Так появились первые фоморы. Древние.
Мора щедро одарила их своей силой и ушла, оставив им целый мир. Но в какой-то мере Она была излишне щедра: Её магия пронзила этот мир, наполнила его до краёв, сделала изменчивым и зыбким, поставила на грань между сновидением и реальностью.
Так магия стала в этом мире обыденностью. Так фоморы начали появляться сами по себе: из лунного света, птичьего крика, болотной трясины или плотной тени… Это были Старшие.
А потом в этот мир пришли люди. Они принесли с собой желания, мечты, страхи и суеверия. И здесь, в этом полном магии мире, это всё потаённое, человеческое, начало оживать. Так появились Новые. В их числе были и селенити, пернатые змеи. Эротические сновидения, воплощённые в жизнь, способные очаровывать и принимать обличье самого желанного существа.
Таковы были мои дальние предки.
Первые же из тех, что подобны Олушу, зародились из огня костров и очагов. Им поклонялись Жрицы Пепла. И…
— Что, боишься?
Разумеется, он явился.
Причём не стал утруждать себя церемониями: просто просочился сквозь декоративный камин, не дожидаясь приглашения и не скрывая подлинной зыбкости своей природы. Да и зачем устраивать шоу — перед себе подобной?..
— Что, расскажешь обо мне? — ответила я вопросом на вопрос, сжав руки в кулаки.
Олуш тихо фыркнул и раздулся, занимая собой едва ли не половину комнаты. Его шерсть удлинилась, запутываясь причудливо, бросая на стены пляшущие тени.
А ведь он отнюдь не безобиден. Безобидных фоморов вообще не бывает в природе. Этот же… смогу ли я победить его — даже с учётом улучшенных генов?
— Даже не думай, — из-под меха проступила широченная клыкастая улыбка. — Это мой дом. Мой очаг. Жрица пепла привела меня сюда… а вот ты, пернатая хищница и воровка чужих лиц, тут незваная гостья.
А то я сама этого не понимаю. Но… один фомор не может так просто передать другого иномирным ящерицам; это одна из немногих действительно ценных тайн, которые остались мне после встречи с биологическим отцом.
— Ты выдашь меня драконам? — повторила я. — Невзирая на Болотный Договор?
— Умная, — его оскал стал ещё шире. — Слишком… Но ты пришла в мой дом…
— В драконий дом.
Мы уставились друг на друга. Я позволила истинному облику проглянуть сквозь лицо Дайяны и инстинктивно расправила гребни, чтобы казаться больше.
— Ты не смеешь выдавать фоморьи секреты просто так, — прошипела я. — Не смеешь!
Он наклонился ко мне.
— Слушай сюда, хищница мелкая, — оскалился он. — Зубы не доросли мне указывать! Думаешь, я позволю тебе вредить моим подопечным? И не лучше ли мне прямо сейчас оторвать тебе, нахальной мелочи, голову?
Я сжала руки в кулаки.
Положим, я не настолько беспомощна, как он себе представляет. Далеко не настолько беспомощна. Но… вот что-то мне подсказывает, что местная служба безопасности просто так не пропустит разборки двух фоморов. Но как с ним договориться? Если только…
— Я не могу просто уйти, — сказала я честно, глядя ему в глаза. — Просто не могу. Это будет дорого стоить мне и моим близким. Но есть возможность поступить иначе. Я могу дать клятву, что не причиню вреда никому во Дворце — исключая случаи, подразумевающие самооборону.
Он слегка отодвинулся.
— Значит, поклянёшься именем Моры?
— Да, — ответила я без сомнений. Тут правда была на моей стороне, потому что никаким образом вредить хозяевам Дворца я не собиралась. Я же не сумасшедшая.
— Значит, шпионка?
— Мне не нужны секреты Дворца. В этом тоже могу поклясться.
Олуш немного сдулся, но смотрел теперь ещё подозрительнее.
— Тогда что ты тут делаешь вообще?
— Это не твоё дело, — ответила я сухо. — Достаточно будет моих клятв. Но взамен них ты промолчишь обо мне. Что скажешь?
Он застыл на некоторое время, размышляя.
— Хорошо, — сказал он в итоге. — Хорошо. Но смотри и запомни: я этого мальчишку вырастил. И, вдруг что, набью себе подушку твоими перьями. Поняла?
— Разумеется.
Что же тут непонятного?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В итоге, клятвы мне принести всё же пришлось. Что не являюсь шпионкой, ничего не злоумышляю, не причиню вреда, ничего не украду… Длинный вышел список. Но и от Олуша я получила ответную любезность. Не клятву, лишь обещание, но — от фомора фомору. А значит, он не нарушит его просто так, без очень веской причины.
Когда он всё же ушёл, я упала на кровать и прикрыла глаза. Как же тяжело мне даётся эта роль… Усталость навалилась, как пыльный мешок. Несколько бессонных ночей, бешеная гонка меж двух континентов и внезапные прелести жизни знатных дам не прошли бесследно: я рухнула в сон без сновидений, будто в колодец. И растворилась в нём…
*
Когда я проснулась, в окно уже заглядывал закат. Ветер трепал занавески, первые звёзды расцвели на чернильном небе, а комнату наполняли ароматы вечерних цветов и горных трав. Я улыбнулась, нежась на роскошных простынях, и…
Минуточку. Почему это мне дали проспать весь день? А как же мероприятия? И почему открыто окно?
— С пробуждением, — знакомый голос окутал, как шёлк. — Думал, ты так и проспишь целые сутки. Ничего такого, на самом деле. Но как бы я в таком случае реабилитировался за испорченное первое свидание?
Принц, будто призрак, выступил из тени. Отблески заката заплясали на его ледяных волосах.
Я ощутила неловкость и некоторое опасение. Он что, наблюдал за мной, спящей? Звучит вроде бы романтично — в книге или пьесе. Но на деле кажется несколько… нездравым.
— Вам не кажется, что это всё немного невежливо с вашей стороны? — уточнила я. — Вот так вот вламываться ко мне, когда я сплю?
— Вообще-то я принц, — хмыкнул он. — И в теории могу вломиться к любой девушке. Принцам не отказывают, и всё такое… Древние традиции надо чтить!
— Только конструктивные, как мне кажется, — фыркнула я. — Многим вещам, которые происходили в древности, нет места в прогрессивном мире. Глупо цепляться за нечто из серии “Так делали наши предки”; я всегда закатываю глаза, когда это слышу. Предкам уровень развития не позволял делать иначе. А у вас-то какие проблемы?
Он рассмеялся.
— Слова, достойные будущей Императрицы, — сказал он. — Рад, что ты не разделяешь взгляды подавляющего большинства старых аристократов. Думаю, отец будет доволен. И да, я тоже думаю, что все эти старые глупости вроде “принцам не отказывают” давно пора считать сомнительными и опасными. Гарантирую, что никаких ужасов я не задумал: просто хотел удостовериться, спишь ли ты. Но официальные визиты в нашем случае отпадают. Просто поверь: войди я через дверь, об этом знала бы каждая собака во Дворце. И каждая придворная дама матери. Они засекли бы время, сколько я тут пробыл, и уже спрашивали, как прошла проверка парности. Нам оно надо?
Я нахмурилась. За всей этой канителью я забыла, что принц с какого-то перепугу посчитал нас парой. А ведь это может быть самой настоящей проблемой.
— Ваше высочество, почему бы нам не обсудить…
— Обсуждать? Опять? Пока ты тут спала, я весь день только и делал, что обсуждал всякие глупости. Гостьям нужно было уделить внимание, знаешь? Иначе их родители могли бы посчитать это оскорблением... скука и рутина. Так что давай так. Во-первых, обойдёмся без высочеств — а то мне уже начинает казаться, что у меня размножение личности. Давай на “ты”. И да, моё имя Или. Будем знакомы!
“Моё имя Лисси”, — хотела бы я это сказать. Безумно хотела.
Но при этом отчаянно боялась того, что могло бы последовать за подобным признанием.
— Дайяна. Будем знакомы!
— Вот и хорошо, — он обезоруживающе улыбнулся. — Теперь о разговорах. Что насчёт того, чтобы совместить приятное с полезным? Небольшой пикник на крыше Дворца — и игра в вопрос-ответ. Как тебе сделка? Ты ведь любишь крыши, Дайяна?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В последнем его вопросе мне послышался намёк, но на что именно, я так и не поняла.
— Да, — улыбнулась я.
