря. Она продолжила читать заклинания и увидела, где находится замок. Но она не знала эту местность. Надо бы поговорить с Вейларом. Хотя тот человек, который привез раненого, может, вернется? Хотя бы забрать тело для похорон, если думал, что рыцарь умрет. И она решила ждать. А пока этот молодой человек нуждался в лечении и уходе.
Когда он снова открыл глаза, Олла спросила, как он себя чувствует. Минефор ответил, что, кажется, неплохо. Он даже попытался встать, но Олла остановила его:
– Не торопитесь, Минефор, Вам еще надо лежать.
– А как зовут Вас, прекрасная фея, моя спасительница? – юноша посмотрел на Оллу.
– Олла, дочь Иларфена. Мы недавно поселились в этих местах, поэтому мало кого из жителей знаем. Регла, принеси господину поесть.
Регла бросилась со всех ног на кухню и принесла кашу.
– Я знаю, что это не рыцарская еда, мой господин, – сказала Олла, – но сейчас Вам нужна легкая пища.
Девушка стала кормить рыцаря Минефора из ложки, а он ел и не сводил с нее своих глаз. Они были небесно-голубого цвета. Волосы цвета спелой пшеницы немного вились. Олла подумала, что такого красивого парня полюбит любая девушка. Даже Регла немного смущалась, когда что-то делала для него. Но Минефор смотрел только на Оллу. И при перевязке терпел боль, не кричал, хотя видно, что было больно. Олла старалась очень осторожно выполнять все манипуляции, давала пить вина, чтобы немного обезболить. Но Минефор с благодарностью принимал все, что делала лекарка. На седьмой день Минефор попробовал есть сам. Ему подложили подушек, и рыцарь смог держать ложку в руках. Ему очень хотелось все делать самостоятельно, чтобы не казаться таким беспомощным в глазах красивой девушки, хотя каждое движение плеча давалось ему тяжело, с болью.
Олла стала принимать уже
