Просто бездарно потраченные деньги — потому что наемники: что гвардия, что полиция, лишь окопались в столице в первые часы сражения, позволив противнику беспрепятственно занять производства и разграбить их.
И только сейчас, по приказу самого Джошуа, все же решились на контратаку сил противника.
Два батальона вуки высадились в столице, где провели захват административных зданий.
Остальные же силы атаковали непосредственно заводы и промышленные комплексы, расположенные на окраинах и за пределами столицы. В большинстве своем сборные комплексы сейчас противник просто воровал.
И теперь у Джошуа не было никаких сомнений относительно виновности Новой Республики.
Они прекрасно понимали, что лианнцев не так-то просто и покорить.
И даже если планета будет завоевана, то придется как следует постараться, чтобы мотивировать местных жителей для работы на захватчиков.
Они решили просто все украсть.
Преступники.
Воры.
Проходимцы.
Демократия уже нашла для себя десятки новых эпитетов и сравнений.
А ведь Траун предупреждал…
Возможно он сам и повинен в том, что происходит — своей войной толкнул Новую Республику на отчаянный шаг.
Но такие претензии смешны до икоты.
Каждый делает выбор сам — и несет за него ответственность.
Республика напала — и теперь она однозначно враг.
Вот только, где эти хаттовы союзники!?
Нет ни пиратов, ни флота моффа Гранна!
А что те, что другие должны были явиться на место битвы больше четырнадцати часов назад!
Выходит, прав он был, возражая Санте: следовало доверить охрану планеты и граждан самим гражданам Лианны, как это было при Сиенаре, а не превращать местных жителей в планету высококлассных специалистов.
И сейчас все они находятся в бомбоубежищах, пока Лианну разграбляют.
Замечательно!
Просто великолепно!
Ох, как же был прав Траун…
Джошуа горестно усмехнулся.
Если он не хочет, чтобы Новая Республика разграбила Лианну в обоих полушариях, то ему нужна помощь.
Утрата производств в этом полушарии, конечно, беда, причем большая.
Но если лишиться всего…
— Свяжитесь с гранд-адмиралом Трауном! — приказал он. — Пошлите сигнал на Сьютрик IV! Сообщите ему, что мы находимся под атакой и запрашиваем немедленную помощь.
«Надеюсь, что поблизости у него есть силы, чтобы прибыть раньше, чем республиканцы вгонят нас в каменный век», — мелькнула мысль в голове моффа, на плечи которого свалилось за минувшие сутки слишком многое, чтобы можно было вынести одному человеку.
Почему он наступил на горло своей гордости и воззвал к помощи того, чье предложение о союзе отклонил?
Да потому что гранд-адмирал, похоже, единственный, кто может удержать ситуацию под контролем!
Остальные ближайшие Осколки даже не пошевелились, чтобы прийти на помощь!
— Будет выполнено, мофф Виктус!
* * *
За ужином Корран все же не выдержал и задал вопрос, который терзал его с того самого момента, как он услышал про джедайское наследие и дедову оранжерею из уст Трауна:
— Как они связаны?
Ростек, сидящий по другую сторону стола, улыбнулся, с пониманием посмотрев на внука.
— Напрямую, — сказал он. — Насколько хорошо ты помнишь школьный курс ботаники и биологии?
— Достаточно, чтобы отличить дерево от ранкора, — признал свою капитуляцию Корран.
— Тогда, чтобы ты мог лучше понять все сказанное мной, мне придется кое-что напомнить, — предупредил дед. — Любая наследственная информация передается новому поколению в генетическом коде органического существа. Большинство генетических кодов в галактике состоит их четырех нуклеотидов, соединенных попарно. Именно с их помощью обеспечивается тот самый генетический шаблон, что передается из поколения в поколение, создавая жизнь. Тебя, меня, дерево, из которого создан этот стол, — дед постучал по столешнице, — растения у меня в оранжерее, траву на газоне, птиц, зверей и так далее. Не буду особо вдаваться в частности, это всего лишь крайне упрощенная база генетического мировосприятия.
— Честно говоря, после того как имперцы по приказу Айсард заразили Корусант вирусом «крайтос», созданном безумным генетиком, я слегка не перевариваю эту науку, — признался Корран.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Каждому свое, — согласился дед. — Так или иначе, но нуклеотиды образуют цепочки ДНК. Но, со временем, в процессе эволюции, за тысячелетия и миллионы лет эволюции, большая часть нуклеотидов в ДНК кодирует информацию, которая является генетическим мусором. Это балласт, который я научился изменять.
— Для того, чтобы создавать и улучшать свои цветы? — уточнил Корран.
— Изначально так и было, — согласился дед. — Но когда возникла необходимость, я сал синтезировать целые цепочки пар нуклеотидов. И заменять ими «генетический мусор», при этом оставляя пары инертными, чтобы они не повлияли на растения. Если иметь воображение и желание исследовать мои цветы на подобном уровне, то можно заметить, что одна цепочка пар равно нолю, вторая — единице…
Корран, занятый куском стейка, закашлялся.
Прочистив горло, он осушил стакан с водой и посмотрел на дедушку с подозрением:
— Ты в самом деле это сделал?
— Да, — улыбнулся Ростек.
— Ты оцифровал джедайские данные, перевел их в кодировку нуклеотидных пар, которые имплантировал на место «генетического мусора»?! — словно не веря тому, что он говорит, уточнил Хорн-младший.
— Именно так, — улыбнулся дед. — И с каждым делением генетического материала растения, цветка, закодированная информация увеличивается в количестве! Конечно, последовательности — не открытая книга. Это шифр, разгадку которого знаю только я.
— Это… Это невероятно! — восхитился Корран. — Но ведь тогда получается, что в растениях эта информация может измениться, даже погибнуть!
— Да, иногда мутации или иные факторы повреждают участки ДНК и такая информация становится обрывочной, а порой и бесполезной, но у меня всегда в оранжерее есть запас стабильных семян и вырастить здоровое растение не составляет большого труда, — улыбнулся дедушка.
— Да ты просто гений! — с восхищением произнес Корран.
— Не переоценивай меня, — отмахнулся Ростек. — Просто старый корбезовец с фантазией.
— Могу побиться об заклад, что джедайский архив это не первый твой эксперимент, — прищурился Корран.
— Конечно нет, — заявил Ростек. — Весь мой архив — в растениях. Все компроматы, все возможные махинации тех, за кем я слежу — вот что стало началом такого шифрования. Никто и никогда не додумается до того, чтобы искать информацию в ДНК растений. Всем привычнее думать, что они хранятся на инфочипах или флимси документах.
— Значит те цветы, которые ты периодически отсылаешь своим недругам — это их компромат?!
— Конечно, — согласился Ростек. — Работая вместе с твоим дедом, Нейя Халкионом, я достаточно узнал о джедаях, чтобы усвоить простой урок: не бывает ничего случайного. Сила, чем бы она не являлась, это нечто невообразимое, что дает желаемое тому, кто ищет, кто нуждается… Кодируя информацию о джедайском наследии в растениях, я был уверен, что либо твой отец, либо ты, либо ваши потомки, либо любой другой джедай в галактике рано или поздно получит все это. Твой дед научил меня верить и надеяться.
Корран с любовью посмотрел на Хорна-старшего.
— Расскажи мне о Нейо, — попросил он, вынув из потайного кармана серебристый цилиндр и передав его деду. — Это ведь его световой меч?
— Ох, — на лице Ростека появилась вселенская грусть, когда внук вложил в его старческие, но все еще крепкие руки оружие джедаев. — Как…? Да, это он, но… Где ты нашел его? Ведь джедаи забрали после того, как доставили его тело на Кореллию!
— Так уж вышло, что, сбегая с «Лусанкии», оказался в музее, — нехотя обратился к своим воспоминаниях Хорн-младший. — И… Скайуокер говорит, что сама Сила привела меня среди закрытой для посещения выставки, посвященной джедаям, именно к стенду, посвященному моему деду. Там я впервые узнал как его зовут и испытал единение с чем-то близким, родственным…
