заключался в том, что новый налог брался в соответствии с реальным имущественным состоянием и местом проживания человека, а не по формальной «прописке», так как большая часть горожан была приписана к деревенским общинам. Высокодоходной отраслью в Дангнгоае в начале XVIII в. была горнодобывающая промышленность. Государство передавало шахты государственным «экономическим» чиновникам, использовавшим труд шахтеров-
нунгов, и китайским промышленникам, эксплуатировавшим рабочих-китайцев. Численность занятых на шахтах была довольно значительной: в 1717 г. Чинь Кыонг ограничил число работающих на одной шахте, определив, что их должно быть от 300 до 100 чел. На практике же количество рабочих доходило до тысячи. На расположенных в северных пограничных провинциях шахтах добывали свинец, медь, серебро и золото. Там же находились плавильные заводы и подсобные производства. Часть продукции шла на экспорт, в основном в Китай.
Большое значение в налоговых поступлениях казны имел сбор «местных продуктов». «Местные продукты» взимались преимущественно с горного и приморского населения, занимавшегося разного рода промыслами и не платившего поземельный рисовый налог. Иногда промысловый налог брался не только вместо поземельного, но и вместо подушного, а в некоторых случаях заменял также воинскую и трудовую повинность. В счет этих налогов и повинностей в казну с гор поступали цинк, свинец, медь, железо, золото, серебро, уголь, сера, селитра, ценные сорта древесины, сурик, а с морского побережья — рыба и рыбный соус. Из разных частей страны в столицу поставлялись сахарный тростник, шелк, водка, масла, лак, бумага, украшения, благовония. В стране имелось практически все, что служило сырьем для самых различных ремесел.
В торговле Чинь Кыонг действовал более противоречиво, чем в сфере промышленности. С 1723 г. на внутренних таможнях пошлины взимались в размере 1/40 стоимости товара. Таких таможен, стеснявших развитие торговли, в Дангнгоае было всего около дюжины. В то же время в 1715 г. Чинь Кыонг отменил запрет на частную торговлю медью, солью и корицей. Торговля стала быстро расти, особенно экспортная торговля красной медью и корицей. Но в 1717 г. свободный экспорт меди и корицы был запрещен, впредь их можно было вывозить только по правительственной лицензии, выдававшейся канцелярией тюа, а внутри страны — торговать по лицензии, полученной от чиновников, собиравших налоги с торговли медью и корицей. Чиновники, связанные с внешней торговлей, сами активно участвовали в торговых операциях, скупая и продавая сырье и готовые изделия. Для развития торговли в 1724 г. были проведены работы по расчистке речных путей в Нгеане и Тханьхоа. В 1721 г. были введены налоги на добычу и торговлю солью. Солевары обязывались сдавать государству 20 % продукции, торговцам солью предписывалось закупать сначала государственную соль, и лишь затем — частную. Вся торговля могла вестись только по лицензиям.
Периодически провозглашая возвращение к старинным методам управления — то периода Хонгдык (вторая половина XV в.), то периода Виньчи (1676–1688), — Чинь Кыонг проводил в административной сфере сугубо прагматичную политику, уделяя большое внимание превращению как провинциального, так и центрального аппарата в хорошо отлаженный и работоспособный механизм.
В 1718 и 1720 гг. были проведены ревизии работы гражданских губернаторов провинций, а затем — проверки одного определенного вида деятельности сразу по всем ведомствам, что давало возможность сопоставить их эффективность. Гражданские губернаторы десяти провинций должны были отвечать за сбор налогов, развитие сельского хозяйства, организацию трудовых работ по строительству и защите дамб, перевозку грузов, ведение судебных дел, организацию борьбы с разбойниками, предотвращение злоупотреблений со стороны экономически и социально доминировавших общественных групп, налаживание военного дела. Второй фигурой в провинции был военный управляющий из администрации тюа, который в известной мере дублировал функции губернатора, занимаясь борьбой с разбойниками, разбором судебных дел злоумышленников, ремонтом дорог и дамб, укреплением пограничных застав и набором солдат.
В 1718 г. Чинь Кыонг образовал в центральной гражданской администрации тюа, существовавшей параллельно с декоративным аппаратом Ле, вместо прежних трех — шесть учреждений (хюенов), выполнявших функции шести традиционных императорских ведомств (66). После этого деятельность императорской администрации потеряла всякое значение. Одновременно были созданы шесть специальных налоговых учреждений, взявших на себя функции Ведомства финансов по отношению к провинциям, что способствовало более эффективному сбору налогов. В итоге численность чиновников и потребность в налогах резко возросли, но решение практически всех государственных вопросов стало зависеть только от правителей династии Чинь. Одновременно Чинь Кыонг повысил эффективность периферийной военной администрации, требуя от нее быстроты передачи информации и выполнения приказов. Особое внимание уделялось подаче информации о «мятежниках», восстания которых государство в этот период успешно предотвращало.
Значительные изменения произошли в принципах формирования административного аппарата. В гражданской администрации на наиболее важные должности назначения производились не по результатам экзаменационных конкурсов и выслуге лет, а в рабочем порядке. Усилилось сходство гражданского и военного корпусов чиновников. С 1722 г. было разрешено переходить из одного корпуса в другой. Параллельно шла замена военных чиновников гражданскими, например, на должностях правителей горных провинций, которые ранее возглавлялись военными чиновниками.
Постепенно тюа переходил от опоры на военных к базированию своей власти на авторитете гражданских чиновников. Одновременно было принято решение «цивилизовать» военных чиновников путем проведения военных конкурсов. В связи с этим при принятии на военные должности Чинь Кыонг ввел в 1721 г. двухэтапные столичные военные испытания, аналогичные экзаменам для гражданских чиновников. Доступ к этим конкурсам был всеобщим, но дети военных получали некоторое преимущество. Высший военный конкурс проводился при дворе самого тюа, который полностью сосредоточил в своих руках все руководство армией.
Укрепляя свою роль общенационального лидера, Чинь Кыонг начал военную реформу и заменил в 1721 г. региональное войско, состоявшее из солдат Нгеана и Тханьхоа, общесеверовьетнамской армией, набиравшейся на основе всеобщей рекрутской воинской повинности. Отныне военные получили право участвовать в гражданском провинциальном конкурсе и получать гражданские должности. Это должно было быстро увеличить гражданский аппарат и сократить в общем объеме чиновников долю военных, которых к тому времени на верхних уровнях административной структуры было в два раза больше, чем гражданских. В рамках программы укрепления личной власти Чинь Кыонг распустил в 1722 г. «частные» армии ближайших родственников тюа, сохранив за ними все остальные привилегии. Наконец, с 1726 г. начала проводиться новая система обучения почти десяти тысяч новобранцев из дальних провинций. Завершалось обучение ежегодным проведением парада-проверки.
Все эти столь важные для северовьетнамского общества реформы Чинь Кыонг проводил с помощью своего ближайшего сподвижника Нгуен Конг Ханга и полководца Чинь Куана. Осуществлявшиеся этой группой реформаторов преобразования вызвали в Дангнгоае довольно сильное социальное напряжение, так как затронули массовые слои северовьетнамского общества, прежде всего, его сельскую часть. Если состоятельные владельцы частной земли легализовали свое наследственное право на обладание ею, то общинники навсегда потеряли надежду вернуть эту землю в общинный фонд и соответственно получить тот
