резко поставила одну из девушек, схватив ее за плечи и встряхнув.
Я от неожиданности уставилась непонимающим взглядом в ту сторону. Да что она себе позволяла? В момент иглы недовольства проткнули насквозь и если бы кто-то прикоснулся ко мне, клянусь вытащила бы эти иглы и воткнула в глотки, по самые гланды.
— Ровно встали! — скомандовала тетенька, второго и третьего человека встряхнув и поставив в шеренгу. — Ну мне что каждого выстраивать!?
Какой у нее надсадный голос. Ей кто-то испортил настроение с утра пораньше, а она теперь срывалась на нас. Я сжала челюсти. Моя очередь через десять человек. Если дойдет до меня, устрою ей вендетту. Смотрела за ее передвижениями. Кипела от бешенства и ревущего в груди урагана.
Мне жаль этих людей, для себя обнаружила очевидный факт. Заведомо причислила себя к Бастардам и встала на их сторону. Тошнило от напыщенных взглядов Аристократов и их уверенности в своей исключительности.
Бастардов немного думаю чуть больше пятидесяти в сравнении с остальными учащимися, которые с трудом помещались на поляне.
— Что за уроды? — громкую фразу разобрала с другой стороны напрямую от студентов Аристократов, стоящих напротив.
Сама того не желая подняла взгляд, скользнула по рядам многочисленной толпы. Судя по смешкам это вон та огромная компания, среди нее знакомые лица. Тот парень кудрявый блондин огромный, спортом занимается скорее всего, под два метра, может чуть меньше. Я ему сразу дала кличку Пудель. Смеялся громче всех и заливистее и при этом обнимал какого-то парня за плечи и закрывал глаза пальцами. А этот еще выше клянусь сантиметров на пять точно. Я таких верзил в своей недолгой жизни пока не встречала. И тоже блондин. У них в Арзонте мода на них? Хотя, нет… вон парень с ирокезом на башке он под мою Гиену косит? А рядом две брюнетки, которые меня с энтузиазмом встречали и насмехались. Олеся и подруга.
И кому принадлежала фраза? Кому угодно. Мы, конечно, не образец утонченности и элегантности, но уродами, по крайней мере, меня назвать сложно. Я смешалась идеально с толпой, потонула в океане татуировок, набитых почти на все тело, в ирокезах, в синих, зеленых и розовых волосах. На уродов не похожи, на клоунов пожалуй необычной расцветкой и одеждой мешковатой.
Хочу заметить не все были в странном виде, девушек семь в нормальной одежде, вон и Захар прилично одет и причесан.
Внезапно получила подзатыльник от стоящей рядом Кристинки. Повернулась на соседку с жаждой убийства, бурлящей в крови и капающей… капающей по оголенным коротящим нервам. Чирк. Одна искра и почти замкнуло.
Кристина округлила глаза и указала вниз под ноги. Не сразу поняла, что она имела ввиду, пока соседка не повторила движение головой вниз и не прошептала сквозь зажатую челюсть — «не пялься».
Запоздало любопытство закрыла в клетке уединения одно без подруг и друзей. Пусть посидит мой одичавший зверь на привязи, а то кто знает к чему в очередной раз приведет. И мы молча, вперив взгляд в газон, слушали воодушевленную речь преподавателей.
У них плешь в газоне. Заметила некачественную работу садовника, пока нам втирали о правилах поведения на территории университета и пожеланиях хорошего учебного года.
После торжественной речи отвели в первый учебный блок на третий этаж и госпожа Вивич, та женщина в розовом свитере продолжила читать устав, разбивала на группы.
Тьфу. Я в разных группах с Гиеной и Медведицой. Зато в одной группе со вчерашней психопаткой, которую прибила дверью. Кстати, она сегодня заявилась в нормальной одежде за исключением огромных черных разрисованных глаз.
Когда меня увидала раскрыла пасть и сделала захват челюстью, имитируя укус зверя, и это направлялось в мою сторону.
Волчица — натуральная шавка, только чуть выше в холке и такая же худощавая и злая. Может ее плохо кормили, поэтому она голодная? О! Я с Захаром. Подсела к нему за парту, пока куратор капала на мозг кислотой информации, только уничтожая накопившуюся, а новую забывала вплести в нить памяти. Слишком много слов, чересчур монотонно и нудно.
Бастарды переглядывались между собой, как бы ища поддержки, одобрения.
Глава 7. «Аристократы vs Бастарды»
POV Вильмонт.
Жизнь поплелась медленно не спеша, я отсчитывала каждый день в террариуме. На первый взгляд мне понравилось здесь, но как только началась учеба и ничего кроме занятий с утра до вечера в жизни не происходило, вздохнула разочарованно.
Ночи проводили в комнате за семью замками, боялись выйти на улицу и попасться кому-нибудь на глаза.
Это не жизнь, а существование, жалкое, бесполезное существование. С Волчицей снисходительно переглядывались, орошали друг друга градом презрения. Как наши плечи не согнулись под действием силы?
Предметы, которые изучали были общепринятыми. Основное направление пока что история. Бастардов заставляли изучать историю развития континента, с самого-самого начала. И я от скуки ручку жевала. Это детский сад на выгуле. В пятом классе изучали. Я-то в школе училась в отличие от Бастардов.
Политика, экономика, статистика, физические навыки, иностранный язык Баллийский. Основы оказания первой медицинской помощи. Общие предметы. И что делать целый семестр? Я это все изучала. Скука предстояла смертная.
Когда нас обучали общению с компьютером, я чуть не выплюнула легкие от смеха.
Это не люди, это безрукие макаки. Молодой мужчина лет тридцати пяти — преподаватель пришел к такому же выводу.
— Быстрее… Да… Вот эту зеленую мигающую кнопочку нажмите. Один раз, я сказал! — взвыл он. После того, как одна девушка слишком часто нажимала на кнопку, что привело вновь к выключению системы после того, как только начала загружаться.
Я подпирала кулаком щеку и наблюдала со стороны за этим цирком.
— Один раз! — взвизгнул мужчина.
Ультразвук достиг ушей. Все удивленно дернулись. А я засмеялась, нарушив тишину среди испуганных созданий. Ближайшие соседи посмотрели вопросительно с осуждением во взгляде. А слева — Волчица в короткой джинсовой юбке на каблуках озвучила шепотом:
— Как кабыла ржешь, — у нее лицо искривилось на кучу маленьких отдельных черточек. Страшная рожа.
Я перестала улыбаться. Надменно поглядела на свой загружающийся агрегат, затем на ее темный экран и палец указательный, который завис над клавиатурой.
— А ты как макака с бананом выглядишь, но я молчу, — Волчица фыркнула. Отвернулась и ткнула, наконец, на зеленую кнопку на клавиатуре. Свершилось. Больше в диалог она решила не вступать. Наша любовь крепчала и крепчала, корнями врастала.
* * *
Прошла неделя скуки смертной и тишины. Не привыкла так жить. Хотелось движения беспрерывного, хаотичного, вертящего из стороны в сторону.
Наступили выходные, о
