Однако все это время, правда, подобно тигрице, таилась, готовясь к прыжку. И правда эта была ужасна… Тело Меган было великолепно, но сама она холодна как лед – пока ее не зажгли ласки того мужчины, которого, по иронии судьбы, она ненавидела всем сердцем.
Глаза Меган были сухи. Она уже давно выплакала все свои слезы, а грудь сдавливала растущая день ото дня боль. Память о Томми и стремление вновь обрести его помогли ей выжить. За это Меган была готова заплатить любую цену – поступиться гордостью, честью… Увы, единственный шанс был упущен.
В мыслях она никогда не расставалась с Томми, он был с нею и в эту минуту. Меган закрыла глаза, погружаясь в мечты о любимом сынишке: они обязательно встретятся снова… он, наверное, уже вырос… и сколько им нужно рассказать друг другу. Но это мечты… А ей был нужен он сам, его улыбка, его ручонки вокруг ее шеи! Жестокие люди оторвали от нее дитя, ей было бесконечно больно, но этой ночью боль стала невыносимой. Никогда еще Томми не казался Меган таким далеким…
Меган вдруг открыла глаза. Уж не спятила ли я?.. – подумала она, готовая поклясться, что слышала зов Томми. Меган села и, притаившись в темноте, вновь уловила далекий-далекий голос сына. Без промедления отбросив одеяло и не накинув даже халата, она выбежала из комнаты.
– Мама… мамочка, где ты? – раздавался испуганный детский голосок. Раньше Томми так звал ее, когда видел страшные сны!
– Иду! – откликнулась Меган. – Не бойся, мамочка уже близко.
Спотыкаясь, она бежала по коридору и заглядывала в каждую комнату, пока, наконец, не наткнулась на одну, в которой, без сомнения, жил мальчишка: стены комнаты были увешаны фотографиями знаменитых футболистов, кровать застлана пестрым покрывалом с изображением гоночных машин, а у подушек пристроился маленький плюшевый медвежонок. В одно мгновенье жизнь стала прекрасной! И Меган, переполненная радостью встречи после долгой разлуки, раскрыла сыну объятья.
– Я пришла, – успокоила она Томми. – Ах, дорогой мой, я так истосковалась по тебе!
Посреди ночи Дэниэл неожиданно проснулся и сел на постели, уверенный – что-то неладно! Тут же поднявшись и набросив на голое тело халат, он выскочил в коридор… и застыл на месте. Дверь в комнату сына была приоткрыта, и оттуда доносилось тихое воркование. Дэниэл бесшумно пошел на голос, потом сбавил шаг и стал двигаться с большей осторожностью. Голос принадлежал Меган, и то, что она ласково бормотала, болью отозвалось в его сердце.
– Неужто ты думал, малыш, что я бросила тебя? Конечно, я была далеко, но ни на секундочку не забывала о тебе. Я знала, что наступит день и мы опять будем вместе… Сынок, как я скучала… ничто больше не разлучит нас!
Дэниэл бесшумно проник в комнату. Меган прикорнула на краешке кровати; она нежно улыбалась и беседовала с кем-то, видимым ей одной. Сперва Дэниэл решил, что она не в себе, потом – что это очередной блеф, но, приблизившись, понял – обманом здесь и не пахнет. Ему уже приходилось видеть прогулки во сне, и в поведении Меган он распознал признаки лунатизма: она разговаривала с пустым местом, и, хоть глаза ее были широко открыты, не замечала присутствия Дэниэла, который задержал дыхание, опасаясь разбудить ее резким движением и напугать. Стоя столбом, он не знал, что предпринять, а Меган тем временем опять обратилась к сыну. Дэниэл молча слушал, но внимал не словам, а сквозящему в ее голосе мучительному одиночеству, и оно как нельзя яснее говорило о том, что ей пришлось пережить за последние три года, сколько выстрадать, какая щемящая тоска по сыну разъедает ее сердце, затмевая все прочие чувства. Как ему было это знакомо! Сейчас Меган кажется, что долгожданная встреча настала, но потом пелена спадет с ее глаз, и Дэниэл страшился неминуемо грядущего прозрения.
– Меган, – негромко позвал он и, наклонившись, легонько коснулся ее плеча. – Пора идти. Пусть мальчик уснет.
Она ответила, не поднимая головы:
– Но кошмары мешают моему малышу уснуть. Ему страшно, и он позвал свою мамочку… Мне часто чудился его голос… но до сих пор это оказывалось сном… – Меган улыбнулась такой радостной улыбкой, что у Дэниэла перехватило дыхание. – Наконец-то мы вместе… я хочу побыть с ним… еще немножко…
Дэниэл не знал, что решить. Пока жестокая реальность не обрушилась на нее, нужно уложить ее в постель, но как? Желая выиграть время, Дэниэл присел рядом с Меган и осторожно обнял ее.
– Мальчику нужен сон, – твердо произнес он. – Он ведь совсем маленький.
Она в задумчивости проговорила:
– Мальчику нужна его мать. За время разлуки он мог забыть меня.
– Поверь, он не забыл. Томми любит тебя.
– Правда? – просияла Меган. – Правда, любит? Даже спустя три года? После того, как все так долго настраивали его против меня?
– Разве это имеет значение?
– Конечно, нет. Главное, мы с Томми снова вместе… правда, дорогой? – обратилась она к Томми. – Нам о многом нужно поговорить, столько дел переделать… чтобы все было как раньше. А помнишь, Томми, наши походы на выставки, как мы веселились вдвоем? Как мы катались на аттракционах в парке, а ты держал меня за руку, чтобы твоя мамочка-трусиха не боялась? Обещаю, Томми, скоро-скоро я отведу тебя в самый замечательный, самый веселый парк на свете, совсем как раньше…
У него в горле встал ком. Боль полоснула сердце Дэниэла, и на какое-то мгновение глаза застлала мутная пелена. А потом случилось самое страшное – на улице взревел мотоцикл и пронесся по дороге с шумом, способным разбудить даже мертвеца. Меган вздрогнула и, обернувшись, уставилась на Дэниэла безумным взглядом.
– Все хорошо, – поспешно проговорил он. – Я с тобой.
Раньше он ни за что бы не поверил, что подобная фраза поможет успокоить Меган. Слова вырвались у него совершенно непроизвольно, и шестое чувство не подвело Дэниэла: с лица Меган сошло напряженное выражение и она не противилась, когда он взял ее за руку.
– Где я? – Меган недоумевающе моргала. – И как я здесь очутилась?
– Это комната моего сына. Вы пришли сюда во сне, – сказал он мягко. – Пойдемте. Вам лучше лечь, не то снова подхватите простуду.
Но когда он попробовал помочь ей встать, Меган не шевельнулась.
– Томми… – в отчаянии пробормотала она. – Он был здесь…
– Вам приснилось, Меган. Вы видели сон.
– Значит, на самом деле его тут не было?.. – прошептала она. – Значит, я не обрела его вновь? – Она обхватила себя за плечи, низко опустила голову и зашаталась из стороны в сторону в знак безмолвной скорби.
Дэниэл опять испытал невыносимую боль. Боже, если бы он мог хоть чем-то помочь Меган, хоть как-то облегчить ее горе…
– Идемте, – робко проговорил он. – Я уложу вас спать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
