— А почему, Дэниел?
— По двум причинам, партнер Элайдж. Во-первых, мы можем оказать вам помощь, когда вы сталкиваетесь с аспектами аврорианской культуры или обычаями, вам незнакомыми. Во-вторых, друг Жискар в особенности способен фиксировать и воспроизводить каждое слово всех ваших разговоров. Вам это может пригодиться. Если помните, когда вы разговаривали с доктором Фастольфом и с мисс Глэдией, я и друг Жискар временами находились в отдалении или в соседней комнате.
— Так что Жискар эти разговоры не зафиксировал?
— Нет, зафиксировал, партнер Элайдж, но с затруднениями, и, возможно, чёткость местами будет не такой, такой мы добивались. Будет лучше, если мы сможем находиться в предельной близости от вас.
— Дэниел, — спросил Бейли, — ты полагаешь, мне будет спокойнее, если я буду видеть в вас гидов и записывающие устройства, а не охранников? Почему просто не прийти к выводу, что в качестве охранников вы совершенно бесполезны. Поскольку до сих пор покушений на меня не было, почему нельзя заключить, что и в будущем ждать их нечего?
— Нет, партнер Элайдж, это было бы неосторожным. Доктор Фастольф чувствует, что его враги очень вас опасаются. Они уже пытались убедить председателя, чтобы он отказал доктору Фас- тольфу в разрешении вызвать вас сюда, и, конечно, не прекратят добиваться, чтобы он распорядился незамедлительно отправить вас на Землю.
— Такого рода мирная оппозиция делает охрану ненужной.
— Да, сэр. Однако если у оппозиции есть основания бояться, что вы очистите доктора Фастольфа от обвинений, они могут решиться на крайние меры. Вы ведь всё-таки не аврорианец, и по отношению к вам внутренний запрет, исключающий насилие на нашей планете, может оказаться недостаточно сильным.
— Тот факт, — сказал Бейли кисло, — что я пробыл здесь целый день и ничего не произошло, должен их заметно успокоить и снизить возможность насильственных действий.
— Да, это представляется вероятным, — ответил Дэниел, ничем не выдав, что уловил иронию в голосе Бейли.
— С другой стороны, — продолжал Бейли, — если я продвинусь в моих розысках, опасность тотчас возрастёт.
Дэниел взвесил услышанное и сказал:
— Это выглядит логичным выводом.
— А потому вы с Жискаром будете меня сопровождать повсюду, на тот случай, что я справлюсь со своей работой чересчур удачно.
Дэниел снова ответил не сразу.
— Ваша формулировка, партнер Элайдж, ввергает меня в недоумение, но, кажется, вы правы.
— В таком случае, — объявил Бейли, — я готов позавтракать, хотя моему аппетиту и не способствует сообщение, что альтернативой к неудаче является попытка меня прикончить.
32
Фастольф улыбнулся Бейли через накрытый к завтраку стол.
— Как вам спалось, мистер Бейли?
Бейли завороженно изучал кусок ветчины. Его необходимо было резать ножом. Он был волокнистый. С одного бока тянулась полосочка жира. Короче говоря, ветчина не прошла обработку. А в результате вкус у неё был гораздо ветчиннее, если можно так выразиться.
А ещё — жареные яйца с уплощенным полушарием желтка в центре, окаймленным белком. Прямо-таки ромашки, которые Бен однажды показал ему на лугу, там дома. Умозрительно он знал, как выглядит яйцо до обработки, и знал, что оно содержит желток и белок, но ни разу в жизни не видел, чтобы они оставались разделенными перед самым употреблением в пищу. Даже на космолете, когда он летел сюда, даже на Солярии в кушаньях из яиц желток и белок всегда были перемешаны.
Он вздрогнул и посмотрел на Фастольфа.
— Прошу прощения?
— Как вам спалось? — терпеливо повторил Фастольф.
— Неплохо. Возможно, я бы всё ещё спал, если бы не антисонник.
— А, да. Не совсем то обхождение, на какое имеет право гость, но я подумал, что вы, возможно, захотите начать пораньше.
— Вы абсолютно правы. Да и я не совсем гость.
Некоторое время Фастольф ел молча, потом отхлебнул горячего напитка и сказал:
— Ночью на вас не снизошло озарение? Быть может, вы проснулись с новым подходом, с новой идеей?
Бейли подозрительно посмотрел на Фастольфа, но сарказма не заметил и, поднося напиток к губам, сказал:
— Боюсь, что нет. Я в том же тупике, что и накануне. — Он отпил и невольно поморщился.
— Мне очень жаль, — сказал Фастольф. — Вам этот напиток неприятен?
Бейли буркнул что-то нечленораздельное и сделал ещё глоток.
— Это всего лишь кофе, — объяснил Фастольф. — Без кофеина.
Бейли нахмурился:
— Вкус на кофе непохож и… Извините меня, доктор Фастольф, надеюсь, я не покажусь вам параноиком, но только что мы с Дэниелом полушутя обсудили вероятность нападения на меня — то есть пошучивал я, а Дэниел был вполне серьезен. И, по-моему, один из способов, какой они могут употребить против меня… — Он неловко замолчал.
Брови Фастольфа взлетели вверх. Он со словами извинения взял у Бейли чашку и понюхал её. Затем зачерпнул немножко ложечкой и попробовал.
— Абсолютно нормальный кофе, мистер Бейли. Вас не пытаются отравить.
— Простите, что я веду себя так глупо, — я ведь знаю, что кофе варили ваши роботы, но вы всё-таки уверены…
— Роботов иногда перепрограммировали, — улыбнулся Фастольф. — Однако в данном случае этого не было. Просто кофе, напиток, популярный на разных мирах, имеет много сортов и способов приготовления. Давно известно, что каждый человек предпочитает кофе своего мира. К сожалению, мистер Бейли, у меня нет земных сортов. Может быть, вы предпочтете молоко? Оно относительно одинаково повсюду. Фруктовый сок? Аврорианский виноградный сок считается превосходным на большинстве миров. Есть даже злопыхатели, намекающие, что мы даём ему бродить, но это, естественно, не так. Воды?
— Попробую ваш виноградный сок. — Бейли с опаской покосился на кофе. — Хотя, наверное, мне следует привыкнуть к этой бурде?
— Зачем? — сказал Фастольф. — К чему себя насиловать без необходимости? Так, значит, — вернулся он к своему первому вопросу, и улыбка у него стала чуть вымученной, — ночь и сон не принесли вам полезных мыслей?
— К сожалению, — сказал Бейли и вдруг нахмурился. — Хотя…
— Да?
— Мне кажется, в момент засыпания, в момент свободных ассоциаций полусна, что-то такое у меня промелькнуло.
— А! Так что же?
— Не знаю. Эта мысль меня разбудила и исчезла. А может быть, меня отвлек воображаемый звук. Не помню. Я попытался восстановить эту мысль, но не сумел. Она исчезла. По-моему, это частое явление.
— Вы всё-таки уверены? — спросил Фастольф задумчиво.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
