волосы под водой.
Вынырнув, я не могла открыть глаза — грязная вода текла по лицу. Дыхание перехватило от леденящего холода. Отдышавшись, я опустилась в воду ещё раз с головой — второй раз было уже не так холодно. Кое-как отмыв волосы, я принялась за тело.
Юлиана не стала нырять с головой, волосы у неё были чистые. Она умылась, а потом, черпая воду ладошкой, стала отмывать плечи и грудь. Всякий раз, поливая себя ледяной водой, она громко взвизгивала.
Зачерпнув двумя ладошками побольше воды, я неожиданно плеснула её на спину Юлианы.
— Ай! — вскрикнула она, — ну, я тебе сейчас покажу!
С этими словами, Юлиана тоже стала плескать в меня водой. Она работала двумя руками, поднимая кучу брызг. Я тоже в долгу не осталась. Мы дурачились, визжали и смеялись, прыгая и плескаясь в воде. Теперь уже рыбакам было явно не до рыбалки — они во все глаза таращились на нас, двух голых девчонок, барахтающихся в проруби.
Постепенно холод стал проникать в меня, кожу стало покалывать, как будто тысяча микро иголочек вонзились в тело. Первая сдалась Юлиана — она выскочила на берег, а я, посмотрев на её посиневшую кожу, немедленно последовала за ней.
Она разлеглась на песочке, раскидав руки и ноги в стороны, открыв солнышку все свои прелести.
— Аааа, — с наслаждением, произнесла она, — какой же кайф! Здорово…
Я легла рядом на живот — действительно классно, тёплый песочек приятно грел животик и грудь, а солнце — спинку. Несмотря на лёгкий загар Юлианы, и мою природную смуглость — сейчас наша кожа была синюшней, как у мертвецов.
Я лежала чуть ниже Юлианы и мне не давал покоя её необычный пирсинг.
— Юлиан, а можно я посмотрю?
— Да, конечно, — ответила она, сразу поняв по моему взгляду, что именно я имела ввиду.
Я передвинулась поближе к ней, устроившись между её ног — киска её оказалась прямо передо мной. Никогда раньше, я не видела женские гениталии так близко. Её писечка была гладко выбрита, так гладко, что, казалось, волосы там вообще никогда не росли. Она была такая аккуратненькая, малые губки почти не выступали наружу, а колечко в клиторе, делало её просто красоткой. Я никогда не думала раньше, что можно залюбоваться половым органом, точно так же, как другими, привычными нам, частями тела. Мы же можем оценить красоту, допустим, женской груди, мужских рук, а тут…
— А больно было? — спросила я.
— Да, нет… С анестезией делали. Самое противное, что трахаться нельзя было две недели, чтобы инфекцию не занести. Тесную одежду не могла первое время носить — натирала. Пришлось зимой ходить в юбке и без трусиков, представляешь? Теперь привыкла, даже нравится.
— Ну, и как?
— Клёво! Чувствительность лучше стала. Чуть подёргаешь за колечко и я уже завожусь. Это моя маленькая «игрушечка» — я бывает даже не замечаю, как рука на автомате, сама тянется туда. Чуть задумаешься, а рука уже там — можно потеребить, покрутить. Здорово! Я вот думаю губки ещё проколоть.
Я продолжала лежать между ног у Юлианы и любоваться её киской. Такая она была хорошенькая, что мне непреодолимо захотелось её поцеловать. Приблизившись к ней губами, я нежно поцеловала её в самое начало складочек, в то самое место, через которое было продето колечко. На ощупь, её писечка была ещё холодной от воды и при этом очень нежной. Мне захотелось согреть её.
Я провела языком по её щёлочке, снизу вверх, потом ещё раз… Её вкус был такой необычный: это был коктейль из её собственного вкуса, немного солоноватого и аромата природы — свежего лесного воздуха, солнца и воды… Не контролируя себя, я раскрыла рот и сомкнула зубы, сжав её маленькую, вкусную писечку. Укусила я её не сильно, Юлианка вскрикнула, но мне кажется больше от неожиданности, потому что она не отстранилась от меня, а продолжала лежать с закрытыми глазами и выражением неги на лице.
Её клитор и половые губки слегка набухли. Я продолжала ласкать её, совершая язычком разнообразные движения, стараясь уделять больше внимание клитору, украшенному колечком.
В какой-то момент, я почувствовала, как тело Юлианы напряглось, спинка её выгнулась и через мгновение на неё обрушился оргазм. Я слегка отстранилась — ноги её инстинктивно сжались на несколько секунд и потом опять раскинулись по сторонам.
Снова приблизившись к её щёлочке, я продолжила ласки. Её клитор, после оргазма, приобрёл сверхчувствительность, и на моё лёгкое касание языком, реагировало всё тело Юлианы, сильно при этом вздрагивая. Меня это дико забавляло!
Через некоторое время, отогревшись на солнышке, мы пошли опять купаться. Мне нужно было ещё писю попытаться отмыть, попу и ноги, а Юлианке только попу чуть-чуть и песочек с тела смыть. Ноги и попку я отмыла легко, а вот отмывать мою щёлочку пришла на помощь моя новая подруга.
— Давай помогу, — хитро сказала она, — я её испачкала, я и почищу.
Я села на попу, рядом с берегом где было неглубоко, и раздвинула ножки, а Юлианка пристроилась рядом. Сначала она промыла мои складочки снаружи, а потом стала пытаться ввести во влагалище свои пальчики, пытаясь отмыть изнутри. Но пропихнуть туда всю руку у неё не получалось — то ли моя писечка от холода сжалась, то ли в воде смазка моя смывалась. А как ещё вымыть грязь из влагалища?
Мы снова вернулись на тёплый песочек, погреться. Я сидела на песке, отклонившись назад, и с удовольствием принимала солнечные ласки — не предать словами, как это приятно после ледяной воды. На какое-то время я ушла в себя, наслаждаясь всем букетом переполнявших меня чувств. Вывела меня из этого состояния Юлианка.
— Смотри, что у меня есть! — восхищённо произнесла она. В руках она держала плоский, но большой по площади кусок льда с поверхности озера. Он был чистый и почти прозрачный, как стекло.
— Ого, какой, — ответила я, — а зачем ты его принесла?
— Сейчас узнаешь.
С этими словами, она подняла его над головой и с размаху кинула на плоский камень, лежащий в стороне. Большой кусок льда, раскололся на множество маленьких кусочков.
Юлианка собрала несколько льдинок в горсть, и подойдя ко мне, пристроилась меду моих ног.
Взяв в руку кусочек льда, средних размеров, она стала нежно водить им по моим складочкам, по клитору. Мммм… Невероятные ощущения. Мммм… Почти как зимой, во время моих прогулок, вот только припекающее, словно летом, солнце вносило необычный оттенок в эти ощущения…
Медленно, этот кусочек спустился вниз, лаская внутреннюю часть бёдер и когда он оказался напротив входа во
