Читаем без скачивания Танцовщица для небесного бога (СИ) - Ната Лакомка

Когда она, запыхавшаяся, с растрепавшимися волосами, ворвалась в хижину, где ждали Ревати и Хема, подруги не сразу узнали ее и испуганно вскочили. Они не ложились и не гасили светильника, спрятав его под щербатую глиняную чашку.

— Хвала богам! — воскликнула Хема, увидев чашку с ягодам, которую Анджали гордо показала, сорвав платок.

— Благодарю тебя, благодарю, — забормотала Ревати, опять заливаясь слезами.

— Я же сказала, что все будет хорошо, — покровительственно обняла ее за плечи Анджали. — Ешь сколько хочешь, надо будет — я раздобуду еще.

Они с Хемой сели на пятки и смотрели, как Ревати ест ягоду за ягодой. Ест медленно, словно священнодействует перед алтарем. Она съела десять ягод, а остальное припрятала на завтра. Подруги улеглись спать, сдвинув постели, и тесно прижавшись друг к другу. Анджали лежала посредине, обнимая одной рукой Хему, а другой рукой поглаживая Ревати по плечу. Объевшаяся после голодовки, Ревати уснула сразу же. Потом задремала и Хема, и только Анджали не могла уснуть. Тревога наполнила ее сердце и мешала спокойствию. Было ли причиной этой тревоги несчастье, свалившееся на Ревати, или боль в ноге, или угрызения совести за совершенное воровство, или все вместе отягчило карму — Анджали не могла сказать. Но на душе у нее было тяжело, как никогда раньше. Может, все дело было в наглеце Коилхарне, который за цветочной покорностью прятал змеиную сущность, и в той женщине, что рассказывала печальную историю об апсаре Басми.

Вспомнив о ней, Анджали вознегодовала еще больше, чем на Коилхарну. Почему женщина вынуждена молить о любви, а мужчине стоит только пожелать — и к его услугам любая? Разве это справедливо? Почему одним достается все, а другие вынуждены довольствоваться крохами?

Но в подобные мысли, которые очень походили на бунт против богов, монотонно и назойливо врывался голос наставницы Мекхи: «Апсара должна быть покорна, и счастлива своей покорностью. Даря наслаждение, мы не должны испытывать его сами, потому что женщина, которая испытывает наслаждение от мужчины, становится его рабыней».

«Не хочу быть рабыней, — подумала Анджали, внезапно ожесточившись. — И ни за что ей не стану».

На следующий день после ночной вылазки в сад, занятия проходили в бассейне.

Настоящая апсара, рожденная от воды, должна плавать, как рыба. Плаванье развивает гибкость, которая нужна танцовщице, и снимает напряжение с позвоночника. Но не это главное. Апсара должна уметь играть в воде. Эти уроки так и назывались — игры в воде.

Девушек учили красиво заходить в воду, учили погружаться с макушкой и выныривать, отбрасывая волосы, чтобы сердце мужчины замирало от восторга. Старших учили еще и водным забавам, о которых рассказывали на ушко — шепотом и со смущенными смешками, но Анджали и ее подруги еще не обучались этому тонкому искусству. Им предстояло узнать о них в следующем году.

Обычно Анджали старалась побыстрее выйти из бассейна. Она любила освежающую прохладу волн, но вода представлялась ей не союзницей, а врагом. Ведь именно из-за того, что в жилах апсар текла вода, а не кровь, они были признаны богами нечистыми. Все было бы иначе, родись апсары не от воды, а из глаз Прародителя, или из его волос.

Но сегодня она не спешила выбираться на мраморный берег. В воде боль притуплялась, и можно было двигать ногой почти как раньше. Отговорившись жарой и ленью, девушка устроилась на ступеньках бассейна, погрузившись в воду по грудь, и незаметно массируя бедро.

Почти рядом с ней сидели Джавохири и несколько ее подруг. Не заметив присутствия Анджали, они увлеченно обсуждали недавний урок по водным забавам.

— Тут главное — задержать дыхание и открыть глаза под водой, — объясняла Джавохири, так и излучая горделивое превосходство, а ученицы смотрели ей в рот, ловя каждое слово. — Если станете выдыхать — пойдут пузыри. И ваш возлюбленный решит, что вы… переели похлебки из кислого молока.

Девушки захихикали, закрывая рты ладонями.

— А если побоитесь открыть глаза, то станете искать своего мужчину на ощупь. Это, конечно, может позабавить поначалу, но потом станет знаком вашего неумения.

— Но вода заливается под веки, — пожаловалась одна из учениц.

— А ты не напрягайся, а расслабься, — посоветовала Джавохири. — Не пытайся бороться и не жмурься, а открывай глаза медленно.

— Рот тоже открывать медленно? — пошутил кто-то.

Девушки заливисто рассмеялись, и Анджали почувствовала досаду, потому что не понимала, о чем они болтают.

— Нет, медленно не надо, — ответила Джавохири, отсмеявшись. — И не надо открывать слишком широко — глотнешь воды, закашляешься, пойдут пузыри…

Снова раздались смешки и шутки, смысл которых дошел до Анджали с опозданием, и она покраснела, как вареная креветка, догадавшись, что придется делать апсаре во время водных забав, называемых «поеданием стеблей лотоса».

— Искусство в том, чтобы пробыть под водой как можно дольше, — продолжала просвещать подруг Джавохири. — Я знаю, что дайвики Урваши может не дышать под водой, считая до двухсот.

— До двухсот! — выдохнули с восторгом девушки. — А ты сколько, Джавохири?

— Я? Давайте проверим, — предложила она и скользнула в воду, сразу опустившись на дно.

Сквозь толщу прозрачной воды Анджали видела, как она медленно шевелит руками, удерживаясь внизу. Ее подруги досчитали до сорока, когда Джавохири вынырнула, хватая воздух ртом. Разумеется, вынырнула по всем правилам школы апсар — красиво изогнувшись в поясе, запрокинув голову и проведя по волосам ладонями, чтобы не налипли на лицо.

Тут-то она и заметила Анджали.

— А ты почему тут прохлаждаешься? — спросила Джавохири сердито. — Младшим нельзя слушать наши разговоры. Эти тайны не для тех, кто только вчера появился в Тринаке.

— Тайны? — презрительно скривилась Анджали. — Вот уж и тайны! Только ты считаешь водные забавы тайнами. Да о них знают даже первогодки! Можешь нырять до посинения, все равно долго в воде тебе не высидеть. Пузыри пойдут.

Девушки рассмеялись, но под тяжелым взглядом Джавохири сразу притихли.

— Ты уже пузыришься, как я погляжу, — сказала она. — Посмотрим, как заговоришь, когда начнутся занятия. Главное, не утони на первом же уроке.

— Да я тебя пересижу, — дерзко сказала Анджали.

— О, какая смелость! — сладко сказала Джавохири. — Рискнешь попробовать, недотепа?

— Легко, — Анджали с улыбкой подплыла к сопернице. — Кто первая вынырнет, та и недотепа. Согласна?

Устроить состязание решили тут же. Весть об этом быстро облетела учениц, и собрались не только сторонницы Джавохири, но и сторонницы Анджали. Досчитали до трех, и соперницы опустились на дно.

Удерживаясь под водой, девушки открыли глаза, так и буравя друг друга взглядами. Волосы их взметнулись, как морские водоросли, причудливо колыхаясь вокруг хорошеньких мордашек, сейчас искаженных злобой и старанием.

«Ни за что не всплыву первой», — пообещала себе Анджали.

В глазах потемнело, кровь прилила к голове, а сердце билось так, словно хотело вырваться из груди. Напротив нее Джавохири тоже держалась из последних сил. Анджали видела, как надулись ее щеки, а потом она выдохнула, отправив наверх гирлянду пузырей, и забила руками, поднимаясь.

«Недотепа!» — возликовала Анджали, но тут тело предало ее и заставило сделать вдох. В горло потекла вода, и вместо того, чтобы подняться наверх, Анджали распласталась по дну, мгновенно потеряв сознание.

Хема и Ревати, сидевшие на краю бассейна, первыми поняли, что случилось что-то неладное, когда Джавохири вынырнула, фыркая и отплевываясь, а Анджали продолжала изображать лепесток лотоса на дне.

— Она утонула! — взвизгнула Ревати.

— Анджали! — завопила Хема.

Они обе прыгнули в воду, подплыли к бесчувственному телу подруги и схватили ее за руки.

Бестолково дергая Анджали из стороны в сторону, они никак не могли поднять ее на поверхность. Раздался новый всплеск — это наставница Сундари прыгнула спасать мастерицу водных забав. Накрутив на руку длинные волосы девушки, она в два счета подняла ее над водой и поплыла к краю бассейна короткими сильными гребками.

— Помогите поднять ее! — крикнула она, и закинула Анджали на мраморный край.

— Не дышит… не дышит!.. — загомонили девушки.

Кто-то ударился в слезы, кто-то бестолково заметался, призывая на помощь.

Подтянувшись на руках, наставница Сундари выбралась из воды, уложила Анджали себе на колено, лицом вниз, и начала ритмично давить ей на спину между лопаток. Прошло несколько мгновений, показавшихся вопящим от ужаса Хеме и Ревати вечностью, когда Анджали закашлялась и застонала.

— Пустоголовая девчонка! — с облегчением обругала ее наставница, укладывая на бок. — Я же велела всем выйти из воды!

— Она потеряла цепочку, — указал пальцем кто-то из младших.

На талии Анджали и вправду не было серебряной цепочки.

— Джавохири, — распорядилась наставница Сундари, — нырни, найди цепочку,