Читаем без скачивания Сталь и пепел - Львов Вадим

— Вон и "хаммер" нарисовался. Глянь, они уже не бояться. Знают, что мы белый флаг увидели. Давай, вызывай "Вампира",Тюлень.

"Вампир" — это позывной их командира, ротного, капитана Кудряшова. Оригинал блин. Готичный ротный…Не хватало черной крашеной челки. Наверно смотрелся бы весьма гламурно.

Командир двадцатой танковой бригады, узнал о вывешенных белых флагах даже раньше, чем их увидели наблюдатели на передовой. Американцы, вышли на частоту бригады и предложили не стрелять. Мол уже договорились с вашим начальством. Громов хмыкнул и связался с Бородулиным.

Командир корпуса, как выяснилось, тоже был слегка ошарашен американскими белыми флагами и приказал держать ухо востро.

— Москва в курсе, но призывает к повышенной бдительности. Американцы могут на прорыв пойти…Чего думаешь, Громов?

— Нет, не могут, господин генерал-лейтенант…Силенок у них уже нет. Да и авиация активность резко снизила. Организованно прорваться к Рейну у них не получится.

— Уверен, Громов? Подумай хорошенько, перед тем как ответить.

— Так точно, уверен. Нет у них сил, на прорыв. Разве что рассыпаться и мелкими группами уходить. Тогда — да.

— Я тебя понял, генерал-майор. Но все равно, держи ухо востро и своим обормотам скажи, что бы не спали.

Отключившись, Громов, достал серебрённый портсигар, подарок тестя к юбилею и взяв сигарету с удовольствием затянулся.

"А вдруг, действительно, пойдут на прорыв? С них станется. Американцы чего бы там не говорили, ребята резкие и борзые"

За месяц бесконечных боев в Европе, американцы уверенно заняли первое место в хит-параде уважаемых врагов, вытеснив с него немцев и поляков. Германцев, уважали за организованность, тактическую грамотность и добротную техническую оснащенность. Поляков — за храбрость и свойственную только славянам, бесшабашность в атаках. Причем не взирая на устаревшую технику, поляки лезли в атаку надеясь на свой "шляхетский гонор". Американцы после первых боев, заслужили первое место, являя собой причудливый гибрид поляков и германцев. В плане тактики и техники, а так же их применения — "джи ай" германцев превосходили. Не уступали они и полякам в дерзости и упрямстве. Только пожалуй старались, в отличии от поляков бить только наверняка, опираясь на солидную материальную базу.

Громов мысленно поблагодарил Бога, за то как их гоняли на лекциях по тактике и полевых занятиях в академии, разбирая американские боевые операции и полевые уставы буквально по эпизодам и буквам. Еще он поблагодарил, те умные головы в Генштабе впервые применившие электромагнитное оружие в реальном бою и тот трюк с сокрытием танковых бригад в польских лесах и замены их на бутафорию из штрафных батальонов. Без этого, так же, без флота, временного перекрывшего Атлантику и сорвавшего переброску подкреплений и мексиканских мятежников, нагнуть американцев так быстро и качественно, как они сделали — хрен бы получилось. Кровушкой бы умылись сполна.

Глубоко затягиваясь, генерал-майор Громов подумал во что может превратится некогда сильная и гордая нация под потоком пропагандистского дерьма. Вот те же немцы- в армии теперь у них служат лишь аристократы из старинных рыцарских родов и откровенные люмпены из восточных земель бывшего ГДР. Американцы поди кипятком от радости ссали, когда превращали воинственных германцев в дисциплинированную потребительскую массу. Мол прогресс и демократия, понимаешь, даже из германца может сделать нормального человека.

Вот и сделали …на свою голову. После того как мы кадровый бундесвер на гусеницы намотали у немцев мобилизация провалилась. Вообще. Вот и сейчас, занимая германские города, мы поражались огромному количеству здоровых мужиков, стоящих на улицах, словно суслики у норок и смотрящих открыв рот, на русские танковые и механизированные колонны. Если бы они все, взяли в руки автоматы и РПГ и устроили нам головомойку, как "чехи" в Грозном или "гитлерюгент" в сорок пятом. А здесь — прошли пол Германии, как нож сквозь масло. Остатки бундесвера совместно с американцами еще дергались, но потом немцы решили больше в "войнушку" не играть, подняли лапки. И заодно открыли нам фронт. Не иначе в благодарность за привнесенную извне американцами "толерантность" и "гуманизм".

Вот так, мы американцев на Брауншвейгской равнине и прихватили. Немцы в сторону отошли, мы в брешь и проскочили. Последний серьезный бой, был два дня назад. Тогда первая боевая тактическая группа Алтуфьева, въехала в тыл "Old Ironsides" (166) расколов остатки некогда мощной бронетанковой дивизии на две части. И началась агония …

Американская авиация, лихорадочно пыталась помочь окруженным, но без особого успеха. Войсковое ПВО, работало как обычно на отлично и от бомбежки бригада почти не пострадала. Американский командующий корпусом, генерал Коун, даже не пытался прорваться сразу, хотя шансы еще были. Как гласила последняя разведывательная сводка по нашему армейскому корпусу — "у американского командующего возможно серьезнейший психологический стресс". Сломался короче, дядя… Хотя, может он про перемирие, раньше всех был информирован и попросту людей гробить не желал?

— Слепнев!

— Слушаю, командир.

— Ты как начштаба, сейчас за старшего остаешься. Вся бригада на тебе.

— А вы?

— К Алтуфьеву. На его участке парламентеры появились, надо самому глянуть, а то мало ли что..

— А не опасно? Давайте я съезжу…

— Не опасней войны, полковник. Ладно, где там мой водила!?

Полковник, помолчал и спросил выходящего генерал-майора.

— Как думаешь, командир, неужели — все?

— Надеюсь, да. Только, думаю, с американцами разберемся, потом сразу на эшелоны и в Сибирь — матушку, китаёз гонять.

— Косоглазые, не дураки …В одиночку с нами точно воевать не будут. Им вон, Лисицын как зад наскипидарил. До сих пор поди не знают куда деваться. Сейчас весь западный фронт туда подтянется — все, до самого Пекина гнать желтомордых будем.

— Что, считаешь, что и на востоке скоро — все?

— Так точно, командир. Не вояки косые, не вояки.

— Может и не вояки, но Хабаровск у нас отжали и к Омску прорвались.

Слепнев улыбнулся.

— Да будь у тебя такое превосходство как у них, ты бы уже через месяц не Хабаровск — Рязань бы штурмовал. А они- все точатся на приграничной полосе.

— Ладно, начштаба, не говори "гоп". Будем надеяться, что с американцами, все срастется ровно. И на этом фронте, хотя бы, все закончится.

Громов нырнул в громоздкий трофейный КШМ "Динго" и аккуратно объезжая выбоины от снарядов в некогда идеальном немецком автобане, направился к позициям первой боевой тактической группы. Повернувшись к адъютанту, Громов спросил.

— Связывался с Алтуфьевым?

— Так точно. Он доложил, что все тихо, за исключением одного "хаммера" на нейтральной полосе. Машина с белым флагом…

— Тебе лейтенант, что, уже подполковники, докладывают? Неприязненно переспросил он адъютанта.

Лейтенант отвел глаза.

— Извините господин генерал. Я хотел сказать не доложил, а сообщил…

— В следующий раз думай, кому и чего говорить. Подполковник Алтуфьев — боевой офицер, орденоносец. А не портфеленосец… Понял, лейтенант?

Тот закивал головой, густо краснея.

Лейтенанта — звали Паша Сойкин, был переведен в адъютанты командира бригады из финчасти. Громов как и положено боевому офицеру, шаркунов паркетных, всяких адъютантов — порученцев, особо не любил и до последнего времени обходился обычным ординарцем, исполняющим в полевых условиях заодно роли штатного парикмахера, посыльного и даже повара. Ну гренки там замастырить, картошки комбригу быстренько нажарить или омлет. Как говорится помимо жены, у нормального командира есть еще два надежных человека — водитель и ординарец. Но здесь, слишком часто приходилось мотаться по подразделениям и нужен был человек, обладающий острым языком и в офицерском звании, для выполнения особых поручений в боевой обстановке. Вот здесь и пригодился Сойкин. Язык у него был хорошо подвешен и вид весьма представительный да и не глупый парень оказался. Правда теперь приходилось его с собой таскать, словно собачонку комнатную.

Другой бы, на "передок" просился, а этот Сойкин, наоборот готов был землю носом рыть, лишь бы в штабе отсидеться под рукой у Громова. Ну да и хрен с ним, с бздуном гороховым. Не всем же быть, как Алтуфьев, Слоёнов или тот же контуженный Топорков. Должен кто-то лакированные портфели за генералами таскать и спину манерно выгибать. Хотя, противно конечно…

Командир первой боевой тактической группы, расположил свой штаб на территории заброшенной фабрики по переработке использованных автопокрышек на северо-восточной окраине Хорнбурга. Фабрику давно закрыли, но из-за плохой экологии, никто не брался её разрушить. Мол навредит природе…Поэтому здесь ютились какие — то эмигранты, сбежавшие при первых выстрелах.