— Шеша нашел эту аватару, когда она была еще совсем ребенком, растил, воспитывал…
— Чувство благодарности, — хмыкнула женщина, прикрыв глаза. — Я понимаю. Но спрашивала не об этом. Зачем ты нужен Шеше?
— Может быть, он и правда испытывает ко мне отеческие чувства? — Это предположение звучало нелепо, и Влад об этом знал, но у него не было другого объяснения для Кали.
— Этот хладнокровный? — насмешливо приподняла идеально выщипанную бровь Кали. — Не смеши меня. Ему от тебя что-то нужно, и я узнаю, что именно.
— Ты ведь приехала за этим?
— Конечно, Шеша всегда готовит заговоры и перевороты. Мы все прекрасно знаем, какова его конечная цель. В одни периоды времени на его возню можно не обращать внимания, в другие — стоит насторожиться…
— То есть сейчас опасный период? — словно невзначай поинтересовался молодой человек.
— А вот этого тебе знать не стоит, и вообще, ты не в том положении, чтобы пытаться узнать больше. Чем в меньшем ты замешан, тем проще остаться невинной жертвой тогда, когда станет горячо.
— Ты прекрасно знаешь: даже если я ни в чем не буду виноват, меня все равно не признают невинной жертвой. Слишком подпорчена репутация в глазах старших богов. Я персона нон-грата.
— Твое положение шатко, не усугубляй его. — В голосе Кали не было угрозы. Простая констатация факта, но звучала она жутко. — Пока ты ни в чем не замешан — ты жив.
— Но если ты посчитаешь, что я помогаю Шеше в его грязных планах, то в ближайшее время стоит ждать визита Индры? Не так ли? — невесело усмехнулся Влад.
Кали молча отвернулась к окну и медленно произнесла:
— Ты мне симпатичен… — больше ни слова.
Эта фраза могла означать все что угодно, а могла не означать ровным счетом ничего. Кали всегда была себе на уме, ее поступки не поддавались логике и объяснениям. Но появился повод волноваться, впрочем, он появился в тот момент, когда Кали заинтересовалась деятельностью Шеши. Царю всех нагов долго удавалось оставаться в тени. Его лицей не вызывал интереса у древних богов. Им было все равно, чем он здесь занимается и для чего все это затеял. Наги пользовались уважением и стояли, по мнению богов, на ступеньку выше людей. Влад подозревал, что визит Кали — не случайное совпадение. Тут было возможно два варианта: первый — старшие боги узнали о том, что он возродился, и второй — сейчас особенный момент, время, наиболее подходящее для того, чтобы разрушить существующий мир. Какое из предположений верно, сказать сложно, возможно, они оба.
— И все же… — как ни в чем не бывало продолжила допрос Кали, непринужденно перескочив на другую тему. — Почему ты так усердно делал вид, будто увлечен своей спутницей на балу? Не похоже на тебя.
— Может быть, потому, что я ей действительно увлечен?
— Нет, это неправда. — Богиня внимательно посмотрела на Влада, и у него перехватило дыхание. На дне черных глаз мелькнули красные всполохи, а пухлые губы нервно облизнул красный раздвоившийся язык. — Я не люблю, когда меня обманывают. Как ты мог об этом забыть?
— А если я сам хочу верить своим словам? — предпринял последнюю попытку молодой человек и увидел, как гнев постепенно исчезает с лица богини. Эти слова были правдой.
— Хочешь, я расскажу тебе свою версию? — предложила Кали, обретя прежнюю невозмутимость, и, не дождавшись ответа, продолжила: — Черноволосая девчонка — потенциальная королева нагов. Ее сила велика, и у нее холодное сердце змеи. А вот светловолосая, с которой ты не сводил глаз, несмотря на силу, недостаточно хладнокровна и целеустремленна. Ты хочешь угодить Шеше, это он желает видеть тебя с королевой нагов. Но зачем?
— Он честолюбив… — уклончиво ответил Влад, понимая, что, если не соврет открыто, возможно, успокоит бдительность Кали. К счастью, за окнами машины уже показался Питер, до клуба Камы осталось совсем недалеко. Продержаться несколько кварталов, потом будет легче. Но Кали, казалось, узнала все, что хотела. Она снова отвернулась к окну и замолчала.
Припарковавшись на стоянке, Влад хлопнул водительской дверью, обогнул машину и подал руку Кали. Когда он вышел из лицея перед поездкой, то был настолько растерян от неожиданного столкновения с Алиной и Ксюшей в коридоре, что не обратил внимания на свою спутницу, только бросил небрежную дежурную фразу: «Ты великолепна», а сейчас понял, что не соврал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кали сменила длинное вечернее платье на короткое коктейльное из вызывающего алого шелка и накинула на плечи черную меховую накидку. Влад не знал, как называется полукруглая широкая тряпка из коротко стриженного меха, но смотрелась она в сочетании с платьем и туфлями на высоком каблуке эффектно. Эта женщина могла затмить кого угодно. Ее красота была броской, вызывающей, агрессивной.
Их встретили на входе и провели внутрь помещения, минуя толпу у дверей. Охранники даже не спросили у Влада паспорт. Шеша, видимо, подсуетился и уведомил о прибытии важных гостей. Внутри, среди шума, неонового света и разгоряченной толпы, Кали расцвела еще больше. Она с наслаждением втягивала носом воздух. Точеные ноздри хищно раздувались, а в глазах появился сумасшедший блеск. Влад сам ощутил необычайное возбуждение и прилив энергии. Молодой человек до этого момента считал, что ненавидит толпу. Сейчас же понял: он лгал сам себе, под воздействием убеждений Шеши создавал иллюзию, не имеющую с реальностью ничего общего. Просто он никогда не был среди людей, которых наполняли радость, вожделение, страсть и желание развлечься. Совершенный коктейль из зашкаливающих положительных эмоций.
Здесь не было нужды тянуть энергию по крупицам, она плескалась в изобилии. Можно глотать, осязать и даже впитывать кожей. Если в лицее Влад чувствовал себя вором — он отбирал драгоценные капли, то в клубе Камы впервые ощутил, как этой энергией с ним делятся. Тут можно было основательно подзарядиться, так, чтобы осталось про запас. Почему Шеша скрывал такой шикарный способ пропитания? Зачем отбирать крохи у других студентов, если можно приехать сюда ночью и получить все сполна от случайных людей? Из-за чего наставник приводил его сюда лишь днем, а ночью не разрешал подниматься выше кафе? Этот вопрос мешал расслабиться, и Влад отодвинул его на задний план, пообещав себе вернуться к нему позже.
— Как я рад тебя видеть! — Хитро улыбающийся и вечно молодой красавец Кама подошел практически бесшумно и с улыбкой обнял Кали, которая была выше его почти на целую голову. В холодных льдистых глазах юноши не мелькнуло и искры тепла. «Какая ирония, — подумал Влад. — Бог любви и страсти сам больше всего похож на ледяную, бездушную статую».
— Пойдемте, для вас заказан столик в вип-зале, — жестом пригласил Кама и ловко проскользнул сквозь толпу. Влад двинулся следом, правда, столь ловко у него не вышло. Он то и дело уклонялся от разгоряченных танцующих людей. Два раза его едва не облили коктейлем из высоких запотевших бокалов, один раз он сам чуть не выбил из чьих-то рук напиток.
— Надеюсь, ты к нам присоединишься? — поинтересовалась Кали у Камы, королевским жестом сбросив меховую накидку на руки Владу и присев на узкий кожаный диванчик в темной нише, отгороженной от зала полупрозрачными стенками. Богиня заметно повеселела после того, как хозяин клуба утвердительно кивнул.
— Я по тебе скучал, Многоликая, — улыбнулся Кама, и впервые на красивом холодном лице мелькнули эмоции.
Влад наблюдал за этими двумя и понимал: он тут лишний. Молодой человек не представлял, зачем Кали взяла его с собой, не верилось, что лишь в качестве сопровождающего. Она могла просто вызвать водителя. Могла позвать Яна или самого Шешу. Почему выбор пал на него? Влад не верил в случайности и знал: хитрая богиня ничего не делала просто так. Она словно стремилась сообщить ему что-то, только вот что именно? Влад оказался слишком глуп, чтобы разгадать тонкие намеки Многоликой.
Он сидел чуть в стороне, расслабившись, и поглощал бурлящую вокруг энергию, запивая отлично сваренным фирменным кофе. На сей раз абсолютно обычным, не приправленным ни любовной магией, ни страстью.
