Для утвердительного ответа достаточно лишь одного слова – «да». Все прочие слова придуманы, чтобы сказать «нет».
Дон Аминадо
Тренировка торможения отдельных центров мозга, активность которых не приносит нам сейчас ничего, кроме убытков, – это весьма забавная работа. Чем-то она напоминает закрытие мелких бессмысленных предприятий выходящей на рынок крупной компанией. Сейчас мы будем применять в своем мозгу не антимонопольное законодательство, как это дело практикуется в демократических странах, а законодательство монопольное. Устанавливаем гегемонию, причем опять же, как и в случае с ходьбой, абсолютно бессмысленную – гегемонию ради гегемонии.
Итак, в чем же секрет этого упражнения? Для начала представьте себе хорошенько, о чем вы думаете, а главное – как вы думаете, находясь в парадоксальной фазе неврастении. Поскольку порядка к этому времени в голове уже нет никакого, вы напоминаете собаку на сене, у которой еще и семь пятниц на неделе. Князья в своих удельных княжествах тянут друг на друга одеяло и вечно кому-то его не хватает, и вот уже никому нет покоя, одеяло находится в постоянном хаотическом движении.
Вы не можете ни на чем сосредоточиться (доминанта не формируются должным образом), и как только начинаете чем-то заниматься, через несколько минут обнаруживаете, что, не закончив предыдущее дело, вы уже занялись чем-то совершенно другим. Но, несомненно, и это дело скоро постигнет та же участь – возбудится другой центр мозга и снова собьет вас с панталыку. Короче говоря, масса дел – и никакого проку.
Наша задача подавить работу всех этих – лишних и случайных, не являющихся необходимыми – центров мозга, учинив таким образом диктатуру порядка и строжайшей экономии. Как мы будем это делать? Просто запретим себе какую-либо активность, причем не так, как это оговаривалось в одном из обязательных условии лечения неврастении, а в жесткой ультимативной форме, хотя и на строго ограниченный период времени.
Для выполнения этого задания необходимо выделить себе время (не меньше часа) и место (желательно кровать или диван). Далее вы садитесь или ложитесь, и устраивайтесь поудобнее. Последнее уточнение важно необычайно, поскольку в ближайшее время вы будете лишены возможности двигаться, так что примите комфортную позу, чтобы потом не страдать от неудобства.
После того как вы легли, закрывайте глаза и заказывайте секьюрити – то бишь охранника. Не в прямом, разумеется, смысле, а в переносном. Вы должны назначить свое сознание на должность охранника, оно больше ничем другим во время выполнения этой техники заниматься не будет, кроме как только охранять ваш покой.
Ни один человек не смотрит на предостерегающие его знаки и все свое внимание и веру отдает тем, которые ему льстят или его обнадеживают.
Иоганн Вольфганг Гёте
Кстати, вы представляете себе, как выглядит высокооплачиваемый секьюрити? Это такой молчаливый и невозмутимый субъект ростом под два метра, абсолютно лишенный чувства юмора и не знающий ничего, кроме одного-единственного слова. Какого? Вы к нему подходите, что то у него спрашиваете, а он, даже не глядя на вас, отвечает: «До свидания!», и мурашки по коже. Вот такой, в сущности, милый «малый».
Именно на эту должность и фрахтуете сейчас свое сознание. Только произносить свое волшебное слово оно будет не вам и не кому-нибудь, а тем мыслям и желаниям, которые будут возникать у вас в момент выполнения этого задания. Всем им он скажет заветное: «До свидания!»
Итак, вы удобно устроились, закрыли глаза и лежите на своей постели. Тут вам в голову приходит идея, что так лежать неудобно и надо, например, накрыться дополнительным одеялом. Но как только в вас возникает эта идея-желание, как в мозгу раздается громогласное и не терпящее возражений: «До свидания!» И идея-желание, которой, собственно, и адресовалось это прощальное слово, благополучно ретируется.
Через какое-то мгновение возбуждается какой-то иной центр вашего мозга, и вы думаете: «А может быть, кофейку?» И тут же слышится: «До свидания!» Потом вы еще захотите что-нибудь почитать, посмотреть телевизор, позвонить знакомому или знакомой, сделать какое-то важное дело, о котором вы забыли. И всякий раз ваш секьюрити будет повторять то же самое: «До свидания!»
Он будет говорить это и вашим желаниям, и вашим спонтанным порывам, и даже просто вашим мыслям – как только вы попытаетесь о чем-то задуматься, он отвадит вас от этого дела своим замечательным: «До свидания!» Он произнесет свою заветную фразу даже в том случае, когда у вас зачешется нос или возникнет непреодолимое, как кажется, желание повернуться со спины на бок. Потому что это только кажется, что что-то непреодолимо, и если звучит волшебное заклинание – «До свидания!» – преодолимым оказывается все на свете!
Исход у этой процедуры может быть разным. Если утомление действительно велико, скорее всего, вы заснете. Процессы торможения имеют свойство к взаимной индукции, а поскольку сон – это разлитое торможение, то вполне может статься, что оно, спровоцированное нашим охранником, выйдет из берегов и зальет собой весь мозг, усыпив даже нашего бдительного охранника. Впрочем, это – наступивший сон – единственная причина, способная извинить его временный уход с авансцены нашей психики.
Если же вы и не заснете, то эффект все равно будет достигнут. Вы почувствуете его сами, поймете, что он достигнут. Как? По ощущениям. При правильном выполнении этого задания вы в какой-то момент почувствуете необыкновенную собранность, внутреннюю готовность действовать. И это ощущение будет ни чем иным, как сигналом: гегемония в мозгу установлена, порядок наведен, все силы и земли собраны под единоначалием нашего "я".
Проводить эту технику желательно пять-семь дней кряду. Впрочем, уже после второго-третьего раза вы будете чувствовать себя новым человеком. Однако не рекомендую стремиться сразу же употребить весь свой потенциал в каких-либо практических целях. Попытайтесь им просто насладиться, почувствовать себя «при делах», а не «в деле». До дел нам пока еще далеко, ведь так преодолевается только вторая стадия неврастении, а перед нами еще первая – уравнительная.
На заметку
Лечение второй – парадоксальной – фазы неврастении предполагает тренировку «торможения». Точнее сказать, мы должны помочь своему мозгу затормозить те его участки, которые производят бессмысленную и ненужную работу. Сейчас львиную долю своих сил наш мозг просто пускает на ветер, бессильный противостоять слабым раздражителям, которые постоянно и беспринципно выдергивают остатки его и без того малых «финансовых средств». Процедура достаточно проста – мы ложимся, занимаем удобное положение и начинаем отсекать всякие потуги каких бы то ни было раздражителей вовлечь нас в свою игру. Итогом этого упражнения является концентрация сил, приобретение внутренней устойчивости, а также отдых – в виде полноценного и хорошего сна, который часто кульминирует выполнение этой техники.
Задание: «Делаю то, что делаю».
После победы над парадоксальной фазой неврастении нам остается преодолеть единственное препятствие – уравнительную фазу болезни. В ней человек чувствует себя, в целом, «нормально», а поэтому этот этап развития неврастении мы так часто прослеживаем. Впрочем, сейчас вы уже знаете основные его признаки, а поэтому сможете включать свою «тревожную кнопку» настолько рано, насколько это возможно. И чем быстрее мы это сделаем, тем, соответственно, меньше нам придется предпринимать разнообразных усилий по излечению.
Завести лошадь в воду несложно; но если вы сумеете заставить ее плавать на спине, значит, вы действительно чего-то добились.
Лесли Хартли
Специфика уравнительной фазы неврастении в том, что серьезные и мелкие раздражители уже нами не различаются. Мы реагируем на происходящее всегда одинаково, вне зависимости от того, насколько случившееся существенно и по-настоящему важно. Серьезный домашний конфликт, который может привести к охлаждению отношений между близкими людьми, вызывает у человека, находящегося в этой фазе неврастении, точно такую же реакцию, как и простая, не влекущая за собой никаких серьезных последствий накладка на работе. Он или одинаково раздражается в обоих случаях, или одинаково игнорирует и то, и другое.
Проще говоря, испытывая утомление, мы теряем свои приоритеты, не можем вникнуть в существо проблемы. Внешне какая разница, с кем мы разругались – своим близким (другом, супругом, родителем) или же с незнакомцем на улице? Внешне – разницы никакой. Но если этого незнакомца мы, скорее всего, больше никогда в своей жизни не встретим, то с близким человеком нам предстоит и дальше поддерживать отношения. Соответственно, последние для нас важны и значимы, а первые совсем нет. Но человек, находящийся в уравнительной фазе неврастении, не отдает себе в этом отчета и ранит человека, от которого в значительной степени зависит вся его жизнь.
