в том, что Анджей практически не реагирует на мои атаки, уверенный в щитах своего напарника. Что может заставить его действовать? Такого эгоцентриста сподвигнет на активность только непосредственная угроза жизни и здоровью, но как ее достоверно обозначить?
Хмм… у Радзвилла слабый щит в верхней полусфере, оно и понятно местные по навесной траектории работать не умеют. Разве что площадники могут ошарашить «дождем», но в поединке такая неконцентрированная техника будет не слишком эффективной, особенно против постоянно перемещающегося противника, тут следует накрыть большой квадрат, а значит придется применить множество слабых плетений, поэтому у князя такая куцая преграда.
К тому же он растягивает свои бастионы на двоих, вынужденно экономит ману там, где считает безопасным. У меня проблем с пробитием по потолку нет, могу задействовать одиночные «бомбочки», более того «помощник» по секундам зафиксировал траекторию движения двойки, так что есть возможность заранее раскидать плетения по координатам. Несколько раз такая история не сработает, князь Радзвилл перебросит часть щитов наверх после первых атак, но один-два залпа точно должны зайти.
— Вух… вух… вух… — Анджей в своем репертуаре, без передыха молотит в мою сторону, любого другого такая канонада вывела бы из равновесия, но я «вижу» и помню, куда летят боевые конструкты.
— Клац… клац… клац… — «зеркала» легко отражают атаку, да и большую часть теперь просто пропускаю мимо.
— ВУУУХХХ… — первую технику пробиваю по графу Замойскому, но помню, что у него неплохая личная защита, но надо отвлечь внимание.
— ВУУУХХХ… ВУУУХХХ… ВУУУХХХ… — а потом практически слитно отправляю сразу три «бомбы» по князю Радзвиллу.
По идее Анджей должен помочь товарищу и укрепить верхнюю полусферу, благо сил у него хватает, однако поляк неожиданно получил плюху сверху, а следом почувствовал серию новых атак. Проныра влияет на мозг графа и тот полностью уверен в том, что является основной мишенью. К слову, там сильно стараться не пришлось, эгоист реально думает только о себе, поэтому в первую очередь кастует зонтик над своей головой, полностью игнорируя безопасность напарника.
— Резко в сторону! — неожиданно для меня следует команда от графа, тем самым он пытается совершить маневр уклонения от якобы площадной техники.
— Ааааа!!! — кричит раненый Лев Радзвилл, однако я попал по нему лишь краем, последняя команда Анджея спутала все карты.
Возвращаюсь на точку старта.
Оборот четвертый.
Я на верном пути, ничего не меняю, в точности повторяю прошлый алгоритм, только в этот раз знаю куда побегут противники после команды графа Замойского.
— ВУУУХХХ… — первая бомба пошла.
— ВУУУХХХ… ВУУУХХХ… ВУУУХХХ… — следом незамедлительно запускаю остальные, но уже по новым координатам.
— Резко в сторону! — орет Анджей и подставляет князя Радзвилла в аккурат под раздачу.
— Ммм… — в этот раз Лев лишь стонет, а потом и вовсе теряет сознание, три плетения прямо в цель — это довольно травматично, так что знаменитые щиты клана Радзвилл мгновенно аннигилируются.
— ВУУХХ… ВУУХХ… — не мешкая, бью по графу Замойскому в упор с двух рук, ставя точку в поединке.
— Прекратить дуэль, окажите помощь пострадавшим, — опытный рефери мгновенно реагирует на изменения на поле боя и тут же выносит вердикт, — Победил граф Соколов!
Выхожу из петли.
— Победа!!!
— Один против пятерых!!!
— Урррааа!!! — трибуны взрываются овациями, это для меня поединки достались большим трудом и перебором вариантов, со стороны все выглядело так, как будто первокурсник танком проехал по пятерым старшим кадетам, думаю, после подобного меня перестанут вызывать на дуэль от слова совсем.
* * *
— Ты это видела? — принц Фредерик Гессен обернулся к своей спутнице.
— Ммм… первые три поединка однозначно были посылом, граф Соколов показал всем тотальное превосходство и намеренно выбрал именно то оружие, во владении котором его оппоненты считались виртуозами, для своего возраста конечно, — девушка словно прилежная ученица начала анализ дуэлей, — Герцога Адольфа Вангерсхайма он деклассировал как мага, барона Георга фон Герца сломал грубой силой, а графа Левенгаупта положил на лопатки при помощи гениального ума.
— Так, — одобрительно кинул парень и спросил, — А что думаешь по поводу последней схватки?
— Полный разгром, фиаско, он как будто казнил своих вассалов, у них не было шанса на сопротивление, — девушка дала эмоциональную оценку, ей трудно было объективно судить о самом бое, уж слишком быстро и непонятно все закончилось.
— Да, они не могли сопротивляться, но фишка в том, что Михаил использовал в бою две довольно сложные техники, их не всякий взрослый маг может повторить, а кадет первого курса просто не должен обладать такими навыками, — принц явно был удивлен.
— Что в них особенного? — живо поинтересовалась спутница.
— Это старая, давно потерянная школа викингов, Михаил поразил князя Радзвилла несколькими стремительными ударами сверху, заметь не площадной техникой, а именно одиночными, мощными плетениями, это признаки плетения «Кровавый Сокол», а следом он почти мгновенно атаковал графа Замойского, что сильно смахивает на «Соколиную Молнию», по одной из легенд секретами такого мастерства обладали несколько родов, когда-то переселившихся из наших фьордов в Россию, — Фредерик любил историю боевой магии и как никто другой знал множество легенд, пользуясь закрытой библиотекой Императорского рода.
— То есть Михаил может быть потомком наших конунгов? — немного заволновавшись задала вопрос девушка.
— Скорее всего либо их слуг, либо какой-то побочной ветви, наши воины в свое время имели в этих местах много жен и рабынь и щедро передавали свои знания даже незаконнорожденным детям, благородные же фамилии ведущие родословную от Конунгов почти полностью пали или были поглощены местными аристократами за неимением потомков мужского рода, мы знаем и помним всех, кто когда-то перебрался в эту страну, — ответил эрудированный Гессен.
— Хмм… интересно чей потомок Михаил, может мы с ним дальние родственники? — улыбнулась собеседница.
— Ну это ты и выяснишь, — ошарашил девушку Фредерик и пояснил, — Отец отзывает меня в Стокгольм, теперь ты будешь представлять нас в Российской Империи.
— А как же Лондон? — подняла брови принцесса Ульрик Элеонора.
— Наши отношения с Винчестерами испорчены, отныне мы не доверяем британцам, поэтому член правящего дома более не может находиться в Лондоне, — ответил принц Гессен.
* * *
Барон Корф традиционно задержался после еженедельного совещани у Императора. Отдельные функционеры оставались, чтобы решить вопросы, не требующие участие всего Малого Совета, глава СИБ, как правило, участвовал параллельно сразу в нескольких важных
