— Кому ты говоришь? — поморщился от неприятных воспоминаний Келеэль. — Меня им однажды испепелили. Пришлось новое тело создавать.
— Вернее, занять уже подготовленное и ждущее подходящего случая в тайнике, про который никто не знает. — Протоклис никогда не уставал попенять старому другу на некоторые аспекты жизни, которые верховному жрецу не нравились. В частности, гном не видел ничего зазорного в том, чтобы создать новое вместилище для духа, но вот вырастить точное подобие из собственной крови и хранить в кладовой не согласился бы ни за какие деньги, поскольку почему-то считал такой поступок аморальным. Впрочем, на пятитысячелетнего некроманта такие мелочи принципиально не действовали. — И как, кстати, ощущения?
— В лаве искупайся, сам поймешь, — насупился Келеэль. Он не любил вспоминать про моменты, которые могли оборвать его длительное существование. И тот день был как раз таким. Если бы на редкость талантливый магистр огня, ударивший в спину уже всемирно известному, но еще не легендарному архимагу, к которому пришел улаживать конфликт между могущественным чародеем и собственным сыном, сдуру сделавшим вызов на самоубийственную дуэль, пережил собственное заклинание, то мог бы и с душой покойного, ошарашенной внезапной смертью, разобраться. Но он тоже сгорел в пламени, жар которого превращал песок в стекло даже в сотне шагов от места, где бушевала стихия. Вот только в отличие от своего противника лазейки с того света на такой случай не заготовил. — Да, любопытная вещь — эти вакуумные бомбы.
— Тебе известно использованное плетение? — приподнял бровь верховный жрец бога гномов. — Поделишься?
Поскольку среди бородачей магов было не просто мало, а очень мало, они поголовно избегали прямого боя, как только могли, и слыли лучшими мастерами ловушек в мире. И способ разнообразить свой убийственный арсенал столь эффективным приемом должны были оценить весьма высоко.
— У меня есть схема изготовления этого артефакта, так что никаких проблем, — сказал Келеэль. — Собственно, Михаэль со мной ее и согласовывал, чтобы ошибок не допустить, только я не думал, что это будет так эффективно. А ведь все началось с обычных мельниц… Ты вот знал, что они взрываются?
— То есть как «с мельниц»? — осведомился Протоклис заинтересованно. — Да я про подобное слышал, и не раз. Но там, по-моему, совсем не такие масштабы.
— Принцип один, — пояснил архимаг. — В воздухе рассеяно вещество, например мука, которое при определенных условиях способно лавинообразно детонировать. А если это более легковоспламеняющаяся пакость, да к тому же духами воздуха специально распыляемая и поддерживаемая в заданной концентрации, то эффект, не побоюсь этого слова, грандиозный. Чем больше вещества одновременно вступает в реакцию, тем выше сила взрыва. «Недра вулкана» точно так же, кстати, работают, только там вместо хитрой алхимической взрывчатки, соединенной с активатором, магическая сила самого чародея применяется.
— Вот только требуется ее очень много, — задумался Протоклис. — Столько лишь у магистров наберется, да и то, наверное, не у всех. А создать сколь угодно сложную взрывчатку моим верующим по силам. Ты сделал мне щедрый дар, Келеэль. Чего попросишь взамен?
— Сочтемся, — безразлично пожал плечами архимаг, у которого и так было все возможное, невозможное и даже официально не существующее. — Лучше сумеречным эльфам помоги. Михаэль через князя сразу после того, как с ним познакомился, разместил в гильдии магов заказ на переносные порталы, и чем больше их ему доставят, тем лучше. Все запасы уже подчистую смел… Куда ему столько? Ведь имеет же всего один город, который и крупным-то назвать нельзя, да пустыню, которую охранять бесполезно, ибо украсть ее не только никто не сможет, но даже и пытаться не будет. А у ваших мастеров зачарования, я знаю, всегда запасы всевозможных артефактов имеются. Продай ему их, тем более и цену дают хорошую. Да, и особо ему интересны те врата, что ведут на элементальные планы.
— Оптовым покупателям даже скидку выбью, — пообещал Протоклис. — Но ты потом расскажешь, зачем ему столько.
— Не вопрос, — согласился архимаг. — Тем более самому интересно, но спрашивать некогда. Мне скоро придется всерьез заняться своей душой.
— Опять? — удивился верховный жрец бога гномов. — Ты вроде бы всего триста лет назад очередной раз в спячку впадал. Может, помочь?
— Не надо, — покачал головой древний эльф. — Сам понимаешь, процесс более интимный, чем встреча с женщиной, и более опасный, чем ночь с голодной демоницей. И сколько раз повторять, что это не спячка, а глубокая медитация и восстановление износившихся структур?
— Раз по полгода лежишь бревном и не шевелишься, то по-другому это назвать нельзя, — упрямо стоял на своем Протоклис. — Давай хоть посторожу, что ли, а то ведь беззащитен в это время, как младенец.
— Нет, — снова покачал головой Келеэль. — Извини, друг, но тайну своего убежища не могу доверить даже тебе.
— Ну и дурак, — сделал вывод гном. Впрочем, к нему Протоклис пришел еще тогда, когда в первый раз узнал от эльфа, как тот борется со старением души. Износившееся тело починить для высшего мага было относительно легко, в то время как тонкие материи требовали куда более пристального внимания. Самого-то верховного жреца исцеляли высшие силы, а вот его партнеру приходилось с проблемами справляться самостоятельно. Ну почти. Пленные демоны, все остальное время балансирующие на грани жизни и смерти, не в счет. — Выследят тебя когда-нибудь и зарежут во сне. А душа в следующем перерождении, на которое немедленно отправится, даже и не вспомнит кто.
— Зато у этого способа других недостатков, кроме полной моей беззащитности во время ритуала, нет, — возразил Келеэль. — Да и меры безопасности я принимаю такие, что даже бог в мое убежище не проникнет. Просто потому, что не найдет его.
— Да уж, прятать и прятаться ты мастак, — с некоторым оттенком зависти произнес Протоклис. — Ллос, наверное, своих слуг, которым поручалось найти и поймать беспомощную жертву, устала наказывать. Нет, а все-таки хорошо получилось с набегом. Особенно молодому шаману повезло. В пустыне, как я понял с твоих слов, был переизбыток свободных баб, а теперь с соотношением полов полный порядок. В тюрьме-то в основном мужики сидели. Молодым женщинам всегда найдется более полезное применение, чем показательная казнь, а эльфийки не стареют долго.
— Да и натянутые отношения с лордами-жрецами, если подумать, нам с тобой на руку, — поддержал его Келеэль. — Раньше, чем через тысячу лет после подобных взаимных плюх, сумеречные и восточные ветви перворожденных на высшем уровне ни одного договора не заключат. За меньший срок эти спесивые зазнайки обиду не переварят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
