нежданно-негаданно заявится куча гостей? Или сантехник попросит пузырь за работу?
Во-вторых, настойка боярышника имела цвет настоящего, выдержанного коньяка из знаменитых армянских подвалов. В-третьих, она очень полезная и довольно приятна на вкус. Ну, а самое главное, она тогда стоила удивительно мало. Раз в десять меньше, чем самая дешёвая водка.
Фотограф уже как-то пил эту волшебную жидкость. Микстура произвела на него впечатление. Поэтому, Гоша просил только её. Женщина долго отнекивалась, ссылалась на большой дефицит данной продукции и на проверки вышестоящих инстанций.
Однако, Гоша всегда отличался редкой настырностью. Мужчина пристал к милой даме, как банный лист, и смог-таки её уломать. В конце концов, она согласилась и твёрдо сказала: – Хорошо, давай сюда деньги. Погуляй до шести часов вечера, а перед самым закрытием, приходи к заднему входу.
Окрылённый радостной вестью, фотограф расплатился с молодой управляющей. Он выскочил из помещенья аптеки и умчался по важным делам. Целый день Гоша был, как на иголках.
Вечером, он прибежал к нужному сроку, и постучал условленным стуком в железную дверь. Створка чуть приоткрылась. В щель просунулась, чья-то большая рука. Взяла его за грудки и утянула в сумрачный тамбур.
Он оказался в небольшом закутке и ощутил, что ему в руки дают какой-то тяжёлый предмет. Гоша сунул упаковку в портфель и, не поняв, как это случилось, в этот же миг оказался на улице. Похоже, что его просто толкнули взашей. За спиной громко лязгнул засов, и всё немедленно стихло.
Счастливый обладатель настойки ничуть не обиделся на такое обращение с ним. Он огляделся по сторонам. Не заметил ничего подозрительного и, как на крыльях, помчался домой.
Гоша не стал беспокоить супругу звонком. Он открыл дверь личным ключом и тихо вошёл в небольшую прихожую. К этому времени уже подоспел свежий ужин. Роза возилась возле плиты и не вышла встречать любимого мужа.
Он быстро разулся и устремился в небольшую кладовку. Чтобы жена не нашла упаковку, мужчина спрятал её в старый ящик. Туда, где хранились ядовитые химикаты для фотопечати. Роза боялась к ним прикасаться. Вскрыв картонную тару, Гоша взял один пузырёк для проведения пробы и сунул в карман.
После чего, переоделся в маленькой спальне и потопал в тесную кухню «хрущёвки». Усевшись за сервированный стол, он пододвинул к себе пустую чайную чашку, изготовленную из коричневой глины. Открутил крышку флакончика и, не глядя на этикетку, вылил в посуду всё содержимое.
Услышав громкое бульканье, жена осуждающе посмотрела на Гошу. Муж весело выдохнул: – Нам на здоровье! – задержал на секунду дыхание, плеснул пятьдесят граммов микстуры в широко распахнутый рот и одним махом всё проглотил.
Только тогда, он осознал, что пил не знаменитую настойку боярышника, а совершенно иного качества жидкость! Как и думал фотограф, она была достаточно крепкой, не менее семидесяти градусов. Спирт сильно обжёг все рецепторы на его языке.
Затем, во рту человека возник целый букет ощущений. Причём, весьма неприятных. К удивлению Гоши вкус у напитка оказался потрясающе едким. Он съёл целую тарелку борща и лишь после этого, послевкусие немного ослабло.
Однако, изо рта у него пахло так отвратительно, что это нельзя описать никакими цензурными фразами. Возмущённая Роза и дочка вскочили из-за стола и убежали из кухни.
Гоша был потрясён неожиданно мощным воздействием странной микстуры: –«Наверное, я выпил какой-нибудь яд сказал». – он себе. Вытаращив глаза от испуга, мужчина взглянул на этикетку флакончика.
С неописуемой болью фотограф узнал, что это за жидкость. Выяснилось, что он принял внутрь не настойку боярышника, как очень надеялся, а экстракт чеснока. Гоша метнулся в кладовую и дрожащими от возбужденья руками открыл большую коробку. Там находилось ёще сто сорок девять маленьких ёмкостей.
Оно и понятно, ведь Гоша отдал за ту упаковку десять рублей. Тогда, это было внушительной суммой. Причём, в те времена, один пузырёк такой жидкости стоил всего семь копеек.
Несмотря на чрезмерную крепость и отчаянную дешевизну, её брали удивительно мало. Даже опустившиеся до дна алкоголики обходили её стороной. Уж очень она сильно воняла.
Сколько Гоша не бился, он так и не смог распрощаться с ужасной микстурой. Не удалось ни вернуть эту настойку в аптеку, ни кому-то продать, ни просто так подарить.
Никто не хотел её брать ни при каких обстоятельствах. Отнести на помойку такое количество спирта, у бедного Гоши не поднималась рука. Пришлось скрепить своё сердце и пить её самому.
Правда, Гоша мог её принимать не чаще, чем один раз в неделю. На большее у него не хватало ни душевных, ни физических сил. Даже лужёный желудок и тот начинал бунтовать.
Вот и считайте, как долго продлилось противоборство несчастного Гоши с судьбой? По скромным подсчётам, на уничтожение чесночной настойки у человека ушло года три, если не больше.
Палёная водка
Роза захлопнула тонкую створку и закрыла замок, который давно уже не мешало сменить. Не обращая вниманья на Гошу, она вернулась к нагретой плите. Достала из баночки полоску корицы, размолола её и стала готовить пирожные на завтрашний день.
Минут десять-пятнадцать всё было тихо. Потом, послышались нетвёрдые шаги в коридоре, и «бывший» вошёл в тесную кухню. Гоша привычно устроился на табурете, стоявшем в углу. Достал из кармана нераспечатанную пол-литра дешёвенькой водки. Сдвинул в сторону миски с мукою и сахаром и поставил «пузырь» на столешницу.
Гоша глянул на стол и, не заметив пустого стакана, тут же поднялся. Мужчина открыл маленький шкафчик, висевший на стенке, и по-хозяйски достал пару рюмок из штампованного в СССР хрусталя.
Он вернулся на прежнее место, где сидел в годы супружеской жизни. С треском свинтил колпачок с тонкого горлышка. Налил две равные порции и спросил у бывшей жены: – Будешь со мной?
– Нет! – сухо отрезала Роза.
– А я выпью с устатку! – сказал тихо мужчина и заискивающе у неё попросил: – Дашь, что-нибудь закусить?
– Алименты ты мне не платишь! Так что, жрать давно уже нечего! – взорвалась усталая женщина. Ещё через миг, она осознала, что не стоит кричать при малых детях, сидящих в комнатушке за стенкой, и с огромным трудом взяла себя в руки.
Роза решила, что если Гоше не дать, что-нибудь, так его развезёт с пары рюмок. Уйти он не сможет и придётся оставить его у себя ночевать. Зачем он здесь нужен? Она указала на заготовки пирожных, с которыми долго возилась и уточнила: – Кроме этого теста.
Потом, неожиданно вспомнила о бутылке воды, которую зачем-то везла с собой из Москвы, но когда вернулась домой, не достала из объёмного кофра: – «Меньше
