Читаем без скачивания Темный Лорд: Темный Лорд. Темное пророчество. Меч Эриджуна. Озерная леди. Клятва Темного Лорда - Александр Дмитриевич Прозоров

до самого утра – однако через несколько минут уже отдышался, а еще через десять валяться впустую ему стало надоедать. Поднявшись, Кро скинул одежду на стул, обернулся полотенцем и отправился в душ, смыть пот и пыль. Потом переоделся в свежую сорочку и брюки, накинул на плечи замшевую куртку и в нерешительности остановился перед шкафом. Взялся за дверцу, прикусил губу.

Учение Омара ибн Аби Рабиа по дисциплине мышления при использовании зеркал предполагало долгие тренировки, концентрацию, сосредоточение. Но когда речь шла о Франсуазе, все эти хитрости молодому человеку не требовались. Битали еще не успел ничего подумать, а воображение уже успело вытянуть из памяти и подробно нарисовать взъерошенную девчонку с миндалевидными ярко-карими глазами, тонким ртом и острым носом, украшенным на переносице двумя черными точками. Сердце часто застучало, и когда Битали отворил створку – зеркало отразило вовсе не юного чародея, а показало ее, Франсуазу: сосредоточенную, с плотно сжатыми губами и плотно собранными на затылке волосами. Смертная чего-то выжидала, а за спиной девушки тянулись небольшие деревянные ящички.

Магазин! Франсуаза находилась в магазине.

Битали достал из шкафа покрывало перемещений, отошел к кровати, запахнулся в него – и оказался в низкой темной норе. Сбросив лежащее здесь парное покрывало, Кро достал волшебную палочку, направил на стену, над которой светилась небольшая норка:

– Трунио!

Глиняный завал уменьшился, позволяя молодому человеку выбраться под ведущий к дебаркадеру помост. Кро обернулся, коротким заклинанием вернул стену на прежнее место, выскользнул из-под помоста и быстрым шагом стал подниматься по улицам тихого приречного городка.

Ла-Фраманс был городком древним, но совсем небольшим, размером с поместье, что раскинулось вокруг колледжа маркиза Клода де Гуяка. Десяток улиц, три квартала и два моста через реку, в долине которой, меж двумя отрогами, когда-то поселились предки нынешних жителей. Магазинчик, в котором подрабатывала девушка, стоял почти в центре – Битали добежал до него минут за десять и остановился, наблюдая, как кареглазая Франсуаза, в плотно облегающем свитере и черных брюках, собирает на прилавке разноцветные катушки ниток в вытянутый фанерный ящик.

Сердце на миг екнуло и тут же застучало часто-часто, а где-то в недрах живота появилось острое щемящее чувство, от которого, словно шипучка, побежал по всем жилам колючий холодок. Ощущение то ли болезненное, то ли приятное – но всегда желанное.

Кро уже знал, во что превращает человека это чувство – отошел к узкому газончику у стены, провел над ним рукой. Вслед за ладонью из сухого грунта ярко-красной полосой поднялись и расцвели тюльпаны. Молодой человек, опасливо оглянувшись, вытянул из амулета египетский нож, одним движением срезал растения под корень. Спрятал оружие, положил цветочную охапку на изгиб локтя. Поднялся на ступеньки, остановился за дверью.

Франсуаза, словно почувствовав, повернула голову – и беззвучно охнула, округлив глаза.

Битали улыбнулся, отступил, прислонился спиной к стене в паре шагов в стороне от низкой лесенки.

Вскоре скрипнули петли – девушка выскочила наружу и с разбега прыгнула ему шею:

– Пришел!!! – и тут же жадно, нетерпеливо прильнула губами к его губам. Отодвинулась, обиженно стукнула кулаками по груди: – Ты куда пропал?! Столько дней тебя не было!

– Я же тебе говорил, прекрасное порождение весны, – Битали провел пальцами по ее щеке, вдоль выбившейся пряди. – Мне не только учиться нужно, приходится учебу еще и отрабатывать. Только сегодня, так повезло, на весь вечер вырваться удалось.

– Ой, это мне?! – она наконец-то заметила букет. – Ого! Спасибо, милый… – Франсуаза коротко чмокнула его в губы. – Подожди, я сейчас в воду поставлю! Только не уходи!

Девушка скрылась в магазинчике, но через несколько мгновений выскочила обратно, теперь в джинсовой куртяшке и с матерчатым рюкзачком, опять прыгнула на Битали, страстно поцеловала, потом выдохнула:

– Маргарет отпустила! Так от букета обалдела, что прямо человеком стала, два рабочих часа простила, – Франсуаза поцеловала его еще раз и взяла под руку: – Куда мы пойдем?

– На твой обрыв?

– Да дождь, похоже, будет, – подняла глаза к небу девушка. – Давай лучше в кино? Там сейчас коллекция комедий идет, памяти Луи де Фюнеса. Ты знаешь, что такое кино? Или в вашей школе оно тоже под запретом?

– Ты меня совсем диким не считай, – хмыкнул Кро. – Помимо колледжей есть еще и каникулы.

– Значит, нет, – сделала вывод Франсуаза. – А телевизоры есть?

– Ты еще спроси, есть ли у нас электричество.

– А есть?

– Нет.

– Нет электричества?! – от изумления девушка даже остановилась. – Как же вы живете?!

– Да так и живем… Как в Древнем Египте жили, так и здесь обитаем.

– Да ну тебя, опять шутишь! – сообразив, засмеялась Франсуаза, махнула руками: – Так серьезно говоришь все это, что я даже поверила!

Она опять взяла юношу под локоть, двумя руками, крепко прижалась к плечу.

– Смешной ты… Никогда не поймешь, всерьез говоришь или прикалываешься. Ты хоть предупреждай.

– Ты самое прекрасное существо, которое я только видел в этом мире, Франсуаза. Прекраснее цветов и рассветов, прекраснее стремительных горностаев и радужных фей-зелигенок, покровительниц садов, прекраснее весенних лугов и хрустальных горных пиков сказочного Сумера; ты желаннее ключевой воды в жаркий полдень, желаннее костра в промозглый вечер, желаннее солнца после полярной ночи…

– Если ты сейчас опять шутишь, я тебя убью… – сглотнув, пообещала девушка.

– На самом деле… – Битали запнулся. – На самом деле радужных фейзелигенок я никогда в жизни не видел…

Ему под ребра ударил слабый девичий кулачок… После чего Франсуаза опять прижалась крепче:

– Странный ты. Иногда так говоришь, будто и вправду не из нашего мира.

– Как нужно разговаривать, чтобы стать из вашего?

– Увидишь де Фюнеса, поймешь.

Фильм с веселым лысым коротышкой Битали и правда понравился. Но больше всего понравилось, что можно было сидеть рядом с Франсуазой, держать ее за руку, ощущать ее голову у себя на плече и время от времени целовать, гладя шелковистые волосы.

После сеанса они перебрались в кафе, благо в торгово-развлекательном центре их хватало с избытком, и пили кофе с пирожными, пока у девушки в кармане внезапно не зазвучала музыка. Франсуаза быстро вытянула небольшую глянцевую пластину, вскинула к уху:

– Да, мама… Нет, просто я зашла после работы в кино, скоро вернусь. – Она вернула пластину в карман, пожала плечами: – Прости меня, мне пора. Папа вернулся и нервничает, что меня нет. Страшно боится, что со мной чего-нибудь случится.

– Телефон? – уточнил Битали, раньше видевший такие изобретения смертных только издалека.

– Телефон, – согласно кивнула Франсуаза. – И что за гад их только придумал? Всегда в самый неподходящий момент дергают.

Она протянула руки, накрыла ими ладони Битали, крепко сжала. Потом решительно допила свою чашку и доела эклер. Битали поднялся, подал ей руку, помогая встать.

– Выходит, хорошо,