артефакт — самый настоящий: четыре руки, глаза на затылке и тому подобное, — купил себе пива, и на него никто глаза не пялил. А уж на искусственников тут и вообще никто внимания не обращал. Девяносто процентов обитателей нижнего города даже не осмеливается ступить на эскалатор, ведущий в верхний город.
У меня было большое искушение остаться там. Что-то было такое теплое, дружеское во всех этих отбросах общества — никто из них не укажет на тебя пальцем. Ей-богу, если бы не Босс, не Джордж и не память о местах, где получше пахло, я бы осталась в нижнем городе и нашла бы себе занятие в соответствии со своими талантами.
«Но должен слово я сдержать, до ночи долго мне шагать». Маэстро Роберт Фрост[493] знал, почему человек обязан идти, когда ему больше хочется остановиться и передохнуть. Нарядившись так, будто я была безработным солдатом в поисках выгодной сделки по найму, я частенько болталась по берегу, слушала окрики шкиперов речных пароходов, которые были не прочь провезти контрабандой живой груз. Я была крайне огорчена, узнав, как ограничена в эти дни навигация. Из Империи не было никаких новостей, вниз по реке пароходы не спускались, так что немногие шкиперы отваживались пускаться в путь против течения.
Поэтому я просиживала часами в барах на берегу, потягивала безалкогольное пиво и слушала, о чем болтают вокруг, и ждала словечка, за которое была готова отвалить кучу денег, чтобы отправиться вверх по реке.
Кроме того, я не пропускала ни одного выпуска рекламы по найму. Реклама тут была весьма более откровенная, чем в Калифорнии, — похоже, тут все было дозволено.
«Вы ненавидите вашу семью?
У вас депрессия? Вы устали? Вам скучно?
Ваш муж (жена) надоели вам до смерти?
Давайте сделаем из вас нового (новую)
мужчину (женщину)!
Пластические операции
— переориентация — релокация!
Транссексуализация — ювелирная техника!
Хотите избавиться от нежелательного партнера?
Консультируйтесь с доктором
Франком Франкенштейном.
Гриль-бар «Симпатяги» Сэма».
Впервые в жизни встретилась со столь откровенной рекламой убийства. Или я что-то не так поняла?
«У вас есть ПРОБЛЕМЫ?
Нет ничего нелегального!
Дело не в том, что вы делаете, дело в том — как!
Самые опытные и ловкие шантажисты в штате Одинокой Звезды!
«ЗАМОЧНАЯ СКВАЖИНА, Инк.»
(Для холостяков — особые расценки.)
Писать: НВ-10101».
Было ясно, что кодом НВ обозначается нижний Виксберг.
«ХУДОЖНИЧКИ, Лтд.»
Документы всех видов,
воровской инструментарий,
деньги всех государств, дипломы,
свидетельства о рождении,
удостоверения личности, паспорта,
фотографии, лицензии на бизнес,
брачные контракты, кредитные карточки,
комиссионные услуги, амнистии,
завещания, штампы, печати, отпечатки пальцев.
Все услуги с гарантией от
«Ллойд ассошиэйтс» — НВ-10111».
О конечно, все услуги такого рода, если хорошо поискать, найдешь в любом крупном городе, но я никогда не видела, чтобы их так беззастенчиво рекламировали! Что же до гарантии, то я просто глазам своим поверить не могла!
Сама я объявление давать не решилась: сильно сомневалась, что это безопасно — и продолжала рассчитывать на барменов, барменш и содержателей притонов. Но рекламу продолжала просматривать: там могло промелькнуть что-то если не полезное, то хотя бы интересное. Такое объявление вскоре не заставило себя ждать:
«В. К! Составь завещание.
Жить тебе осталось только десять дней.
А. С. Б.».
— Что скажешь, Джордж?
— Да… В первый раз, когда мы это видели, если я не запамятовал, у В. К. оставалась неделя на размышление.
Почти неделя и прошла, а теперь ему оставляют еще десять дней. Если так дальше пойдет, бедный В. К. умрет от старости.
— Ты не веришь этому?
— Нет, любовь моя, не верю. Это какой-то код.
— Какой код?
— Самый дурацкий, но именно поэтому его очень трудно расшифровать. Ну смотри: в первом объявлении некое лицо или группа лиц пытались кому-то что-то сообщить, связанное с числом «семь», или у них что-то закодировано было под цифрой «семь». Тут то же самое, только теперь фигурирует число «десять». Но значение цифр нельзя понять даже с помощью статистического анализа, поскольку за это время они запросто могли поменять код. Это идиотский код, Фрайди, а идиотский код разгадать невозможно, если тот, кто им пользуется, достаточно хитер.
— Джордж, послушать тебя, так подумаешь, что ты только и делал всю жизнь, что занимался военными шифровками.
— Занимался одно время, но научился этому по-настоящему потом. Самый трудный код, которым занимаются по сей день, — это генетический код. Самый идиотский код на свете, поверь, но он повторяется так много раз, что все время возникает искушение придать какое-то значение бессмысленным слогам. Ты прости, за едой не стоило, наверное, говорить о таких заумностях.
— Ты ни при чем. Это же я завела этот разговор. Не догадываешься, что такое «А. С. Б.»?
— Не имею понятия.
Этой ночью террористы ударили во второй раз. Но чур, я вам не говорила, что тут есть какая-то взаимосвязь!
А ударили они ровно через десять дней — почти час в час после «Красного четверга». Только на этот раз ни одна группировка не взяла на себя ответственность за происходящее — все и так было ясно и совпадало с угрозами и предсказаниями «Совета по выживанию» и «Вдохновителей». «Ангелы Господни», насколько я помнила, относительно времени будущего наступления не высказывались.
Вторая волна террора кое-чем отличалась от первой, и это «кое-что» кое-что значило для меня, точнее, для нас обоих. Мы с Джорджем обсуждали все новости.
Итак:
а) отсутствие каких бы то ни было сообщений из Чикагской Империи. Их, собственно говоря, не было со времени первых известий о нападениях на демократов — ни гу-гу целую неделю. Меня это очень волновало;
б) не было сообщений о террористических актах на территории Калифорнийской Конфедерации. Примечание: через несколько часов после сообщений о начале второй волны террора из Калифорнии пошли самые обычные новости. Одна из них: глава Конфедерации — наш знакомец «Вояка» Тамбрил назначил троих регентов с неограниченной властью, дабы они правили страной, пока он проходит курс давно откладываемого лечения. С этой целью он отбыл в свою резиденцию «Орлиное гнездо», неподалеку от Тахо. Бюллетени о состоянии его драгоценного здоровья, однако, должны были выходить вовсе не в Тахо, а в Сан-Хосе;
в) мы с Джорджем, не сговариваясь, сделали вывод о том, что это значило
