Читаем без скачивания Навстречу Возмездию - Рон Хаббард

— Я открою одну из потайных дверей, — сказал он. — На случай, если он не заговорит. — Кот выпрыгнул наружу, и Бац-Бац закрыл дверь.

— Я ничего не знаю, — повторил двойник. — Я делал, то, что мне велели.

— Ага, — отозвалась графиня Крэк. — А кто велел?

Волосы у меня под бинтами встали дыбом. Я похолодел от ужаса, потому что мне было совершенно точно известно, что двойник знал Мэдисона. А если допросить Мэдисона, то он опишет человека, который ему известен под именем Смита, — то есть меня. И графиня Крэк тут же поймет, что за всем этим стою я. И я умру! Видение безжизненных глаз желтокожего человека заслонило от меня экран. Кровь пеленой застила мне глаза. Мне пришлось сесть, потому что колени у меня задрожали.

— Я не скажу, кто велел, — заявил двойник, храбро сжимая вставную челюсть.

— Ладно, — ответила графиня Крэк. — У меня не остается другого выбора.

Она потянулась за сумкой и вытащила гипношлем, который надела на голову перепуганного Вундеркинда и включила. Тот неожиданно потерял сознание.

Крэк взяла микрофон:

— Спите, спите, крепко спите. Сейчас вы расскажете мне правду и только правду, или будете наказаны за ложные показания. Кто отдавал вам приказания?

— Мужчина.

— Какой мужчина?

— Я его не знаю.

Крэк взяла пленку, вставила в магнитофон в гипно-шлеме и нажала кнопку записи.

— А сейчас, — сказала она, — расскажите мне подробно о том, как вы стали двойником Уистера.

Двойник начал рассказывать. Он сирота, родился в Джорджии. По правительственной программе поддержки студентов он поступил в Массачусетсский институт катастрофоведения. Он учился там, но однажды его позвали и сказали, что какой-то человек хочет его видеть. Человек предложил ему работу. И много денег и женщин. Ему надо было следовать инструкциям, появляться там, где надо, и говорить то, что нужно.

Вундеркинд спросил, что станет с его учебой, и мужчина ответил, чтобы он не беспокоился, все будет в порядке.

Этот человек сказал, что время от времени будут складываться такие ситуации, что Вундеркинд может попасть в тюрьму, но не надо беспокоиться, потому что существует настоящий Джером Терренс У истер, и если дела обернутся плохо, то именно он будет сидеть в тюрьме.

Двойник спрашивал, почему того человека тоже зовут Уистер. Он слышал, что раньше у него был брат, но не знал, где тот сейчас находится. Его самого звали Джерри Уистер, и ему казалось, что брата звали Джером. Но тот человек ответил, что это все равно и не стоит забивать себе голову.

— Вы хотите сказать, — перебила его графиня Крэк, — что считали того, против кого были направлены ваши выходки, своим братом?

— Ну, вроде того, — ответил двойник, — но тот человек объяснил мне, что они хотят прославить моего брата на весь мир.

— Посадив его в тюрьму?

— Но они обещали мне столько денег и женщин.

Графиня Крэк прижала микрофон к груди. "Что за примитивные создания! Никакого чувства собственного достоинства!" Потом она снова обратилась к нему:

— Продолжайте. — Двойник снова забормотал.

Графиня Крэк начала проявлять нетерпение и принялась раздраженно постукивать ногой. Она уже прослушала рассказ о поездке в Атлантик-Сити и Канзас и не узнала ничего нового, кроме того, что все это кем-то подстроено.

Я страшно нервничал.

Двойник подошел к самому главному.

— Так как его звали? — спросила графиня Крэк.

— Я называл его Эдом.

Я облегченно вздохнул. Двойник не общался непосредственно с Мэдисоном.

Но при следующем вопросе сердце у меня екнуло.

— Кто вам платил? — спросила графиня Крэк. Она попала в самую точку!

— Деньги всегда лежали в конверте.

— А что было написано на конверте?

— Ничего.

Крэк стала постукивать ногой с еще большим нетерпением.

— В конверте находилось что-нибудь кроме денег?

— Только расписка, которую я должен был подписать и вернуть Эду.

— А что было в расписке?

— Только сумма. И моя подпись.

— А еще что?

— Еще буквы — Г.П.Л.Г.

— Что они значат?

— Не знаю, — донесся приглушенный ответ.

— Г.П.Л.Г. И все?

— Да.

Волосы у меня встали дыбом. Г.П.Л.Г. значило "Глотсон, Перштейн, Лопнинг и Гнусе", гигантское рекламное агентство под управлением Роксентера, которое нанимало Дж. Уолтера Мэдисона для всякого рода грязной работы. Бестолковые, легкомысленные тупицы! Их бухгалтерия провалит все дело!

Но тут мне стало легче. Я вспомнил, что мне говорил Гробе. Чтобы знать, как расшифровывается Г.П.Л.Г., нужно было работать в рекламе. Это был своего рода тест на профессионализм!

Графиня помучилась со своим пациентом еще немного. Но больше так ничего и не узнала.

В конце концов она перешла к другому вопросу.

— А теперь вам придется кое-что сделать, — сказала она. — Вы отправитесь в Верховный суд, предстанете перед судьей и заявите, что все преступления, которые приписываются Джерому Терренсу Уистеру, на самом деле совершили вы. Вы это сделаете, защищая честь своей семьи. Вы не отступите. Вы расскажете обо всем так, чтобы Джером Терренс Уистер был признан абсолютно невиновным в последних обвинениях. По телевидению видели ваше, именно ваше лицо, в газетах были ваши фотографии, и вы будете свидетельствовать, что это так и есть. Сюда входит и обвинение в двоеженстве, супружеской измене и изнасиловании несовершеннолетней. Если кто-нибудь будет уговаривать вас не делать этого, не слушайте. Понятно?

— Да.

— А теперь вы напишете чистосердечное признание в том, что все это было подстроено, и начнете писать, когда проснетесь — я дам вам бумагу. Вам ясно?

— Да.

— И вы забудете, что вас похитили и загипнотизировали, и будете считать, что по доброй воле пришли ко мне, и останетесь с нами, и не сбежите до суда. Ясно?

— Да.

Крэк выключила шлем и сняла его с головы двойника. Тот тупо огляделся вокруг, словно ища что-то.

Графиня развязала его, дала ему ручку и бумагу и усадила его за крохотный столик в фургоне. И он начал писать.

Пока он писал, Крэк убрала шлем в сумку и вышла на улицу.

Я обливался холодным потом. Что я мог предпринять, чтобы помешать ей уничтожить меня?

Бац-Бац сидел на каком-то старом ящике, рядом лежал кот.

— Бац-Бац, что значит Г.П.Л.Г.? — спросила графиня.

— Не знаю, — ответил Бац-Бац. — Может, дезодорант?

— Здесь есть банды с такой аббревиатурой? — вновь задала вопрос графиня.

— Ни одной, — заявил Бац-Бац. — Когда они отправляют груз по воде, то это называется Г.Н.Б. Это значит "груз на борту".

— Это не то. Куда вы дели его бумажник?

— Вот он, — сказал Бац-Бац. — Но в нем ничего нет. Несколько баксов и студенческий билет.

Графиня все внимательно просмотрела и покачала головой.

— Ладно, — произнесла она, — мы все выясним. За этим должен кто-то стоять. Но кто?

— У нас есть "Пиграмз виски" и кот, — заметил Бац-Бац, — да и я сам готов на все.

— Пока что нам не все известно, — сказала графиня и, усевшись на другой ящик, вытащила из сумки блокнот. — Бедный Джеттеро, должно быть, с ума сходит, пытаясь понять, в чем дело. Пошлю на яхту радиосообщение. Мы схватили двойника, и завтра он предстанет перед судом. Яхта придет позже, поэтому Джеттеро будет в безопасности. Отправьте это сообщение капитану Биттсу с приказом вернуться в Нью-Йорк. Про какой пирс он говорил? Ах да, шестьдесят восьмой, на Тридцатой Вест-стрит. Он доберется туда завтра вечером, когда двойник уже будет сидеть в тюрьме.

Она написала сообщение и отдала листок Бац-Бацу. Тот сразу ушел.

Я поверить не мог своему счастью!

Она не знала, что судьи Кувалдера Твиста не будет завтра в суде! Он будет на водных гонках в Акведуке!

Может, она наивно полагала, что он все бросит и пернется ради важного дела, как это принято на Волтаре. Но на Земле ни один судья не прервет отдых ради работы.

Господи, благодарю тебя за то, что здесь существует такая тупая и неповоротливая система судопроизводства! Хеллера спокойно схватят и отправят в Белльвью, и, к тому времени когда Крэк добьется судебного решения, он скорее всего будет уже мертв.

Безопасность Хеллера для нее главное! А если его убьют, она будет в таком шоке, что станет совершенно неопасной.

Мне неважно знать, где она находится. Я спасен!

Я бросился к телефону, чтобы позвонить Графферти.

Яхту будут ждать!

Глава 2

На следующее утро у меня болели глаза, и я всего один раз взглянул на экран Хеллера. Тот глядел в потолок, наверное, своей каюты, и я тихо злорадствовал, что приятные мечты Хеллера завтра к вечеру превратятся в ужасный кошмар.