Читаем без скачивания Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

улице Заграда. В небольшом уличном кафе я сел за столик и заказал пиво. Оглядев занятые столики, я увидел Джона Гэбриэла.

Это был шок. Я уже не думал о нем. Я не мог вообразить, что он находится здесь, в этой стране. Но еще большим шоком было то, как он выглядел.

Гэбриэл опустился. Его лицо, и всегда-то грубоватое, теперь огрубело почти до неузнаваемости, обрюзгло и казалось нездоровым, глаза воспаленные. Я понял, что он слегка пьян.

Он тоже увидел меня, встал и, пошатываясь, подошел к моему столику.

— Ну и ну! Подумать только! — воскликнул он. — Вот уж кого не ожидал увидеть!

С каким удовольствием я двинул бы Джону Гэбриэлу кулаком по физиономии! Но я, разумеется, был далеко не в бойцовской форме и, кроме того, мне хотелось хоть что-нибудь узнать об Изабелле. Я пригласил его сесть за мой столик.

— Спасибо, Норрис. Я сяду. Как поживают Сент-Лу, пряничный замок и старые кошки?

— Я уже давно там не был, знаю только, что замок сдан в аренду и все три леди из него выехали, — ответил я.

— Значит, старой ведьме пришлось проглотить горькую пилюлю! Это здорово!

— Напротив, по-моему, она была рада покинуть замок, — возразил я. Руперт Сент-Лу помолвлен и собирается жениться.

— Собственно говоря, для всех все обернулось к лучшему.

Я сдержался и ничего не сказал.

Знакомая ухмылка искривила рот Гэбриэла.

— Полно, Норрис! Нечего сидеть так, будто кочергу проглотили. Спросите про нее! Ведь вы это хотите знать, верно?

Гэбриэл всегда переносил боевые действия на территорию противника. Мне пришлось признать себя побежденным.

— Как поживает Изабелла? — спросил я.

— С ней все в порядке. Я не поступил с ней, как полагается типичному совратителю, — соблазнил и бросил в канаве.

Мне становилось все труднее сдерживаться, чтобы не ударить Гэбриэла. Он всегда был агрессивен, теперь же, когда заметно опустился, сделался еще грубее и агрессивнее.

— Она здесь? В Заграде? — спросил я.

— Можете навестить. Ей приятно будет повидать старого друга и услышать новости из Сент-Лу.

Будет ли это приятно Изабелле? Уверенности у меня не было. В голосе Гэбриэла мне почудились нотки садизма.

— Вы… женаты? — немного смущенно спросил я.

— Нет, Норрис, мы не женаты. Можете вернуться в Сент-Лу и доложить об этом старой суке.

(Странно, что мысль о леди Сент-Лу все еще гложет его!) — Вряд ли я стану упоминать об этом, — холодно сказал я.

— Вот как? Изабелла опозорила семью. — Он качнулся на стуле. — Хотел бы я посмотреть на их физиономии в то утро… когда они обнаружили, что мы уехали вместе.

— Ну и свинья же вы! — воскликнул я, теряя самообладание.

Гэбриэл не обиделся.

— Ну, это как посмотреть! У вас, Норрис, слишком ограниченный взгляд на жизнь.

— Во всяком случае, у меня есть некоторое представление о порядочности.

— Вы чересчур англичанин. Я должен ввести вас в широкий космополитический круг людей, в котором вращаемся мы с Изабеллой.

— Я бы не сказал, что вы хорошо выглядите, — заметил я.

— Это потому, что я очень много пью, — быстро сказал Гэбриэл. — Сейчас я немного навеселе. Но не падайте духом, Норрис. Изабелла не пьет. Не знаю почему… но она не пьет. Она по-прежнему выглядит как школьница. Вам приятно будет ее увидеть.

— Мне хотелось бы ее повидать, — медленно произнес я, хотя не был уверен в том, что это правда.

Хотел ли я увидеть Изабеллу? Не будет ли это слишком тяжело? Захочет ли она меня видеть? Вероятно, нет. Если бы я знал, что она чувствует…

— Незаконного отродья у нас нет! Думаю, вы рады это слышать, насмешливо сказал Гэбриэл.

Я молча смотрел на него.

— Вы меня ненавидите. Правда, Норрис? — тихо произнес он.

— Полагаю, у меня есть основания.

— Мне так не кажется. В Сент-Лу вы немало развлекались на мой счет. О да! Возможно, интерес к моим делам удержал вас от самоубийства. Вообще говоря, на вашем месте я бы давно покончил с собой. Стоит ли ненавидеть меня только из-за того, что вы помешаны на Изабелле. Да-да! Помешаны! Были помешаны тогда и остались теперь. Потому и сидите тут с любезной миной, а на самом деле испытываете отвращение.

— Мы с Изабеллой были друзьями. Вам это не понять.

— Я не говорю, старина, что вы к ней приставали.

Это, так сказать, не ваше амплуа. Родство душ! Духовный порыв! И все такое. Ну что ж, ей будет приятно повидать старого друга.

— Не знаю, — задумчиво сказал я. — Вы в самом деле считаете, что она хотела бы меня видеть?

Гэбриэл зло посмотрел на меня. Тон его изменился.

— Какого дьявола? С чего бы это она не захотела вас видеть?

— Я вас спрашиваю.

— Я хотел бы, чтобы она с вами увиделась.

Его слова вызвали во мне раздражение.

— В этом вопросе следовало бы руководствоваться ее желанием.

Гэбриэл неожиданно снова расплылся в улыбке.

— Она, конечно, захочет повидаться с вами, старина!

Я просто вас дразнил. Я дам адрес. Приходите в любое время. Она обычно дома.

— Чем вы теперь занимаетесь? — спросил я.

Гэбриэл подмигнул и, прищурившись, склонил голову набок.

— Секретная работа, старина. Крайне секретная! Хотя оплачивается слабовато. Как член парламента я получал бы тысячу фунтов в год. Я же вам говорил, что в случае победы лейбористов буду получать больше. Я часто напоминаю Изабелле, чего я лишился из-за нее.

Как я ненавидел этого язвительного дьявола! Как я хотел… Я хотел многого, однако все это было для меня физически невозможно. Я снова сдержался и взял грязный клочок бумаги с нацарапанным на нем адресом, который Гэбриэл протянул мне через стол.

В ту ночь я долго не мог заснуть. Меня одолевал страх за Изабеллу. Я задавался вопросом, удастся ли мне уговорить ее оставить Гэбриэла. Совершенно очевидно, что все для нее сложилось плохо.

Насколько плохо, стало понятно на следующий день.

Я пошел по адресу, который мне дал Гэбриэл. Это был неприглядный дом на грязной улочке, в квартале со скверной репутацией. По улице навстречу мне все время попадались подозрительного вида мужчины и вызывающе накрашенные девицы. В дверях дома стояла необъятных размеров растрепанная женщина. Я спросил по-немецки, где проживает английская леди. К счастью, женщина поняла и направила меня на верхний этаж.

Я с трудом поднимался по лестнице. Костыли скользили. Грязь, вонь. У меня упало сердце. Моя прекрасная гордая Изабелла! Дойти до такого!.. В то же время мое решение окрепло.

Я вытащу ее отсюда и увезу в Англию. Тяжело дыша, я добрался наконец до верхнего этажа и постучал в дверь.

Голос изнутри ответил что-то по-чешски.