Читаем без скачивания Краткий курс магического права - Анна Орлова

— Вы хотите знать, что это было? — поинтересовалась она, не открывая глаз.

— Да. — Я кивнула, забыв, что она меня не видит.

— В общем-то, все довольно просто, — вздохнув, сказала она. — Банальная зависть. Когда-то Алессандро был очень дружен с этим Старицким, а впоследствии даже женился на его сестре…

— Что?! — не сдержалась я и тут же одумалась: — Ой, извините. Продолжайте.

— Брачные отношения сложились неудачно, — процитировала она текст стандартного заявления о разводе. — И были разорваны. Причина, надо сказать, была названа обтекаемая. Что-то вроде несовпадения характеров. В действительности, полагаю, речь шла о… хм, интимных проблемах. После этого Старицкий затаил обиду на бывшего друга, который к тому же намного талантливее и успешнее в карьере. К сожалению, подобное встречается нередко… Однако его недовольство не заходило дальше мелких пакостей, пока какой-то случай не свел его со студентом, влюбленным в невесту Алессандро. Не спрашивайте, что там у них произошло, я и сама пока не ведаю. Однако не сомневаюсь, что Бамбур это выяснит. И, думаю, постарается взять их на хищении той самой книги. Он толковый следователь, своего не упустит.

— Но откуда вы все это знаете?! — вскричала я, забыв, где нахожусь.

Госпожа Громова открыла глаза и покосилась на меня неодобрительно, потом вдруг усмехнулась:

— Припомните, я ведь заезжала к матери Алессандро. Полагаете, лишь за надлежащими полномочиями?

— Ну… да, — призналась я. — А зачем еще?

— Алевтина, — вздохнула она. — Господин Бышков очень любит свою маму. Очень любит, — повторила она с нажимом. — Настолько, что, как послушный сын, рассказывал маме обо всем. Так что госпожа Лучиана очень многое могла поведать о делах сына.

— Ясно. — Я недоверчиво покачала головой. Надо же, какой… примерный мальчик! Неужели маме и о своих проблемах рассказал?!

— Надо не забыть посоветовать Алессандро те пилюли, — тихо-тихо произнесла куратор, роясь в портфеле. — Дорогие, однако весьма действенные…

«Ничего себе у нее познания в… фармакопее!» — ошеломленно подумала я.

ГЛАВА 4

О ВАМПИРАХ, НЕЗАКОННОМ РАСПИТИИ И ДОБРОВОЛЬНОМ СОГЛАСИИ

«День рожденья — грустный праздник…» — крутилась в голове строчка из старой песенки.

Я отпила глоток чая, ковырнула ложечкой рассыпчатое пирожное… И отставила в сторону.

Ничего не скажешь, отличный день рождения — в полном одиночестве! Дома бы собрались родственники, а вечером я бы отмечала с друзьями…

Мне стукнуло уже, страшно подумать, двадцать! Двадцать! А у меня никакой личной жизни, сплошная работа и учеба.

Нет, конечно, это тоже надо, но… Годы ведь уходят!

Вдруг я теперь так и останусь одна? Даже отпраздновать толком не с кем…

Однокурсники меня в свою компанию не принимали (клеймо попаданки отпугивало их, как черта — святая вода).

Позвать госпожу Громову и Стэна? Глупости!

Я даже улыбнулась, представив, как распиваю бутылочку вина вместе со своей строгой наставницей. Она держится настолько сухо и невозмутимо, так уверена в своих силах, что мне остается лишь завистливо вздыхать и мечтать однажды стать такой же. А приглашать одного Стэна… Еще вообразит, что я зову его на свидание! Позорище…

Глупые мысли, совершенно ненужные, но чем еще оставалось заниматься?

Теперь воспоминания о прошлом казались светлыми и какими-то… нереальными, что ли? Как будто той Алевтины, которая весело отмечала свой девятнадцатый день рождения, больше нет, а вместо нее живет какая-то другая девушка…

Тьфу! Я встряхнулась, прогоняя мысли, от которых чувствовала себя усталой и бесконечно старой, и огляделась по сторонам, пытаясь отвлечься от тяжелых дум.

В кафе-кондитерской было немноголюдно, да и другие расы в этот вечер явно облюбовали какие-то другие места. Зато никто не мешал мне выпить чашечку чая и слопать десяток поразительно вкусных пирожных.

Кондитерская располагалась буквально в двух шагах от офиса госпожи Громовой, но я набрела на нее только месяц назад. Я бедная студентка, так что питаться в кафе мне не по карману. Но иногда так хочется хоть чем-нибудь себя порадовать!

От одной мысли, что пришлось бы коротать вечер в своей комнате, становилось тоскливо…

Я глотнула чая (еще немного, и лопну!) и обвела взглядом кафе. Обстановка радовала взгляд: стены цвета топленого молока; терракотовая плитка на полу; багряные и лимонно-желтые низкие диванчики; расставленные повсюду статуэтки и экзотические растения. Знойные волны пряных запахов — мускатного ореха и кардамона, гвоздики и корицы, жгучего перца и томной ванили — казались почти осязаемыми.

Кроме меня посетителей было трое, а владелец, пожилой орк, курил трубку недалеко от входа в это замечательное заведение. Мы немного поболтали о каких-то пустяках, пока официантка принесла заказ.

Юная парочка устроилась в самом дальнем углу, подальше от посторонних глаз, и самозабвенно ворковала.

Смотреть на то, как парень заботливо кормит девушку пирожными, при этом глядя на нее так, будто сам мечтает оказаться на месте подносимых к ее губам сладостей, было выше моих сил. Я перевела взгляд на последнего посетителя, скучающего за столиком как раз напротив меня.

А посмотреть было на что! Худощавый длинноволосый брюнет, одетый замысловато и эффектно: рубашка с кружевами в стиле незабвенного Питера Блада, черные кожаные штаны, на шее алел шелковый шарф, а в ухе покачивалась длинная серьга. На носу у незнакомца красовались темные очки, которые он не снял, несмотря на царящий в помещении сумрак. В общем, он представлял бы собой мечту любой романтичной половозрелой девицы, если бы не был таким субтильным.

Я продолжала разглядывать незнакомца, пытаясь от нечего делать угадать, кто он такой, когда краем глаза увидела, как распахнулась дверь. В кондитерскую вплыла девушка, одетая вызывающе, даже слишком вызывающе для здешней консервативной моды. Черно-красная юбка открывала ноги изрядно выше колен, а блузка оставляла обнаженными руки, живот и изрядную часть бюста. Да еще и вызывающий макияж: выбеленное лицо, алая помада и обведенные темными тенями глаза.

«Наверное, она тоже попаданка, — решила я. — Местные так не оденутся ни за что!»

Девушка восторженно взвизгнула и повисла на шее у того самого незнакомца. Он фамильярно обнял ее за талию, чмокнул в щеку и… улыбнулся мне, демонстрируя внушительные клыки.

Сердце ушло в пятки. Одно дело — знать, что здесь бывают вампиры, а совсем другое — увидеть их воочию! Брр, это еще хуже, чем инкуб! Хищная тварь, которая отобедает тобой и выбросит, как пакетик от чипсов.

Кажется, та девушка моего мнения не разделяла. Наоборот, глазела на вампира с восторженностью фанатки при виде кинозвезды. Он с явным снисхождением принимал ее восторги.

Наконец, вампир допил свой напиток (интересно, это кровь?) и попросил счет. Расплатившись, он поднялся, небрежно подцепил за локоток девицу и направился к выходу.

— Укуси меня! — услышала я ее страстный шепот, когда они проходили мимо. — Я хочу стать такой же, как ты!

Вампир лишь довольно ухмыльнулся, а я поежилась, проводила взглядом парочку и без всякого аппетита доела пирожное. На душе почему-то стало совсем мерзко. Может, потому что просьба незнакомки отдавала мазохизмом? Брр!

Остаток вечера я нет-нет, но вспоминала вампира и его добровольного донора, а путь домой выбирала только по людным и хорошо освещенным улицам. В переулках мерещились тени, полная луна заливала город расплавленным серебром, где-то тоскливо выла собака…

Так, прекратить себя накручивать! Я встряхнула головой и ускорила шаги…

Ночью мне снились какие-то невнятные кошмары, после которых я проснулась совершенно разбитая. Ничего не скажешь, весело отпраздновала день рождения!

Я отдернула штору в своей комнате и, прищурившись, посмотрела на ясное небо. При ярком солнечном свете совершенно не верилось ни в каких вампиров.

Ладно, хватит думать о глупостях! На работу вперед и с песней!

Следующие два дня я вкалывала, как лошадь. Госпожа Громова задалась целью навести порядок в своей библиотеке и, конечно, поручила это мне. А я, помня о той истории с якобы украденной книгой, ужасно боялась что-то перепутать и постоянно бегала к Стэну за подсказками.

Вот и сейчас я приволокла в приемную толстенный трехтомник.

— Стэн, а это куда ставить?

— М-да, — вздохнул он и, уныло глядя на лист бумаги в печатной машинке перед собой, запустил пятерню в уложенную волосок к волоску блондинистую шевелюру. — Алевтина, вы бы не могли меня не отвлекать хотя бы час? Снова опечатка…

— Извините. — Я прижала к груди свою увесистую ношу. — Но я правда не могу сама разобраться!

— Ладно. — Стэн еще раз вздохнул и встал. — Что у вас там?