— Родигес, — крикнул я, — дай-ка свою дубинку.
— На, Сен, — сказал парень, протягивая мне запрашиваемый предмет.
— Спасибо.
Подошел к противнику со спины и опустил дубинку на его затылок, подросток потерял сознание.
— Ха, — громко рассмеялся я, — против лома нет приема. Ладно, вяжем этих двоих, потом в лагерь этих мразей, забираем там всё и возвращаемся.
Понадобилось еще больше получаса, чтобы все собрать, а пленников и трупы закрепить на Малыше.
***
Домой мы вернулись далеко за полночь. Когда мы приблизились к зданию, на крыльце, освещенном магическими светильниками, нас уже ждали обеспокоенные Джула и Бератрон.
— Что случилось? — взволнованно спросила подбежавшая к нам Джула. Увидев нас с Торреном вблизи, она вскрикнула и стала нас ощупывать, — не больно? Не больно?
— Пока ты нас не трогала, ничего не болело, — усмехнулся вампир, — да не расстраивайся ты так. Всё в порядке. Все живы и почти целы.
— Ага, почти целы, — улыбнулся я.
— Фериш, Родигес, а с вами что? — быстро спросила девушка.
— Да все с нами в порядке, — ответил Род, — мы даже в бое почти не участвовали. Ни одной царапины.
— А что с твоей рукой… — начала Джула, но её прервал лич, строгим голосом спросив:
— Четко и по делу, что случилось!
— Попали в засаду. Двадцать один враг, из них один маг, два непонятных подростка, двигавшихся с немыслимой скоростью и восемнадцать обычных разбойников.
— Пленники есть?
— Да. Маг, оба непонятных, пятеро разбойников, а все остальные — трупы.
— Хорошо. Тогда пригласим их в мой комфортабельный подвал. И все-таки что с твоей рукой?
— На маге какая-то защита висела, вот и лишился руки.
— Это проблема?
— Нет, — отмахнулся я, — вырастет новая.
***
— Вам повезло, — сказал лич, после того, как пленники были упрятаны в подвал и надежно зафиксированы, чтобы не смогли покончить жизнь самоубийством, а трупы отнесены в прозекторскую, на них Бератрон обещал показать азы некромантии.
— Мы знаем, учитель, — ответил я.
— Рад, что вы это понимаете. Значит так. Приводите себя в порядок, быстро едите и ко мне в подвал. Касается только тебя и тебя, — лич указал на меня с Торреном, — остальные — спать.
— Но… — попробовал сказать Фериш.
— Хочешь поспорить?
— Нет, — стушевался парень.
Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора
— Хорошо, я рад, что все работы идут с опережением графика, — сказал Император, заканчивая обсуждение восстановления лабораторий, — еще что-нибудь? Кстати, как там поживает, если так можно выразиться, граф Уральский?
— Об этом я и хотел с вами поговорить, ваше Имперское Высочество, — ответил Ботан, — проблема в том, что у него на днях появились проблемы со здоровьем.
— Как это возможно? Ведь он лежит в реаниматоре?
— Так точно, но факт в том, что в один момент произошли разрыв сердца, перелом нескольких ребер и полная деградация правой руки до середины предплечья. И это далеко не весь список повреждений.
— Хм, — Дмитрий Третий задумался, — а причины?
— Неизвестны.
— Я знаю, что у вас есть гениальные ученые, которых вы называете Жнецами. Это же правда?
— Да.
— Они смотрели графа?
— Нет.
— Почему?
— Ваше Высочество, надеюсь, вы знаете, за что их называют Жнецами?
— Догадываюсь, — усмехнулся Дмитрий.
— Я не готов отдать жизнь своего давнего друга в их руки. Из интереса они могут его выпотрошить. Поэтому я категорически против данной идеи.
— Хорошо. Твои возражения разумны.
Глава 5
Допросы
Допросы. Каждый для меня хранитель сокровища, и я чту сокровище в каждом.
(Антуан де Сент-Экзюпери)
Мы присели за стол, и я сразу потянулся отрезать себе кусок дурманяще пахнущего мяса, но, к сожалению, одной рукой это сделать проблематично.
— Давай помогу, — сказала Джула, забрав у меня приборы. После чего нарезала мясо в моей тарелке тонкими ломтиками.
— Благодарю, — буркнул я, приступая к активному потреблению пищи.
Пару минут ничего не происходило — все насыщались. В дороге перекусить не успели, так как слишком спешили.
«Хорошо, хоть слух уже восстановился».
Ага, только рука неделю расти теперь будет. Да и потом с ней проблем не оберешься.
«Почему?»
Мышечную память, рефлексы все же заново надо будет нарабатывать. И, кстати, займись ревизией повреждений. Мало ли, может еще что-нибудь повреждено.
«Я тебе и без всяких ревизий могу сказать, что половины внутренних органов у тебя нет».
Вот и займись их восстановлением. И проверь весь организм, а то как бы после крика у меня что-нибудь в голове не повредилось.
«Хорошо, приступаю».
— Спасибо, — сказал мне вампир.
— Да ладно, мелочи, — улыбнулся я, — сочтемся.
— Знаешь, для меня моя жизнь не мелочь, — усмехнулся Тор, — так что…
— Да брось, — оборвал я его, — помнишь, как мы встретились? Не помоги ты мне тогда, не знаю, как бы всё сейчас повернулось. Так что давай оставим все эти спасибо? Они несколько неуместны.
— Договорились. Пойдем? Попытаем?
— Ага. Фериш, Родигес, пошли.
Джула тоже намеревалась пойти с нами, но пришлось её немного осадить.
— Джула! Нет.
— Но мне же тоже интересно.
— Я понимаю, но, прости, не женское дело — пытать врагов и смотреть на их выпотрошенные тушки. Без обид.
***
— Что так долго? — недовольно спросил лич, когда мы собрались в одном из коридоров его подвала-подземелья.
— Простите, учитель, — извинился я за всех и сменил тему, — пленники уже начали говорить?
— Твои так называемые непонятные ничего не скажут. Разбойников я еще не спрашивал, а вот колдуну я только челюсть вылечил. Это было обязательно, так его калечить?
— Ну… так получилось, — пожал я плечами, — э… стоп, стоп. Какому колдуну? — мы с ребятами удивленно переглянулись.
— Которого вы взяли живьем. Ты его спутал с магом, так как я не объяснял, как их можно различить. Но откуда я, старый, знал, что ты на колдуна нарвешься? Пятьдесят лет назад они были не настолько наглыми.
— Думаю, и сейчас это была разовая операция, — ответил я, обдумывая ситуацию с позиции новых данных.
— Возможно, — согласился Бератрон, — но вы, наверно, хотите узнать, что я выяснил?
Братья загалдели, соглашаясь, но я их оборвал.
— Раз к пыткам мы не приступаем, то стоит позвать Джулу. Фериш, Родигес метнулись за сестрой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
