- Легко, не легко, но пустил.
- Правильно! Чего мучиться? Ты бы в глаза заглянул этому гиганту. Печаль и мука...
- Вот она, настоящая печаль и мука, - Константин кивнул на кособоко замерший вертолет.
- Ты же сказал, двигатель в порядке?
- Двигатель - да, а вот винт... Странно, что он вообще не разлетелся. Удар сдюжил, но погнулся крепко. Ты когда-нибудь летал с кривым винтом?
- Считаешь, что навернемся?
- Кто его знает...
- А кроме винта, что еще?
- Шасси, разумеется, малость того. Ну, и фюзеляж поцарапало. Впрочем, это уже твое хозяйство. Поинтересуйся инфравизорами. По-моему, им крышка.
- Ничего, переживем, - прихрамывая, Сергей обошел вертолет кругом. Главное, в живых остались. Хорошо, что высота была небольшой.
- Дело не в высоте, а в нас самих.
Закончив осмотр, Сергей втянул носом воздух.
- А почему горючим пахнет?
- Потому что оно пахучее.
- Я серьезно!
Константин отбросил ветошь в сторону, неопределенно махнул рукой.
- Левый бак дал трещину. Так что половина топлива сейчас в земле. Только что перед тобой вон оттуда выполз громадный червь и дал деру.
- И что теперь?
- Ничего. Придется снова лететь на базу. Лететь, разумеется, ночью. Там снова подзаправимся - и в город.
- Парни будут волноваться.
- Ничего не поделаешь. Не мы это все устроили...
- Оп-ля! - Сергей вскинул автомат, не целясь, выпустил очередь. Серая, в крапинках птаха, размерами с добрую лошадь, трепеща крыльями, вильнула к ближайшему дереву.
- Кажется, нам лучше не маячить у них на виду. Как говорится, не искушай...
- Вот, заразы! - Сергей внимательно изучал небо и ближайшие окрестности. - У меня патронов всего ничего.
- Вот и полезли в машину.
Выждав около часа, Чибрин вновь вышел под открытое небо и пустил четвертую ракету. Уныло проследил за полетом красной звездочки. Если кто из прохожих и видел фейерверк, наверняка решил, что некто балуется, кидая во тьму окурки. Не слишком заметный ориентир. Особенно над городом, залитым огнем электрического освещения.
Когда он вернулся в собранное из жестяного хлама убежище, Матвей истерично хохотал. Южин сидел бледный, возле ног его валялось нечто полураздавленное, отдаленно напоминающее комара.
- Представляешь! - Матвей обернулся к капитану. - Ваня рассказывает мне что-то про авестийское учение, а сзади к нему подлетает вот такущий комар. Подлетает, значит, и садится на спину. Я гляжу и думаю, просадит он Ваню насквозь или нет. Затем любопытство отступает в сторону и побеждает, так сказать, чувство товарищества. Говорю ему: "Замри!" и захожу с тыла...
- Как я его не почувствовал, понять не могу! - Южин неловко улыбнулся.
- В общем, комара вы убили и развеселились, - Чибрину надоел этот спектакль. Хохот Матвея царапал сердце.
- Да нет же! Это, конечно, надо было видеть! Рассказ - тьфу!.. Комар-то - ловкач оказался. Я его только за ногу и поймал. А Ванька так перетрухал, что начал его душить. Словом, совместными усилиями после долгой мороки враг был побежден. Хотя, повторяю, это надо было видеть.
- Может быть, еще увижу, - Чибрин безучастно опустился на импровизированное ложе. - Следующим дежуришь ты.
- Что? Прямо сейчас?
- А ты как думал! И захвати с собой ракетницу. В случае чего начинай подавать сигналы.
- Как-нибудь догадаюсь, - Матвей с ворчанием стал собираться. - И какого черта?.. Чердаки перекрутили проволокой, ни одна тварь сюда не пролезет - и те же самые идиотские наряды...
- Разговорчики! - пробурчал Чибрин. Ругаться не хотелось. Думалось о пропавшем вертолете, о тех, что пропали еще раньше. В том камышовом лесу...
Ухватив убиенного комара за лапу, Матвей поволочил его к выходу.
- Нащипать вам лучины?
Капитан на глаз оценил запасы.
- До утра хватит. А в одиночку этим заниматься не стоит.
- Как скажете.
- И смотри мне! Не спать, ясно?!
- Ага, как же...
- Матвей! - гаркнул капитан. Был бы рядом стол, обязательно двинул бы по нему кулаком. - Тебе мало одного раза? Отвечай: мало?
- Ладно, капитан, будь спок. Что я - совсем, что ли? - Матвей тут же и схохмил: - И подрос, и поумнел...
- Ладно, иди.
Жестяной ржавью загородив вход в логово, капитан зажег очередную лучину, хмуро скомандовал Южину:
- Спать, Ваня. Будем меняться каждые три часа.
- Надо бы снова измериться, товарищ капитан. Мне этот диван, похоже, уже мал.
- Ничего, до утра перебьемся, - Чибрин лег на расстеленный брезент и тут же заставил себе закрыть глаза. В порядке и жестком расписании виделось какое-то спасение. Возможно, он обманывал себя, но в его возрасте людей уже не переделывают. Так горбатыми и сходят в могилу.
А Южину хотелось поговорить, он ворочался. И лезли в голову сумасбродные идеи. Однако делиться ими было не с кем, нрав капитана он успел уже изучить. Собеседником Чибрин являлся неважным.
Ваня Южин прислушался. За тонкими перегородками хижины шелестела многозвучная ночь. Пели комары, гудели далекие машины. Нужно было уснуть, и именно по этой причине не спалось. Он не сомневался, что у Матвея, притаившегося сейчас снаружи, - проблемы противоположного рода. Ваня Южин зажмурил глаза, рукавом чужого маскхалата прикрыл ухо и часть лица. Спать по-прежнему не хотелось, но по крайней мере стало тихо.
Утро казалось парадно-легким. Сами собой, непрошеные, крутились мысли о воздушных шарах, о нарядных толпах демонстрантов. Странности контрастов. Выгода контрастов.
Вертолет летел замысловато, приобретя норов, к которому следовало еще привыкнуть. Так или иначе, они дотянули до базы. Воровато заправившись, там же решили заночевать. Когда оба уже спали, некто начал скрестись в дверь. Разбуженный Сергей, особенно не разбираясь, стал палить в окно. Некто, поскуливая, вновь убрел во мглу. Константину показалось, что эта была крыса, Сергей настаивал, что гостья походила на летучую мышь. Далее спали по очереди. С первыми лучами солнца взлетели над битумным полем крыши и взяли направление на город.
Птицы их больше не тревожили. С ощущением загадочной приподнятости они летели над улицами, угадывая места, в которых бывали, читая надписи на табличках. Ранний прохожий проводил их изумленным взором и тут же закрутил головой, очевидно, пытаясь угадать, из какой точки управляют радиоигрушкой.
Проблем с ориентацией не возникло. Солнце указывало путь, и уже через какой-нибудь час они садились на крышу знакомого дома.
- Все точно! Вон он и наш жестяной барак, - оператор встревожено покосился на Константина. - А где встречающие?
- Спят, - Константин постарался пристроить вертолет таким образом, чтобы свести угол наклона к минимуму, и все же машину основательно перекособочило. Травма шасси давала о себе знать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
