разрешили дать созданное мной противоядие. Оно принесло облегчение больному сразу. Стало ясно, что предположения Ланкастера подтвердились, Грант подвергся воздействию сразу двух ядов. Но теперь следователям предстояло искать не одного, а двух отравителей.
— Итана освободят? — впервые за последний час я отошла от койки Гранта и подступила к Ланкастеру.
— Он по-прежнему под подозрением. Но может, ты подскажешь что дельное по поводу своей голбики?
— Она не моя, — проворчал я, взглянув из-за плеча на дверь кабинета целителя, за которой томился в ожидании новостей Итан.
Теперь ему не предъявят обвинение в убийстве. Но как доказать, что он не замешан в отравлении?
— Ну же, Джослин, подумай, если бы ты решила отравить кого-то голбикой, как бы поступила? — Картер внимательно присмотрелся к моему лицу.
— Сложный вопрос для лекаря, — нахмурилась я, вновь бросив взгляд на больного.
Грант дышал ровно, пигментация ушла. Яды не успели нанести большой вред. Природная регенерация поможет ему быстро восстановиться. Хотя нет, вопрос не такой уж и сложный, если Грант попытается подтвердить обвинения против Итана, я сама его придушу.
— Голбику нужно принимать внутрь, она должна попасть в желудок. Пигментация появляется только при окислении. В обычном состоянии она имеет специфичный привкус, но он не противный, её можно принять за специю. И ещё она светится в темноте.
— И это не яд. На голбику не отреагировали бы артефакты, — кивнул он задумчиво. — Следовательно, Шейн должен был получить это вещество с едой. А первый яд как раз вполне распространённый, его бы артефакт обнаружил. Сколько нужно принять?
— Минимум миллилитр, и ещё больше для мгновенной реакции.
— То есть, если предположить, что Итан хотел отравить Гранта, тогда он должен был заранее всадить в него миллилитр яда или вогнать в него целый дротик во время дуэли. Верно?
— Да, ввести внутримышечно или внутривенно, — подтвердила я.
— При диагностике обнаружилось подобное ранение?
— Я не проверяла на физические повреждения.
— А ты проверь, — предложил он, взмахом руки указав на бессознательного Гранта.
Спорить я не стала, прошла к койке, вызвала астральную книгу и запустила самое сильное заклинание диагностики, которое имелось у меня в наличии.
— Дай-ка угадаю, ничего нет? — ухмыльнулся Картер.
— Да, никаких физических повреждений.
Эта дуэль могла закончиться смертельным исходом, но на момент отравления маги не успели нанести друг другу даже царапины.
— Как же его тогда отравили? — озадачилась я.
— Всё просто, — взяв под локоть, Картер потянул меня в сторону двери. — Второй яд не мог попасть через пищу. Ввести его до начала дуэли было возможно. Укол дротика сложно не заметить, да и артефакт опять-таки не пропустил бы. Во время дуэли полигон был закрыт защитным куполом, отравить Шейна мог только Итан. Но повреждений нет. То есть мы косвенно сняли обвинение. Осталось выяснить, как именно в организм Шейна попал яд, тогда мы узнаем, кто неудавшийся убийца.
— Даже я не понимаю, как… Иное агрегатное состояние вещества, — догадалась я. — Его ввели не в качестве жидкости.
— Судя по всему. Кстати, просвети меня, где сегодня ночевал Шейн, где завтракал, где обедал и где ужинал?
— Откуда мне это знать?
— Ты ушла от Итана к Шейну, но не знаешь, где он проводит ночи?
Я задохнулась от злости, оттолкнула руку Картера и чеканным шагом покинула лазарет.
— Да-да, я уже понял, что ваши ночи проходят порознь, — Ланкастер нагнал меня в коридоре и снова взял под локоть.
— Мы выясняем, как Грант отравился или ты и дальше будешь врываться в мою личную жизнь?
— И ты всегда называешь его по фамилии…
— Картер! — возмутилась я.
— И сомневалась, прежде чем ему помочь. Чем Шейн тебя держит, Джослин? — спросил он прямо, пронзительно заглянув в мои глаза.
— Прекрати! — мы оба вздрогнули от моего крика. — Это тебя не касается.
— Если мою подругу шантажируют, почему это меня не касается? — прищурился он.
— Потому что… я об этом прошу. Этого недостаточно?
— Что ему известно, Джослин?
— Ты невыносим, прямо как Итан. Логические цепочки проще, Картер. Мы с Шейном не обручены, а рекрут не может проводить ночи в квартире преподавателя. Поэтому я не знаю, чем он завтракал, обедал и прочее. Логично?
— Не особо, — усмехнулся он. — Но попытка засчитана. Не хочешь в следователи? Хотя подожди-ка, для этого надо научиться врать, — и со смешком щёлкнул меня по носу.
Я вздрогнула, потом рассерженно толкнула его плечом, на что он только рассмеялся.
— Допросить тебя, что ли? Я даже имею право тебя арестовать. Например, за вмешательство в мою сферу безмолвия.
— Я просто боялась и подслушала, — не знаю почему, но вместо ужаса разоблачения испытала облегчение оттого, что о моём маленьком нарушении известно именно ему.
— Ну да, а потом пропал артефакт и следом произошло ограбление библиотеки. Только подслушала…
— Что?! Ограбление?!
Неужели, Мелинда воспользовалась артефактом?
— Знаешь, мне очень хочется тебе верить, Джослин. Закрыть глаза на поддельные документы, на то, что после странного нападения на моего друга ему навязали в жёны тебя, что после твоего подслушивания пропали секретные книги. Стоит ли упоминать, что ты единственный травник в столице, способный отравить меня и Шейна без надежды на спасение? Но понимаешь, чем больше таких совпадений, тем сложнее не поддаваться сомнениям…
Как раз таки понимала, всё перечисленное любого заставило бы сомневаться. Но у меня теперь вопросы вызывало только одно.
— Нападение на Итана? Ты имеешь в виду отравление мглой? При чём тут оно?
— Да, отравление ядом порождения. И только две травницы в стране могли помочь. А требование за помощь одно и очень странное. Фиктивный брак с тобой, — он приостановился, чтобы открыть передо мной входную дверь.
Я так увлеклась разговором, что не заметила, как мы преодолели коридор. Но и сейчас мои мысли занимало иное. Неужели Картер действительно подозревает, что отравление Итана запланировано ради брака со мной? Какой в этом смысл? И тут вспомнилось, что няня находилась в отъезде перед появлением драконов в нашем доме. Раньше бы во мне ни за что не родились подобные подозрения на её счёт. Вот только теперь я знала, кем она была, шептуньей, той, что ловко существовала среди сети интриг. Но подозревать её в отравлении Итана… да и в чём
