Читаем без скачивания Анжелика. Путь в Версаль - Голон Анн

В тот же момент она различила шум шагов. Кровь застыла у нее в жилах. После Сорбонны… это мог быть только Дегре.

Анжелика рывком выпрямилась.

– Не выдавай меня, – умоляющим голосом обратилась она к собаке. – Только не выдавай…

Анжелика едва успела спрятаться в уголке какого-то крыльца. Сердце готово было выскочить из груди. На мгновение ей в голову пришла безумная мысль, что это не Дегре. Ведь он уехал из города. Он не мог вернуться. Он принадлежал мертвому прошлому…

Шаги слышались совсем близко. Вот они остановились…

– Как же так, Сорбонна? Что с тобой? Ты не схватила ту нищенку? – раздался голос Дегре.

Сердце болезненно билось у Анжелики в груди.

Такой знакомый голос – голос адвоката! «А теперь, господа, настало время услышать величественный голос – голос, который над человеческой подлостью и мерзостью…»

Ночь стояла глубокая и черная, как пропасть. Ничего не было видно, однако в двух шагах от Анжелики находился Дегре. Она могла бы прикоснуться к нему. Она ощущала его движения, догадывалась, что он озадачен.

– Проклятая Маркиза Ангелов! – воскликнул он. – Кто знал, что она заставит нас так долго преследовать ее. Ну же, нюхай, Сорбонна, нюхай. Нищенка хорошо придумала оставить в карете свою косынку. Теперь она от нас не уйдет. Пошли, вернемся к Нельским воротам. След ведет туда, я уверен.

Дегре свистнул, чтобы подозвать собаку, и они ушли.

Пот стекал по вискам Анжелики. Ноги подкашивались. Наконец она решилась сделать несколько шагов из своего убежища. Если Дегре рыщет вокруг Нельских ворот, туда лучше не возвращаться.

Она попробует добраться до лачуги Жанена и попроситься к нему на ночлег.

Во рту у нее пересохло. Анжелика услышала журчание фонтана. Небольшая площадь была слабо освещена факелом, прикрепленным возле лавки галантерейщика.

Подойдя к фонтану, Анжелика подставила испачканное лицо под струи прохладной воды и вздохнула с облегчением.

Когда она выпрямлялась, чья-то твердая рука схватила ее, а грубая ладонь заткнула ей рот.

– А вот и ты, красавица, – произнес Дегре. – Думаешь, от меня так просто отделаться?

Анжелика попыталась вырваться. Но он так крепко держал ее, что она не могла шевельнуться, не вскрикнув от боли.

– Ну уж нет, цыпленочек, от меня не уйдешь! – с хмурой улыбкой проговорил Дегре.

Лишенная возможности двигаться, Анжелика вдыхала знакомые запахи изношенной одежды, кожаного ремня, чернил, пергамента и табака. Это был адвокат Дегре со своим сумрачным лицом. Она почти теряла сознание от одной-единственной мысли: «Только бы он меня не узнал… Я бы умерла со стыда… Хоть бы мне удалось сбежать, прежде чем он меня узнает!»

По-прежнему удерживая ее одной рукой, Дегре поднес к губам свисток и трижды резко свистнул.

Через несколько минут пять или шесть солдат появились из прилегающих улочек. Слышался звон их шпор и шпаг. Это были стражники.

– Думаю, пташка поймана, – бросил Дегре.

– Ну что же, славная ночка. Мы вон там взяли двух грабителей. Если вдобавок мы возьмем Маркизу Ангелов, можно будет признать, сударь, что вы удачно нас привели. Видать, эти места хорошо вам знакомы…

– Это собака нас привела. С косынкой нищенки она должна была привести нас прямо к ней. Только вот… кое-чего я не понял. Девка чуть не сбежала от меня… Вы ее знаете, эту Маркизу Ангелов?

– Это шлюха Каламбредена. Больше мы ничего не знаем. Единственный, кто мог ее видеть, мертв. Это стражник Мартен, которого укокошили в кабаке. Но нам достаточно привести девчонку. Если это она, госпожа де Бренвилье ее узнает. Когда на ее карету напали, было еще светло и она прекрасно видела сообщницу грабителей.

– Однако какая дерзость! – проворчал один из стражников. – Эти бандиты уже ничего не боятся! Напасть на карету собственной дочери начальника гражданской полиции, да еще средь бела дня, в центре Парижа!

– Они за это заплатят, поверь мне.

Анжелика слушала реплики, которыми обменивались вокруг нее. Она старалась не шевелиться, надеясь, что Дегре ослабит свою хватку. Тогда бы она одним прыжком скрылась в благодатной ночи и сбежала. Анжелика была уверена, что Сорбонна не стала бы ее преследовать. А этим неповоротливым людям, закованным в тяжелую форму, ее не схватить.

Однако бывший адвокат не был расположен забывать о своей пленнице. Умелой рукой он ощупывал ее.

– Это еще что? – прорычал он.

И Анжелика почувствовала, как его пальцы скользнули за ее корсаж. Адвокат присвистнул:

– Да это кинжал, честное слово! Не перочинный ножик, прошу мне поверить. Что же, малышка, вид у тебя не слишком кроткий.

Сунув нож Родогона Цыгана в один из своих карманов, он продолжил осмотр.

Анжелика вздрогнула, когда его горячая грубая ладонь коснулась ее груди и остановилась.

– Как же бьется твое сердечко! – усмехнувшись, вполголоса заметил Дегре. – Вот ведь бешеная. Вытащим-ка ее под фонарь, посмотрим, на кого она похожа.

Анжелика резко рванулась, и ей удалось высвободиться. Но десять железных рук немедленно снова схватили ее, и на нее посыпался град ударов.

– Подлая тварь, хочешь заставить нас снова бегать за тобой?

Пленницу подвели к фонарю. Грубо схватив за волосы, Дегре запрокинул ее голову назад.

Анжелика закрыла глаза. Грязь у нее на лице смешалась с кровью, и Дегре не мог ее узнать. Она дрожала так сильно, что стучали зубы.

Секунды, которые она провела вот так, прямо под фонарем, показались ей вечностью.

Разочарованно чертыхнувшись, Дегре отпустил ее:

– Нет, это не она. Это не Маркиза Ангелов.

Стражники тоже выругались.

– Откуда вы знаете, сударь? – осмелился спросить один из них.

– Я ее уже видел. Однажды мне ее показали на Новом мосту. Девушка похожа на нее, но это не она.

– И все же прихватим ее. Она поможет нам кое-что прояснить.

Казалось, Дегре был в замешательстве.

– Впрочем, здесь что-то не так, – задумчиво продолжал он. – Сорбонна никогда не ошибается. Так вот, она не схватила эту девушку. Она спокойно дала ей пройти в нескольких шагах от себя. Нужно быстро обследовать дом. Пойдем к месту ограбления… Доказательство того, что девица неопасна.

И со вздохом заключил:

– Промашка. Счастье еще, что вы взяли двух грабителей. Где они промышляли?

– На улице Пти-Льон, у старого аптекаря, некоего Глазера.

– Вернемся туда, может быть, там нападем на след.

– А с этой что делать?

Дегре колебался:

– Я думаю, лучше отпустить. Теперь, когда я видел ее лицо, я уж его не забуду.

Стражники не стали настаивать, отпустили молодую женщину и, громко звеня шпорами, исчезли во тьме.

Анжелика поспешно выскользнула из светового круга. С облегчением оказавшись в тени, она кралась вдоль стен. Но возле фонтана она различала белое пятно и слышала, как Сорбонна лакает воду. Возле собаки маячила тень Дегре.

Анжелика снова замерла. Она увидела, как Дегре приподнял плащ и бросил что-то в ее сторону.

– Держи, – раздался голос бывшего адвоката, – возвращаю тебе твое перо. Никогда не воровал у девушек. К тому же для барышни, прогуливающейся в столь поздний час, кинжал может оказаться полезен. Ладно, прощай, красавица.

Анжелика молчала, и он добавил:

– Даже не попрощаешься?

Ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы выдохнуть:

– Прощайте.

Анжелика слушала, как стучат по гулким плитам мостовой тяжелые, подкованные гвоздями башмаки полицейского Дегре. А потом принялась бесцельно бродить по Парижу.

Глава V

Заря застала Анжелику на окраине Латинского квартала, недалеко от улицы Бернардинцев. Предрассветное небо окрашивало крыши черных коллежей в розовый цвет. В чердачных окнах вставших засветло студентов виднелись отблески свечей. Анжелике повстречались и другие, которые, зевая, с мутным взором, вываливались из борделя, где сострадательная проститутка несколько часов баюкала этих жалких юнцов. У них были грязные манишки, поношенная одежда из дешевой саржи отдавала чернилами, черные чулки гармошкой спадали на тощие лодыжки.