Читаем без скачивания Жить и умереть в Париже - Надя Лоули

Она взяла просторный одноместный номер, поднялась на пятый этаж, разложила свой нехитрый багаж, потом, приняв ванну, заказала горячий чай, легла на кровать, включила телевизор и немного успокоилась. Посередине какого-то фильма Ольга почувствовала, что глаза у нее слипаются. Она щелкнула пультом, погасила ночник у кровати и через секунду, измученная, обессиленная, уже спала тяжелым, с какими-то неясными, тревожными видениями сном.

Ей снился Влад. Вот они бегут по мокрому песку навстречу морской волне. Огромная живая стена сбивает их с ног, накрывает с головой и затягивает в пучину, все дальше и дальше от берега. Они пытаются выплыть, но волна снова накрывает их. Уже теряя силы, Ольга чувствует, что море выбрасывает ее на берег, а Влад остается там, в водяном смерче, и протягивает к ней руки.

В холодном поту Ольга проснулась, включила свет, села в кресло и закурила. Она поняла, что больше не заснет и надо что-то делать, иначе можно сойти с ума. Было около пяти часов утра.

Через четыре с половиной часа пути Марина, Аркадий и Алик вышли на широкую, пустынную в этот ранний час привокзальную площадь Страсбурга. После путешествия в сидячем вагоне все трое чувствовали себя усталыми и разбитыми. Прямо перед собой они увидели неоновую вывеску гостиницы «Холидей Инн» и не раздумывая направились к ней. Они сняли номер с двумя спальнями и общим холлом, решив сначала хорошенько выспаться, а уж потом во всех деталях обсудить дальнейший план действий.

Их волновало молчание бывшего мужа «комсомолки». Непонятно было, прослушал ли он сообщение, оставленное Мариной на автоответчике. Теперь телефон снова не отвечал. Здесь, как и в Париже, они решили применить тактику выжидания и выслеживания. Сегодня днем они возьмут напрокат машину, поедут по адресу Жан-Марка и начнут слежку. Каждые три-четыре часа они будут сменять друг друга: не имеет смысла сидеть в машине всей компанией, к тому же это может привлечь внимание прохожих и жильцов дома.

Аркадий, как руководитель операции, дал задание Марине взять в агентстве по прокату машин что-нибудь не слишком приметное, желательно с затемненными стеклами. Алик должен был закупить провизию на сутки (воду, фрукты, бутерброды), они не станут отвлекаться ни на минуту. Больше нельзя допускать ошибок.

Через час «фольксваген» старой модели неприметного серого цвета уже стоял неподалеку от дома Жан-Марка. Они решили ждать двое суток.

На другой день Жан-Марк почувствовал себя гораздо лучше. Температура спала, ему захотелось вернуться к себе, в привычную обстановку, к своим книгам, дискам с любимыми записями, к своей любимой чашке и своим любимым домашним тапочкам. Наверное, в глубине души он все же был неисправимый холостяк. Утром, после завтрака, который Аньес заставила его съесть в постели, Жан-Марк, воспользовавшись тем, что Аньес ушла в театр, не спеша собрался, укутал горло и, оставив на столе нежную записку, в которой благодарил за заботу и просил простить его, старого дурака, покинул маленькую уютную квартирку.

Расплатившись с таксистом, Жан-Марк зашел в небольшой супермаркет на первом этаже соседнего дома, купил молоко, мед, бананы и упаковку йогуртов. Вряд ли он сможет проглотить что-то еще: горло по-прежнему болело, и он боялся раздражать его грубой пищей.

Поднявшись к себе в квартиру, Жан-Марк включил автоответчик, и первое, что услышал, было сообщение от Ольги. Она говорила, что едет в Страсбург и нуждается в его помощи. То ли от волнения, то ли от того, что температура опять подскочила, Жан-Марк почувствовал сильный озноб. Он налил в ванну горячей воды и решил прогреться. В это время зазвонил телефон. Он поднял трубку. Это была Ольга.

Остаток ночи Ольга просидела с ногами в кресле, выкуривая сигарету за сигаретой. Спать она больше не могла. Мысли приходили одна отчаяннее другой. Интуиция подсказывала Ольге, что преследователи идут за ней следом, что они не отступят, слишком большие деньги поставлены на кон. Также она прекрасно понимала, что, получив деньги, эти люди не оставят ее в живых. В планы Игоря (а Ольга не сомневалась, что за всем стоит именно он) это явно не входит.

Она очнулась, когда уже окончательно рассвело и встало солнце. Ольга заставила себя принять душ. Завтракать она не могла, кусок не лез в горло. Ни на что уже не надеясь, набрала номер Жан-Марка. И вдруг в трубке раздался его голос.

От неожиданности и радости у нее перехватило дыхание. Господи, какое, оказывается, счастье услышать в трудную минуту близкого человека! Боясь выдать голосом волнение и напугать Жан-Марка, она сначала спросила, как его дела. Хрипя и прокашливаясь, Жан-Марк сказал, что только что прослушал ее сообщение, что болен, отключал телефон, какое-то время его не было дома. Но самое главное, что несколько дней назад на автоответчике оставила сообщение какая-то женщина, судя по едва уловимому акценту, ее бывшая соотечественница. Речь шла, кажется, о каких-то важных документах.

Несколько секунд Ольга в полном замешательстве молчала. Они вышли на Жан-Марка. Не исключено, что они уже в Страсбурге. Что же теперь делать?

Ольга очнулась, услышав, как Жан-Марк настойчиво повторяет ее имя. Она попросила его не волноваться за нее и ни с кем не вступать в разговоры о ней. А так, сказала, в общем, все в порядке, за нее не надо беспокоиться. Услышав тревогу в голосе Жан-Марка, она повторила, что тревожиться не о чем, что она всегда с теплом и благодарностью вспоминает его, просит, чтобы он скорее выздоравливал, и, сделав вид, что не расслышала вопрос о ее местонахождении, быстро повесила трубку.

Аркадий сидел в машине и слушал музыку по радио. Позиция для наблюдения была выбрана отличная. Он видел и единственный подъезд, и торец с пожарной лестницей и черным ходом. Консьержки в доме, на их счастье, не было, а проблем с входными кодами для Аркадия не существовало.

На приборном щитке лежала фотография, на которой были засняты Жан-Марк и Ольга. Оставалось надеяться, что за прошедшие годы бывший муж Ольги не слишком изменился.

У этого лысеющего увальня был вид простачка. А может, это у него от избытка чувств губы вытянулись в такую благодушно-глупую улыбку?

Все входящие и выходящие из подъезда были хорошо видны Аркадию. Три часа назад он сменил Алика и теперь настроился на долгое ожидание. Положив ноги на соседнее сиденье, он достал бутерброды, воду и, перекусывая, еще раз прокручивал в мозгу возможные варианты развития событий. И тут он обратил внимание на плотного мужчину, который с пакетом провизии вышел из супермаркета и теперь перебегал дорогу напротив дома. Ошибиться было невозможно: господин в сером плаще, с обмотанным вокруг горла шарфом был не кто иной, как бывший муж Ольги.

Аркадий тут же вызвал по мобильному Алика. Нечего со своей кралей матрас проминать в гостинице. На работе все-таки. Поджидая компаньона, он позвонил Игорю, рассказал о новостях и попросил дальнейших указаний. Голос шефа не предвещал ничего хорошего. Игорь мрачно поинтересовался, как это они, джеймсы бонды хреновы, умудрились упустить Ольгу в Париже. Сбивчивых оправданий Аркадия он слушать не стал, велел сутки-двое следить за домом: вдруг появится Ольга или же Жан-Марк решит где-то встретиться с ней. Если за два дня ничего не произойдет, надо будет выходить напрямую на бывшего мужа «комсомолки».

Аркадию ситуация нравилась все меньше и меньше. Он уже понял, что если им и удастся получить деньги, то ценой очень больших усилий, да и то если подфартит: противница оказалась уж больно смекалистой и везучей, да и вела себя иногда как настоящая профессионалка, чем совершенно сбивала их с толку. И потом, это сообщение, оставленное Мариной на автоответчике Жан-Марка… Вдруг он уже сообщил Ольге, что ею интересуются, и та, минуя Страсбург, рванула куда-нибудь подальше, в глубинку. И все же он решил не форсировать ситуацию, не брать ответственности на себя, а, следуя указанию шефа, ждать.

Возможность получить с «комсомолки» деньги казалась ему все более и более сомнительной. А возможность наказать ее? Для этого надо было сначала найти ловкачку. Возвращаться домой без результата — это значит потерять работу, что в его возрасте совсем нежелательно. Да и какую нормальную работу сможет найти он, бывший «афганец», специалист по «особым поручениям»?

В конце улицы появились Алик и Марина. Влюбленную пару, казалось, ничего, кроме их самих, не интересовало. Аркадий чуть не задохнулся от злости: вот повезло с напарничком — от первой попавшейся юбки голову совсем потерял. Опустив боковое стекло, Аркадий дождался, когда парочка приблизится. Кивком он велел Алику садиться в машину, а Марину отпустил, посоветовав ей прогуляться по магазинам, а потом ждать их в гостинице.

Ольга взяла направление на юг и вела машину по автостраде, не понимая, куда едет и к кому. Страх гнал ее вперед, как тогда, в Париже, ночью после банкета. Все это было похоже на мистику, на кошмарный сон. Она одна, совершенно одна в этом мире. Ей вдруг показалось, что преследователи предугадывают все ее шаги, что сопротивление бесполезно, что рано или поздно ее вычислят и найдут. Только чудом она может спастись.